в своём кресле.
Поскольку мне непринципиально, кто займёт это кресло, других кандидатур я не знал, долго вникать во всё это желанием не горел, принял решение совместить приятное с полезным. Зря, что ли, она старается? Если не справится с работой, уволить или заменить её всегда успею. Я же ей не дарю эту компанию, а передаю в доверительное управление.
Поэтому через некоторое время, приведя себя в порядок и придав лицу бесстрастность, что не соответствовало внутреннему состоянию, попросил секретаршу готовить приказ о назначении. Единственное, чего не понимал, так это — почему мисс Эндрю отказалась участвовать в конкурсе на общих основаниях? Боялась, что я её не выберу из-за сексистских убеждений? Или меня подкупят более ушлые конкуренты? Или что? Что по-другому система назначений не работает? На мой непрофессиональный взгляд, у начальницы отдела планирования шансы на успех были довольно высоки. Правда, я ещё не видел других претендентов, поэтому оценка необъективна, ну да ладно.
Передав дела мисс Эндрю, сказал, что некоторое время за ней понаблюдаю и только после этого подпишу приказ о назначении. Пусть старается. А пока походит с приставкой и.о. Вдруг жалобы на неё начнут поступать пачками? Наконец-то избавившись от одной из проблем, с радостью уехал домой. У меня и своей работы немерено.
Только сел за компьютер в приятной тишине, сосредоточился, настроился на погружение в мутные и бурные «воды» финансовых спекуляций, как прозвенел дверной звонок. Поскольку служанки и дворецкий обитали не только через стену, но и через забор, пришлось самому идти, встречать гостей. Наёмники могли оценить только степень угрозы, но не важности или причины их визита, так что решение кого и куда посылать оставалось всецело на мне. Да и насколько заметил, что-то наёмники в последние дни слегка заскучали. Роль сторожа и няньки им не очень нравилась. На пятый день, когда никто так и не посмел на меня повторно покуситься, они, скажем так, расстроились.
Получив от стоящего у ворот наёмника подтверждающий кивок, означающий, — опасности нет, можно выходить, открыл дверь. Лучше бы сказал, что никого нет дома. На той стороне, за широкой спиной другого наёмника увидел двух одинаковых, стильно одетых, голубоволосых близняшек, рвавшихся пройти на охраняемую территорию, не дожидаясь разрешения. Утверждая, что никому нельзя, а им можно. И вообще, сейчас они ему устроят серьёзные неприятности, если немедленно их не пропустит. Позвонят своему парню, который его уволит. Даже интересно стало, кому они собрались звонить? Не мне ли? Больше всего насторожили не столько близняшки, сколько две спортивные сумки, которые Гловер принесли с собой.
— Добрый день. Я ничего не покупаю, ни на что не подпишусь и никуда не вступлю. Спасибо, до свидания, — прикинулся незнакомцем, который их первый раз видит.
Не помогло. Обойдя наёмника с двух сторон, поднырнув под его широко расставленные руки, Гловер набросились на меня с обвинениями и причитаниями. Утверждая, что я негодяй и сволочь, и лучше бы они обратились к Сатане, чем к Гоблину.
— Родственников-то чего вспоминаете? И что вы от меня хотите? — так и не разобрался в цели их визита.
— Мы временно поживём у тебя, — синхронно заявили сестрёнки, хозяйским взглядом окинув большой дом за моей спиной. — Места тут много. Мешать нам не будешь. То есть мы не будем тебе мешать.
— С чего бы это я вам разрешил здесь жить? — оторопел от такой наглости.
— Из-за тебя мать уже неделю лютует. Посадила нас на голодный паёк. Заблокировала кредитные карты. Отобрала ключи от машины. Телефоны. Грозит отправить в специальный колледж для особо одарённых детей, расположенный в какой-то дыре, — начала Тина, а закончила Эми. — Поэтому мы сбежали из дома. У подруг переночевать не получилось. Мать до них быстро добралась. С работой полный отстой. Она обо всём договорилась. Нашла кем нас заменить. Так что, бери на себя ответственность и не жалуйся.
Они в красках, вздрагивая от всё ещё свежих воспоминаний, рассказали о том ужасе, который пережили, после того как моё письмо прочитала их мать. Решив, что дочери перешли на тёмную сторону силы и их нужно срочно спасать, исполнила мечту многих школьников Святой Анны, хорошенько надавав им по жопе. Отчего Тина жаловалась, что ей потом пришлось спать на животе, а это очень неудобно.
Чего там неудобного-то? Тина же доска, два… Телепатия близняшек сработала безукоризненно. Прочтя по моим глазам, о чём я подумал, сначала Тина пнула меня по правой лодыжке, а потом Эми добила ударом по левой. После чего гордо хмыкнув и задрав носики, они с решительным видом вломились ко мне домой. Хорошо хоть, морщась от боли, знали же куда бить, успел просигналить наёмникам, чтобы их пропустили.
Через пару минут зайдя следом, удивился, не обнаружив их в холле. Оказывается, шустрые Гловер уже разбежались по дому, выбирая себе комнаты. По пути заглянув в холодильник и в ванну. Вот же любопытные, бесцеремонные хорьки. Матери их, что ли, позвонить, пожаловаться? Предложить денег, чтобы забрала дочурок.
* * *
В это время дворецкий рода Бедфорд, беспокоясь за свою госпожу, которая вела себя странно, впустил в дом Кейси Рэдклиф, приехавшую навестить свою подругу. Решив, что её визит взбодрит леди Бедфорд. В общем-то, угадав с эффектом, но не угадав с мощностью.
Когда ничего не подозревающая Маргарет, услышав стук в дверь, открыла её, то увидела зловеще улыбающуюся Кейси.
— Молись и кайся, грешница! — загробным голосом поведала Рэдклиф, доставая из кармана «волшебный» маркер.
— Ты чего? — забеспокоилась Маргарет, инстинктивно сделав шаг назад.
Кося взглядом на опасный предмет, с которым у ней были связаны не самые спокойные воспоминания.
— Сейчас узнаешь, — протяжным, кошачьим голосом пообещала Рэдклиф, заходя в комнату.
Ногой закрывая за собой дверь.
Когда через полчаса дворецкий принёс поднос с соком, дверь слегка приоткрыла взлохмаченная Кейси, с неровной, чёрной линией, прочерченной по лицу и несколькими короткими чёрточками. Маленький, отважный капитан отказалась сдаваться без боя. Забрав поднос, гостья попросила изумлённого дворецкого не беспокоить их… до ужина. Пообещав, что леди Бедфорд на него спустится, или она за себя не ручается.
* * *
На следующий день, предприняв все необходимые меры маскировки, переодевшись доставщиком пиццы и надев мотоциклетный шлем, Кейси решила навестить Эрика. Проверить, не соврал ли он по поводу своего местожительства. Пройдя охрану, так и не поняв, почему её пропустили, сняв шлем, девушка радостно вошла в дом со словами — А вот и я.
Однако улыбка Кейси тут же застыла, когда она обнаружила развалившуюся на диване перед телевизором, Гловер. Одетую в лёгкую, домашнюю одежду. Более того, рядом, на
