сверился с картой, да примерно здесь пропали травники, а еще раньше туристы. Идти дальше было темно, и Никита нашел большую поляну, натаскал побольше хвороста до темноты, костер — это тоже защита и нужно обеспечить его топливом на всю ночь. Все вещи он тоже подтянул ближе к костру, воду набрал в складные пластиковые фляги, еще раньше у чистого ручья, вода чистая не мутная, в любом случае Никита ее прокипятит. Теперь начертить защитный круг, так ему еще спокойней будет. Сделал стойку над костром, да и поставил котелок, пока с краю. Вот костер прогорит до углей, он и приготовит себе ужин, а пока отдохнет, да приготовится к незваным гостям на всякий случай. Знать бы еще кто сюда к нему пожалует. Никита еще раз просмотрел карту, болота с Кикиморами он прошел, те, что остались в живых почуяли его и не вышли, боятся. Дальше была полоса обычного леса, которую он прошел вчера и в которой он почувствовал ничего странного, а здесь что- то есть. Вроде трясина небольшая идет дальше, а так по карте обычный лес, вот только страшно и тягостно в нем, почему-то. Сначала было все как обычно, потемнело вокруг, ночь опустилась сразу без сумерек, только огонь костра освещал поляну, даже звезд не было, хотя и туч на небе тоже, поляну как хмарью затянуло. Никита уже приготовил макароны с тушенкой, и поставив небольшой котелок рядом на пенек как на столик стал орудовать ложкой, когда услышал слабые голоса.
— Мы здесь, иди к нам, нам скучно, поиграем.
Голоса были разные, взрослые детские, женские и мужские, они звали, манили куда — то. Обычный человек, может быть, и пошел бы на них, а вот Никита их просто слышал, считается, что охотника очаровать невозможно, ментальный блок им с детства ставят.
— Аука что ли плохой завелся, — подумал Никита, вроде их всех поуничтожали давно, извели в лесах, независимо от того какие они злые или игривые, да видимо или уцелел кто, либо народился новый.
Ауки или Эхо, духи лесные, разные по характеру, как и люди, могут помочь выбраться заплутавшим в лесу людям, а могут и в топь или чащобу увести, из баловства или вредности. Но тут слишком голосов много, для одного или даже двух Аук, а больше то их в обычном — то лесу и не бывает. Хотя конечно если лес испортился, то и Ауки в нем тоже должны быть злыми. Только вот с кем они еще заодно, не для собственного же удовольствия они людей убивают, да сами они и не могут этого делать, это уже вопрос и Никита пока продолжал неторопливо есть, но рюкзак с оружием против нечисти, подвинул поближе все — таки. Только доел макароны, вымыл котелок и поставил чай, услышал вокруг поляны шаги, тоже разные, вроде как кто и бегает, и ходит, но на поляну не ногой. Никита прочертил головней с нужными словами второй круг вокруг костра, засыпал порошком и спокойно сел пить чай, пугают пока его и не нужно показывать страх. На ночь выпил заготовленное заранее зелье для улучшения зрения в темноте. Никита удивился про себя, страха не было у него, вот идти в лес боялся, это да, а сейчас даже если что — то страшное и непонятное ему навстречу выйдет, он готов. Здесь рядом его дом и этот лес тоже его, и он не даст никому поганить его, Никита даже засмеялся от таких мыслей, быстро он привык жить здесь и ему нравится такая жизнь. Пока пил чай, шаги вроде стихли, наступила тишина, такая непростая, зловещая даже, можно сказать. Никита подбросил в костер дров, лег на спальник не разворачивая его, отдохнуть надо, а ночь пока теплая. Но лежал он держа руку на своем ноже, и удобно подложив рядом арбалет, и даже задремал в какой-то момент. Как что толкнуло его, он открыл глаза и увидел тени вокруг защитной полосы, сразу подобрался, подскочил, бросил охапку хвороста в костер. Огонь как по команде вспыхнул, ярко все освятив вокруг, духи за кругом растаяли приманив что-то сюда. Никита поежился увидев, кто пришел к нему, мертвые пропавшие травники двое, причем давно мертвые, вид у них был жутковат. Как вместе погибли, так и ходят тоже вместе. Они топтались перед защитном кругом не в силах перешагнуть его. Никита же рассматривал мертвяков и не мог понять, что они такое, не упыри — это точно, и от мертвяков разило магией, но это глупо. Никита мог представить себе, что здесь в Сибирских лесах есть некромант, но так бездарно тратить магическую энергию не может позволить сильный маг, а слабый мертвяков не поднимет. А эти все мертвецы были сначала убиты магией, затем подняты и просто бродили без надзора по лесу, глупо и как-то по-детски что ли, — это похоже на то как ребенок игрался новыми игрушками, надоели, сломал их и бросил. У некромантов особая энергия, мертвая, и когда обучают, сначала приучают экономно, скупо расходовать ее, чтобы не навредить окружению и не выдать себя, ведь их энергию не спутает с обычной магией. Это ведь даже вопрос их выживания. И еще каждое поднятие опустошает некроманта, забирая частичку его души и просто так, без цели, поднимать толпу мертвяков никто не будет. Некроманты любят окружать себя мертвыми слугами, удобно, не нужно платить за работу, мертвые не выдадут секретов хозяина и преданны ему. Но все слуги привязаны к создавшему их как ниточками, а эти мертвецы бродят без цели. Если бы их хозяин погиб, то они уже тоже бы получили окончательную смерть, а так непонятно, пока загадка, — поправил свои мысли Никита, которую я обязательно разгадаю, а пока нужно уничтожить тех что пришли сюда.
Он ухватил топор из рюкзака, и приготовил бутылку с горючей смесью. Как-то он понял сразу, что этих зомби не убьешь ударом в голову, они напичканы темной энергией их нужно обездвижить и сжечь и никак иначе. Никита снова поразился, что он не боится, и действует как машина, быстрый рывок в сторону первого мертвяка, подрубить ему ноги, отбежать. Нельзя попасть им в руки, они вроде как двигаются неуклюже, неторопливо, но цеплючие, ухватят, уже не вырвешься. Никита рывком также подрубил ноги и второму мертвяку, потом руки, ему нужно, что б они немного полежали спокойно. Вытащил шевелящиеся тела на открытое место, быстро ливанул на них из бутылки горючей смеси и головней от костра поджег мертвяков, — только так можно справится с
