— Видела статью Энтони Прайта сегодня утром, — улыбнулась Эрика. — Ну и сука!
— Не надо. — Джон взял ее за руку. — Об этом предмете говорить сегодня не будем. Пошли.
У Маффин внутри все кипело.
Вот и доверяй Эрике! Неужели она действительно читала то, что написал о ней Энтони Прайт? Глупая, старая корова! Ей не меньше двадцати шести. Ей-то чего смеяться! Хорошо все-таки, что Джон пригласил Эрику и Лори на прием: они его займут. У Маффин были свои планы, в которые не входил проклятый Джон Клептон.
* * *
Весь день Майк Джеймс провел в деловых встречах. Он намеревался покончить со всеми делами и провести оставшееся время в Лондоне с женой. Свободное время. Время для разговоров. Время для любви.
Его повели в ресторан, где Майк, вопреки обыкновению, даже не пытался заговорить ни с одной из дюжины очаровательных девушек, обедавших там.
«У меня изменился характер, — думал он. — Я могу спокойно смотреть на красоток и не думать о сексе. Ну, может быть, совсем немножко. Но ведь подумать — не значит сделать. Кажется, я делаю успехи».
Майк имел серьезный разговор с Джексоном по поводу матери Маленького Марти.
— Нужно, чтобы она уехала, — сказал он. — Она только мешает турне. Отошлите ее домой.
Джексон согласился:
— Будет сделано.
Вечером Майк пошел на прием к Маленькому Марти Перлу. «Не связывайся ни с кем, — предупредил он себя. — Сделай это хотя бы раз в жизни».
Там было много девушек. Толстых. Худых. Умных. Глупых. Он оставался в одиночестве, немного поболтал и даже отказался от одного прозрачного предложения.
Майк гордился собой. Верный муж, мужчина, который бережет себя для жены.
— Эй, — позвал Джексон, когда вечеринка была в разгаре, — может, поужинаешь с нами?
— Не знаю, — ответил Майк и внимательно осмотрел девушек, которые держали Джексона под руку. Ему понравились обе: и блондинка, и негритянка.
— Вы знакомы с Джоном…
— Клептоном, — подсказал Джексон.
— Да, Клептоном. Джон сегодня делал снимки для нашей пластинки. Чудный парень, молодчина. А это Майк Джеймс, Джон. Майк входит в совет директоров компании «Хэмптон рэкордс». Тебе полезно с ним познакомиться.
Они пожали друг другу руки, и Майк повернулся к блондинке.
— Меня зовут Эрика, — сказала она, протянув руку и задержав ее в его ладонях дольше положенного.
Джексон по-хозяйски обнял Лори, он отлично знал репутацию Майка Джеймса в Нью-Йорке.
«Неважно, — доказывал себе Майк, — если я и пересплю с кем-нибудь до того, как увижу Клео. Это не в счет. Во всяком случае, она не узнает».
— А где мы будем ужинать? — поинтересовался Майк.
* * *
— Ты, как обычно, потрясающе выглядишь.
Клео вздохнула.
— Благодарю, Батч. Но я бы так не сказала. Я злая, обиженная, без настроения.
— Надеюсь, не из-за меня?
— Конечно, нет.
— Тогда почему?
— Не хочу вдаваться в подробности. Все скучно и грустно. Давай просто приятно проведем вечер и удовлетворим свое «эго».
— Полностью согласен. Вместе мы можем быть по-декадентски эгоистичны. Может быть, забудем о приемах?
— Нет, давай сходим туда. Хочется шума, музыки, я хочу понаблюдать за людьми.
На Клео было новое трикотажное платье, ниспадавшее складками, черные шелковые чулки и босоножки на очень высоком каблуке. Приятная перемена, потому что обычно она носила брюки. Клео знала, что Майку это пришлось бы по вкусу: он часто корил ее за то, что она прячет ноги.
— У тебя лучшие ноги в Нью-Йорке, — ворчал он. — А ты прячешь их, как португальская монахиня.
Мысли о Майке вызывали злость. Он перестал звонить. Просто так. Никаких писем. Ничего. Прошло так мало времени, а он уже смирился с ее уходом.
Нужно подумать о будущем. Осталось взять два интервью у актеров. А потом? Клео не хотела возвращаться в Нью-Йорк. Возможно, она больше не будет работать на Рассела Хейза и журнал «Имидж».
— Сначала поедем в Дорчестер, — сказал Батч. — Я обещал появиться на приеме у Маленького Марти Перла. Если будешь себя хорошо вести, я тебя представлю. Ему шестнадцать лет, он девственник и симпатичнее, чем ты.
* * *
Джексон и Джон с видом родителей наблюдали за Маффин и Маленьким Марти, когда те позировали фотографам.
— Хорошая парочка, — заметил Джексон.
— Да, — согласился Джон. Он подумал, что не стоило объявлять об их с Маффин помолвке. Небольшая любовная история с Маленьким Марти — это же фантастическая реклама! К тому же это значительно улучшило бы его отношения с Джейн.
— Остерегайся моей матери, — прошептал Марти Маффин, когда они стояли в окружении фоторепортеров.
— Что? — прошептала Маффин.
— Подожди в холле. Я позову тебя, когда все будет спокойно.
— Так таинственно, — хихикнула Маффин.
— Ты мне действительно нравишься, — сказал Марти, — а я тебе?
— Конечно. — Она сжала ему руку, улыбнулась фотографам и выставила вперед грудь.
* * *
Майк держал Эрику под руку и говорил:
— Почему такая красавица оказалась в компании тупицы Джексона?
— Джон — мой старый друг. Я подумала, что будет весело. У тебя такие зовущие глаза.
— Зовущие только тебя.
— Куда поедем?
— Называй любое место.
— Ты слишком назойлив.
— Мне нравится твоя блузка.
— Блузка — такое старинное приятное слово.
— Я употребил его, потому что решил, что ты приятная девушка с прекрасными старомодными манерами.
— Ха-ха.
— Может, не поедем со всеми, а удерем куда-нибудь вдвоем?
— Неплохо бы.
Майк подмигнул.
— Я все устрою. Переговорю с Джексоном, и двинемся.
— Ты слишком торопишься.
— Ты еще плохо меня знаешь.
* * *
— Ну вот, — говорил Батч, — как только съемки закончатся, я сразу же вернусь в свой дом на побережье. Если будешь в Лос-Анджелесе, добро пожаловать! Там со мной живет одна девушка, но она всегда может переехать, она все поймет. — Он помог Клео выйти из машины. — Что ты об этом думаешь?
— Я сейчас ничего не планирую, Батч. Пусть все идет своим ходом.
К Батчу бросились поклонницы, желающие получить автограф, и Клео пошла в отель. Она стояла в холле и смотрела на приближавшегося к ней мужчину. Так похож на Майка. Та же походка. Он обнимал блондинку. Когда они приблизились, у Клео до боли сжалось сердце: это был Майк.
Он болтал с Эрикой: легкий двусмысленный разговор должен подогреть девушку. Потом он заметил пару потрясающих ног. Когда его взгляд добрался до лица, Майк понял, что перед ним была… О, черт! Клео!
Он отдернул руку от Эрики, но было уже поздно: Клео его заметила. В это время подошел мужчина, в котором Майк узнал киноактера Батча Кауфмана, и взял Клео под руку.
— Господи! — вырвалось у Майка.
— Что случилось? — спросила Эрика. — Почему мы остановились?
Пока Майк лихорадочно решал, что делать, Клео прошла мимо со своим спутником.
— Привет, Майк, — обронила она на ходу, — рада, что у тебя все в порядке.
Он открыл рот, чтобы ответить. Но она спокойно, держа Батча за руку, ушла. Сука!
И для этого он совершил перелет через Атлантический океан!
— Кто это? — поинтересовалась Эрика.
— Моя жена, — горько сказал Майк.
Глава двадцать седьмая
Портье подозрительно посмотрел на Маффин.
— Я ищу мистера Марти Перла.
— То же самое делают и многие другие девушки, — ответил он, вытягивая шею и заглядывая в вырез блузки.
— Мистер Перл пригласил меня. Я подожду в холле. Когда он позвонит, сообщите мне. Меня зовут Маффин.
— Как?
— Маффин, — назвала она по буквам.
— Вы же не можете провести в холле всю ночь. Почему не выйти на улицу с другими девушками?
— Я не поклонница, — обиженно возразила Маффин, — а близкий друг. Пожалуйста, сообщите мне, когда он позвонит.
Она выбрала место, откуда был хорошо виден портье, уселась в кресло и облегченно вздохнула.
Это было непросто. После того как ее сфотографировали на приеме, она старательно избегала Джона. Было полно знакомых, и она болтала то с одним, то с другим, пока Джон не отвел ее в угол и не сказал:
— Пойдем, и будь приветливее с Джексоном. Поболтай, очаруй его. Он тот человек, который нам нужен в Америке.
— Нет, — коротко возразила Маффин, — мне надоело развлекать людей, осточертели твои дела. И твоя ложь.
— Прекрати, Мафф, — попросил Джон, — это очень важно.
— Плевать. Оставь меня в покое.
— Это глупо!
— Если я хочу быть глупой, то я буду глупой, а ты убирайся!
Какое-то время они в упор смотрели друг на друга, потом Джону пришлось убраться к Джексону.
Маффин вышла из отеля и вызвала такси. Завтра они с Джоном помирятся, если она этого захочет и если он сможет толком объяснить звонок Джейн. Но сегодня для разнообразия она будет заниматься тем, чем захочет.
