Я этого не понимаю, милорд, но… Вчера вечером я готов был поклясться, что след уходил из лощины обратно – туда, где мы были. Ну, теперь след в том же самом месте, только здесь и слабее, как я говорил. Не старый, нет, слабый он не потому, но… Не знаю. Лорд Ранд. Только одно – след здесь есть.
Ранд поразмыслил. Если Фейн и эти Друзья Темного были тут – где бы это "тут" ни находилось, – они могут знать, как вернуться. Должны знать, если они первыми сюда добрались. И у них же – и Рог, и кинжал. Мы должны вернуть этот кинжал. Лишь только поэтому, если и не по другой причине. Ранд должен найти их. Окончательно решиться – как он со стыдом понял
— помогло то, что он боялся попробовать еще раз. Боялся попробовать направлять Силу. Менее страшным ему представлялось столкнуться с Друзьями Темного и троллоками, имея на своей стороне лишь Хурина и Лойала, менее страшным, чем то…
— Тогда мы отправимся за Друзьями Темного. – Ранд постарался придать голосу уверенности – как уверены бывали в своих решениях Лан или Ингтар. – Нужно вернуть Рог. Если мы не можем придумать, как его у них отобрать, то по крайней мере мы, когда найдем Ингтара, будем знать, где они. – Только бы не стали спрашивать, как мы будем искать Ингтара. – Хурин, проверь, тот ли это след, по которому мы шли.
Нюхач одним махом вскочил в седло, в нетерпении сделать что-то самому и, наверное, в нетерпении оказаться подальше от этой лощины, и пустил свою лошадь вверх по широким цветным ступеням. Копыта громко зазвенели по камню, но оставляя на нем ни царапинки.
Ранд уложил путы Рыжего в переметные сумы – знамя по-прежнему лежало там; он нисколько не возражал бы, потеряйся оно где-нибудь, – потом взял лук и колчан и сел на жеребца. Позади седла горбатился свернутый в узел плащ Тома Меррилина.
Лойал подвел к юноше свою большую лошадь; голова стоящего на земле огир доставала Ранду, сидящему в седле, почти до плеча. Лойал по-прежнему пребывал в явном недоумении.
"– По-твоему, мы должны остаться здесь? – спросил Ранд. – Вновь попробовать использовать Камень? Если Друзья Темного тут, то мы должны их отыскать. Мы не можем оставить Рог Валир в руках Друзей Темного – ты же слышал Амерлин. И нужно обязательно вернуть тот кинжал. Без него Мэт умрет.
Лойал кивнул:
— Да, Ранд, мы должны. Но, Ранд, Камни…
— Найдем другой. Ты же говорил, они разбросаны повсюду, а если они все такие, вроде этого, – со всякой такой каменной кладкой, – то найти их будет вовсе не трудно.
— Ранд, в том фрагменте говорилось, что Камни пришли из Эпохи древнее Эпохи Легенд, и даже Айз Седай тогда не понимали их, хоть и пользовались ими, – некоторые из поистине могущественных. Они использовали их посредством Единой Силы, Ранд. Как ты полагаешь использовать тот Камень, чтобы вернуть нас обратно? Да и любой Камень, какой мы найдем?
Минуту Ранд только и мог, что таращиться на огир, думая куда быстрее, чем когда-либо в жизни.
— Если они древнее Эпохи Легенд, то, может, те люди, которые построили их, не использовали Единую Силу. Должен быть иной способ. Друзья Темного сюда добрались, а они наверняка не применяли Силу. Каков бы ни был этот иной способ, я его узнаю. Я верну нас, Лойал. – Он посмотрел на высокую колонну с теми необычными значками и ощутил укол страха. Свет, если бы только мне не надо было для этого использовать Силу. – Верну, Лойал, обещаю. Так или иначе, но верну.
Огир ограничился полным сомнений кивком. Он вспрыгнул на своего рослого коня и поехал за Рандом вверх по ступеням к Хурину, ожидавшему возле почерневших деревьев.
Перед тремя всадниками раскинулась холмистая низина, скудно поросшая тут и там перелесками, между ними – луга, пересеченные не одним потоком. В отдалении, как Ранду показалось, он разглядел еще одну выжженную заплату. Все было блеклое, цвета размыты. Ни единого признака чего-либо созданного руками человека, не считая того каменного круга позади трех путников. Небо – пусто, ни дымка из трубы, ни птиц, лишь считанные облачка и бледно-желтое солнце.
Но хуже всего – местность обманывала глаз. То, что находилось вблизи, совсем рядом, выглядело обычно, как и то, что было вдалеке прямо впереди. Но предметы – казавшиеся далекими, когда юноша видел их уголком глаза, – будто устремлялись к нему, как только Ранд поворачивал к ним голову. От такого свойства местности кружилась голова; даже лошади нервно всхрапывали и вращали глазами. Ранд старался поворачивать голову медленно; кажущееся движение предметов, которые вроде бы должны оставаться на месте, не исчезло, но такое решение, по-видимому, немножко помогло.
— В твоем отрывке книги что-нибудь про это было? – спросил Ранд.
Лойал покачал головой, затем судорожно глотнул, явно жалея о лишних движениях.
— Ничего.
— Наверное, ничего с этим не поделаешь. Куда, Хурин?
— На юг. Лорд Ранд. – Нюхач не отрывал взгляда от земли.
— Значит, на юг. – Должен быть способ вернуться без помощи Силы. Ранд ударил каблуками Рыжего по бокам. Он попытался придать голосу беспечности, словно не видел ничего трудного в том, что им предстояло.
— Как там говорил Ингтар? Три или четыре дня до памятника Артуру Ястребиное Крыло? Интересно, а он существует тут, как эти Камни? Если это мир, который может быть, вдруг здесь он стоит по-прежнему? Будет на что поглядеть, а, Лойал?
Они поскакали на юг.
ГЛАВА 14. Волчий Брат
— Пропали? – спросил ни у кого конкретно Ингтар. – И мои часовые ничего не заметили. Ничего! Они не могли так просто пропасть!
Сутуля плечи, Перрин слушал и смотрел на стоявшего неподалеку Мэта
— тот хмурился и что-то бормотал. Как предполагал Перрин, он спорил с самим собой. Над горизонтом проклюнулось солнце – отряд уже должен был мчаться в погоне. Тени располосовали лощину поперек, вытянувшись вдаль и утончаясь, но по-прежнему они походили на те деревья, что их отбрасывали. Вьючные животные, нагруженные и на длинном общем поводе, нетерпеливо топтались, но все стояли подле своих лошадей и ждали.
Широким шагом подошел Уно.
— Ни единого козлом целованного отпечатка, милорд. – Тон у него был оскорбленный; неудача слишком обидно задевала его искусство следопыта. – Чтоб мне сгореть, нет даже такой малости, как растреклятая царапина от подковы. Проклятье, они просто исчезли.
— Три человека и три лошади так просто не исчезают,
