— Да еще эта Моник! — Мерфи зло сплюнул за борт. — Как рассветет, отправимся ее искать. Это все равно, что искать кобру! Но как заставить девочку не мстить за отца? Дюпон ее поддерживает.
— Но ведь нет прямых улик! — я застонал от бессилия. — Никто не может точно сказать, что именно Моник виновата в смерти капитана! И вчерашнюю пулю мог выпустить из темноты любой.
— Ну, это ты зря… — Мерфи нахмурился. — Доказывать тут уже ничего не надо. Что ж, придется идти. И послушай: Роб совсем плох после взрыва, бредил всю ночь, а у меня ноги не молодые, по горам за Кристин не угнаться. Так что, Джон, ты за нее отвечаешь. Не пусти девчонку под пулю!
И утром, с трудом уговорив бледного, дрожащего как в лихорадке Роберта остаться, мы отправились искать Моник. У самого берега нас ожидали те пираты с «Пантеры», которые заранее решили уйти с нами. Они теперь держались особняком от своих товарищей, но ночью приближаться к нашему кораблю побоялись. Кристин позволила им подняться на борт, а сама, во главе нашей небольшой группы, отправилась вглубь острова. Дюпон успел переговорить с буканьерами.
— В поселке ее нет, — уверенно сказал он. — Охотники просто схватили бы ее, и продали нам. Моник это понимает и держится от людей подальше. Долго так не получится — охотники быстро найдут ее.
— Я хочу найти ее сама! — Кристин, почти оправившаяся от раны, шла с пистолетом наготове. — Охотники! Отвернись на минуту — и она станет командовать твоими буканьерами! Она и сейчас, может быть, во главе целого отряда.
— Не думаю! — покачал головой Дюпон. — Ты же видела — те пираты, с которыми Мерфи не договаривался, даже подходить к нам боятся. Но все хотят на борт! Будь у них Моник, они уже притащили бы ее к тебе.
— Мне пока не нужны люди. К тому же я им не слишком доверяю. Пусть ждут здесь, сходим в Панаму — вернемся, и тогда заберем всех. Ты найдешь ее следы?
— Уже нашел!
Ловко прыгая по камням, француз отбежал чуть в сторону от тропы и вернулся с обрывком платья. Зорко оглядевшись, он указал нам направление рукой.
— Она где-то там! На скалы не влезть даже козе, поэтому, скорее всего, Моник недалеко. Растянитесь в цепь!
Мы с Мерфи попытались остаться с Кристин, но капитан с руганью растолкала нас. Пришлось подчиниться. Солнце светило все жарче, и уже через час карабканья по камням пот заливал мне глаза. Оставалось только удивляться легкости движений Дюпона, который родился и вырос на этом острове несколькими десятками лет позже. С тяжелым мушкетом в руках, он то обгонял всех, то забирался на скалы и осматривал местность сверху. Он первым и заметил Моник.
— Там! — в этот момент француз оказался позади цепи. — Там, за тем валуном!
Мы кинулись в указанном направлении, собираясь в группу. Увы, ближе всех к валуну была Кристин, и побежала к нему со всех ног. Мерфи, сразу отстав, закричал мне что-то. Я не разобрал слов, но и без того знал, что должен позаботиться о девушке. Легко сказать! О Моник я старался не думать, потому что просто не знал, что сделаю, если Кристин приставит к голове авантюристки пистолет.
Я почти догнал девушку у самого валуна, и мы забежали за него вместе. Моник карабкалась на скалистый склон, ей оставалось всего несколько футов, чтобы скрыться из виду. В глаза мне бросились ее белые, но покрытые царапинами икры — чтобы ловчее передвигаться, Моник обрезала платье. То ли от вида неожиданно представших передо мной женских ног, то ли просто по воле судьбы я оступился и, едва не сломав ногу, упал на камни. Я видел, как Кристин прицелилась, и сердце мое остановилось вместе со звуком выстрела. Однако пуля лишь подбросила вверх камушек рядом с рукой Моник, забравшейся уже почти на самый верх.
Отчаянно завизжав, Кристин отшвырнула пистолет и выхватила саблю. До врага ей оставалось лишь несколько шагов. Моник обернулась, и я увидел, что платье у нее разодрано и на груди, а из выреза торчит рукоять пистолета. Мгновенно оценив обстановку, она хищно оскалилась. Я должен был стрелять! Но не мог… Моник вытащила пистолет и, подпустив размахивающую саблей Кристин еще ближе, хладнокровно выстрелила. Девушка упала, как подкошенная. Бросив на меня короткий взгляд, Моник подтянулась на руках и через миг исчезла за скалой.
Я подбежал к лежавшей без движения Кристин и опустился около нее на колени. Вся сцена заняла лишь несколько секунд, и остальные только теперь добежали до валуна. Я молча показал, в каком направлении скрылась Моник.
— Двое туда! — кивнул на скалы Дюпон, на которого смерть Кристин, кажется, не произвела ни малейшего впечатления. — Остальные за мной, я знаю эти скалы! Обойдем чертовку и возьмем в клещи!
Подоспевший наконец старик Мерфи принялся ощупывать Кристин в поисках раны.
— Моррисон, останься! — крикнул он. — Сделай что-нибудь!
— А что сразу я? — заворчал рыжий пират. — Я зуб могу вырвать или ногу отрезать, чеснок от кишок помогает…
— Куда попала пуля?!
Они осмотрели ее вдвоем, но раны не нашли. Моррисон положил пальцы на шею Кристин.
— Сердце бьется, но как бы… Через раз, — сказал он.
— Смотрите! — я первым заметил набухающую на лбу девушки широкую багровую полосу. — Она не ударялась о камни лицом!
— Я такое уже видел один раз! — Мерфи сел на теплый камень, утер пот и полез в карман за трубкой. — Сабля ее спасла. Пуля угодила в клинок, а клинок приложил девочку по глупой головке.
— Ну, тогда… — Моррисон почесал затылок. — Водой на нее побрызгать, да? Вроде как обморок?
— Джек! — я оглянулся. Мы были здесь совершенно одни. — Джек, ты помнишь, о чем мы говорили? Если Кристин еще некоторое время не придет в себя…
Мерфи застыл с не разожженной трубкой в руке, а потом быстро запихал ее обратно в карман.
— Клянусь, ты кое-что соображаешь, Джон! Так, парни, берите ее аккуратно на руки и тащите к кораблю. Пока Кристин без сознания, капитана замещаю я!
Конечно, это было нечестно: воспользоваться беспомощностью Кристин, бросить на острове несколько наших матросов… Но как еще мы могли избавиться от этого зловещего Дюпона? В том, что он служит неким темным силам, я успел почти увериться. Оказавшись на берегу, Мерфи тут же приказал готовиться к отплытию и никого не ждать. Я забежал в поселок и первых же встреченных буканьеров попросил передать нашим людям и Дюпону, чтобы ждали нас на Тортуге. Оставалось надеяться, что француз так и поступит — без него Круг Времени не пустил бы нас назад. Но на кону стояло нечто большее. Будущее Британии, и, таким образом, всего мира.
Не прошло и часа, а «Ла Навидад» уже подходил к выходу из бухты. Бросив последний взгляд на остров, я увидел на берегу Дюпона, стоявшего, опершись на мушкет. Мы оставляли его уже второй раз, но не это тревожило меня. Я отдал бы руку, чтобы узнать, что случилось с Моник. И сам теперь не знал, что бы предпочел. Мне было стыдно, очень стыдно, что я не выстрелил тогда…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
