- Вот только что-то у них пошло не так.
- Верно, - старый маг благостно кивнул, радуясь сообразительности своего подопытного. - Скверна распространяется быстро, но убивает, или корежит умы и души соприкоснувшихся с ней. Пораженные скверной слышат Зов богов, но теряют разум, и не могут следовать ему. А вот их извращённые потомки - еще тупее, но при помощи Зова ими можно управлять.
- Извращенные потомки... порождения тьмы?
- Я говорил - ты умный мальчик, - Авернус снова кивнул, благожелательно поглядывая на Дайлена сверху вниз. - Жаль, что... не получится взять тебя в ученики. Хотя, кто знает? Я слишком близок к разгадке, слишком близок. Древние воспользовались отмычкой... неправильно. Их способ что-то повреждает в механизме двери. Конечно, дверь, замки, отмычки, механизмы - я называю их так, чтобы было понятнее, а на деле, те материи, о которых идет речь...
- Я понял.
- Я не сомневался, - старый маг вздохнул. - Ну, что, у меня все готово. Быть может, теперь, когда ты узнал о сути, ты будешь более...
- Погоди, - Дайлен заторопился, видя, что его мучитель выпрямляется, явно с намерениями продолжить опыты, а значит - доставить больше боли. - Ты не объяснил мне главного. Чего добиваешься именно ты? Тебе ведь не нужны орды почитателей тебя, как живого бога.
- Разумеется, нет, - Авернус усмехнулся. - Во всяком случае, пока. На данном этапе я исследую пути правильного проворота отмычки в правильном замке. Ведь скверна - источник самых настоящих чудес, мой умный мальчик. При помощи скверны любую женщину можно обратить в матку, чудовище, рожающую порождений тьмы - одно за одним. Или любого мужчину сделать вурдалаком, рабом этих тварей, служащим им верно, как пес. Ходят слухи, что они специально выбирают крепких молодых мужчин для обращения именно в вурдалаков - зачем-то им это нужно. А ведь нужно еще знать, как именно это можно сделать. Ведь пораженная скверной женщина без нужной обработки делается простым вурдалаком, как и мужчина. Только лишь от поражения скверной матки не получаются. А если обработать скверну - из яда она делается зельем, перерождающим человека в Серого Стража. Или кого-то еще - поле для предположения не просто обширно - оно бесконечно обширно. С ее помощью можно не просто заражать - а перерождать, и перерождать прекрасно! Провернув эту отмычку в правильном замке можно помогать нашим, смертным телам восстанавливать те мельчайшие мясные частицы, из которых они состоят, продлевать их жизнь, делать тело бессмертным! А дух - возвышенным и могучим, очень могучим. Ведь изначальное предназначение скверны было в благости и святости. Лишь неумелое с ней обращение... а может, какая-то досадная оплошность сделали скверну скверной. Я более чем уверен, что задумывалась она - как благодать.
В задумчивости Дайлен поднял обе брови. Сказанное Авернусом на некоторое время заставило даже забыть о том положении, в котором он находился.
- Серые Стражи - лучший материал для опытов, - не дал ему надолго отвлекаться вдохновленный собственными идеями старый маг, вторгаясь в размышления об открывающихся перед человечеством перспективах. - Образно выражаясь, в них уже вставлена отмычка, и вставлена правильно, и остается ее лишь повернуть. Вопрос - как. Кое-чего я достиг. При определенной обработке... обработке отдельных участков плоти Стража, и соответствующей ее подготовке, которая проходит в несколько этапов - можно добиться почти полного заглушения Зова и большей продолжительности жизни мелких мясных частей. Однако, опыты по самовосстановлению плотского мяса еще не завершены. Если я смогу добиться его самовосстановления - это же шаг в бессмертие. Бессмертие и вечную молодость, парень! Подумай, если у меня получится сейчас, первым бессмертным будешь ты! Ты наверняка нравишься женщинам, - старик ухмыльнулся и потер ладонью об ладонь. - Представь, твое прекрасное лицо останется тебе навсегда. Молодость, здоровье. Едва только мы достигнем нужной стадии, я проведу несколько дополнительных экспериментов, и тогда... О, что может случиться тогда. Бессмертие, мой мальчик. Разве ради этого не стоит немного потерпеть? А? Что скажешь?
- Дай воды, - Дайлен тяжело вздохнул, сообразив, что время для разговоров закончено. Руки старика возбужденно подрагивали, желая поскорее вцепиться в колбы и пробирки, а после добраться и до его подопытной плоти.
- Не больше нескольких глотков, - Авернус поднес к пересохшим губам пленника большую глиняную кружку. - Быстрее! Нам еще так многое предстоит сделать!
... Записи Авернуса Дайлен читал до глубокой ночи. Он отыскал в кладовой по соседству с лабораторией несколько бочек с мукой, кореньями и вяленым мясом, но из всех припасов вынес только малый ящик засушенных в меду лесных орехов, которые сгрыз, стараясь не сорить на пожелтелые - и совсем свежие, серые страницы. Наступившие сумерки застали его врасплох, но, примерно помнивший, где Авернус хранил свечи, Дайлен зажег сразу с десяток, и оторвался от дневников, только почувствовав, что у него вот-вот лопнут глаза. Теперь, когда он уже не был связанной и беспомощной жертвой, принуждаемой терпеть непереносимые мучения, идеи старого мага увлекли его с головой. И, хотя он далеко не все из написанного мог понять до конца, не владея в должной степени нужными знаниями, Дайлен уразумел главное. Авернус сумел отодвинуть срок жизни Стража на долгие десятки лет, и во многом приглушил проклятый Зов. Но для того, чтобы этого достичь, необходимо было должным образом обработать плоть Серого Стража. И - пить полученное магом зелье, как только действие его ослабевало. Случалось это не так быстро, но рано или поздно, требовалась следующая порция. А там - еще и еще. Авернус пытался добиться постоянного эффекта, но не преуспел в этом, намереваясь продолжить работу при помощи своего пленника.
Однако, благодаря стараниям порождения тьмы еще при Остагаре, должным образом подготовить подопытного не получилось. Дайлен напрягал все свое понимание, но без должной подготовки мага-целителя, бывшего бы еще и малефикаром, он мало что разумел. По всему выходило, что выпитое зелье могло подарить ему от нескольких лет - до нескольких десятков. Однако, потом его все едино ожидала участь Серых Стражей.
- Ладно, - делая над собой усилие, и закрывая разложенный на столе дневник, больше похожий на книжный том, сам себе приказал Дайлен. Глаза его горели и слипались, рот не порвался в зевках только чудом. - Мы всем этим еще займемся. Точно займемся. Но не теперь. Всему свое время. Впереди по плану - Орлей. И это сейчас будет очень непросто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
