Воспользовавшись пушистым ковриком рядом с бассейном, уселась на него, высыпала содержимое арсенала. Так, посмотрим.
Все взрывоопасное обратно в сумочку, столь кардинальные меры нам ни к чему. Слабительное, испробованное на эльфе, тоже в сторону. Кстати, надо не забыть его доработать. Почему-то должного эффекта хватило лишь минут на десять, а должно было на пять часов. Дальше… Живую воду оставляем, без нее нынче никуда. Болотные ингредиенты убираем. Хотя… может, сделать ему парочку в коридоре да гостиной, чтоб веселее жить было? Оставлю на крайний случай. Разного рода пакостилки, явно не для моего случая, слишком они…
— Владленушка, свет мой, — пропела бабуля из проявившего в зеркальце экрана, — расскажи-ка мне, не обижают ли тебя?
Бабулечка, дорогая моя, любимая, как же ты вовремя! Обижают, все обижают внученьку твою, свет очей твоих…
— Все хорошо. — Чуть помявшись, добавила: — Почти.
— Владлена, — напряглась бабуля, — рассказывай все как есть. Ничего не утаивай, я ведь все равно узнаю.
Это точно. Любой элитный разведывательный магический отряд ничто по сравнению с бабулей. Вот кто действительно способен узнать всё без исключения.
— А ну посторонись и покажи мне, где это ты находишься? — требовательным, непререкаемым тоном вопросила бабулечка, рукой показывая мне сдвинуться в сторону. Я нехотя подчинилась, просто спорить бесполезно, противиться — тем более, ибо бабуля возражений не терпит.
Я продемонстрировала ей сию комнату и услышала ожидаемое:
— В чьей ванной ты находишься, дорогая? И почему на полу разложен твой арсенал? — слишком ласково вопросила прародительница, а я достаточно хорошо знаю бабулю, и, если я отвечу что-то, что ей категорически не понравится, быть беде. Даже не знаю, кому попадет больше: ректору, Хранительнице или им двоим. Мне, разумеется, тоже, но только за вылазку с инкубом.
Главное сейчас — нейтрально ответить на поставленный вопрос и плавно перевести тему в другое русло, не менее важное.
— Я дома у знакомых, а в ванной… Тут удобно, никто не отвлекает и не шумит, а я как раз решила провести ревизию своего арсенала, поэтому вот так получилось.
Откровенный бред, едва ли он удовлетворит бабулю, но ничего лучше мне в голову не пришло, а пытаться оправдать предыдущую речь — еще глупее, так что лучше молчать и ждать приговор.
— У знакомых? — все так же ласково спросила бабулечка, я кивнула. — В ванной никто не шумит, самое место для ревизий колдовского арсенала? — пропела бабуля, я снова кивнула.
Не верит, как пить дать. Я бы тоже не верила.
— Бабуль, я спросить у тебя хотела, да все никак не могла с тобой связаться… Скажи, что ты знаешь о заклятиях сирен?
Улыбка бабули стала запредельно доброй. Всё, это конец. Конец этому дому, этому заведению, мне, ректору, и русалок найдет, чего доброго хвосты повыдергивает… Их-то мне не жалко, а себя… себя очень. Лорда Линера тоже, совсем чуть-чуть, он заслужил.
— Владленушка, свет мой, расскажи-ка любимой бабуле занимательную историю, а я уже решу: кого казнить, кого миловать, — ласково-ласково, словно колыбельную новорожденному поет, произнесла бабуля, а я мысленно со всеми распрощалась. Армагедец, кажется, пришел.
И с чего начать? С какого именно момента? Как ректор лорд Линер погнался за мной, я от испуга забежала в незнакомый дом, уснула на диване, потом выяснилось, что это и есть дом ректора, Хранительница которого отказалась меня выпускать, я сбежала с Котэном, из сада выйти не смогли, набрели на русалок, затем, одурманенная пением, нырнула с ними, потом прибежал лорд Линер, Золена наложила на меня заклятие, проснулась я голая в спальне того же лорда Линера, потом было два поцелуя, очередной побег, месть, плюс напилась с инкубом, очнулась опять же в доме ректора, и вот, собственно, все.
Да, так я и рассказала. Бабуля по мере рассказа то бледнела, то зеленела, иногда улыбка ее становилась запредельной. Я к концу рассказа начала заикаться. Будь кто другой на месте бабули — я бы еще и пару шуток пустила, а тут без вариантов… Мне так хорошо известны ее возможности наказаний… Мать-природа, ты точно решила надо мной поиздеваться, иначе никак это не назвать.
Когда лицо бабули приняло обычное добродушное выражение, слово взяла она:
— Свет мой, про заклятие я тебе расскажу вкратце, а все полностью будет тебе рассказывать лорд фон Линер в моем присутствии. — Этого я и боялась. Нет, лорда Линера мне жалко, но совсем немного, большего он не заслужил, однако всем, даже косвенно причастным к истории, тоже попадет, и вот их мне жалко куда больше…
— Бабуль, а может, отложишь приезд? Мы тут разберемся… сами. — Бабуля скептически хмыкнула, я поспешно добавила: — Я обещаю, разберемся.
— Нет, моя дорогая, без меня вы не разберетесь, — строго отрезала бабуля. Значит, приезда не миновать. — Слушай внимательно, свет мой, и постарайся не впадать в панику, это не поможет.
Именно после таких слов всегда первым делом хочется впасть в панику.
— Сирены — коварные женщины, я имела великую радость столкнуться с ними по некоторым обстоятельствам… Подробности которых тебе знать совершенно не обязательно, но, возможно, я тебе как-нибудь расскажу эту смешную и в то же время поучительную историю. Так, сейчас не обо мне речь. — Бабуля махнула рукой, словно прогоняя не вовремя всплывшие воспоминания. — Ты сказала, что очнулась голая… Не возьмусь утверждать, пока не узнаю всех деталей, но очень похоже, что сирена наложила на тебя заклятие привязки.
— Привязки?
— Да, дорогая, привязки. Это возможно лишь в двух случаях: двум людям суждено быть вместе или если влюблен один, а судьба, «с кем ему быть», еще не решена. Во втором случае привязка определяет спутника за судьбу, в первом помогает скорейшему сближению… Пообрываю им хвосты к чертям лешим, чтобы знали, как мою внучку… — Дальше цензура просто не позволяет мне цитировать.
Паника? Нет, паники нет. Недоумение есть. Сначала я предпочту выбраться из этого дома, а уже потом разбираться в свалившихся на мою голову, и не только голову, проблемах.
Правда, зачем паниковать, если, во-первых, все еще не точно известно, а во-вторых, даже если и так, уже все сделано и решено за меня, поэтому паниковать и тратить свои нервы — пустая трата… нервов, собственно, пустая трата. Надо исходить из того, что имеется, а имеется… имеется большая-большая попа, в которую я влезла по самую макушку… Гадко, конечно, но это наилучшее сравнение.
— Я прибуду завтра вечером, будь готова достойно меня встретить, — с любящей улыбкой проговорила бабуля, и вместо ее лица я увидела свое отражение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
