Then the Gruagach called the maid (тогда Груагах позвал служанку; to call – кричать; звать), and taking his sword (и, взяв свой меч), said (сказал), “I’ll take the head off you (я лишу тебя головы: «я сниму голову с тебя»; to take – брать; to take smth., smb. off smth., smb. – снимать что-л. с чего-л.) if you don’t tell me this minute (если ты не расскажешь мне сию же минуту) what happened while I was gone (что случилось, пока меня не было: «я был ушедшим»).”
Then the Gruagach called the maid, and taking his sword, said, “I’ll take the head off you if you don’t tell me this minute what happened while I was gone.”
“Oh!” said the maid, “he begged so hard for a drop of dirty water (он так упорно умолял /дать ему/ каплю грязной воды) to wet his mouth (чтобы смочить рот) that I hadn’t the heart to refuse (что я не смогла отказать: «я не имела мужества отказать»; heart – сердце; мужество, смелость, отвага; to have the heart to do smth. – решиться сделать что-л.), for ’t is good he was to me and kind each time he saw me (потому что добрым он был ко мне и любезным каждый раз, когда он видел меня; good – хороший; добрый, дружелюбный) when he was here in the house before (когда он был = жил здесь в доме прежде).
“Oh!” said the maid, “he begged so hard for a drop of dirty water to wet his mouth that I hadn’t the heart to refuse, for’t is good he was to me and kind each time he saw me when he was here in the house before.
When the water touched his mouth (когда вода коснулась его рта), he made an eel of himself (он обратился угрем: «он сделал угря из себя самого»), spilled water out of the tub (расплескал воду из бадьи), and slipped along over the wet place to the river outside (и проскользнул по тому мокрому месту к реке на улице). I caught him to bring him back (я поймала его, чтобы принести его обратно = вернуть его), but I couldn’t hold him (но я не смогла удержать его); in spite of all I could do (несмотря ни на что: «вопреки всему, что я могла сделать»), he made away (он улизнул; to make away – убежать, улизнуть).”
The Gruagach dropped his sword (Груагах бросил свой меч; to drop – капать, стекать каплями; ронять, выпускать, бросать), and went to the water side with his sons (и пошел к берегу реки вместе со своими сыновьями; water – вода; водоем, озеро, река, пруд; side – сторона, бок; берег).
When the water touched his mouth, he made an eel of himself, spilled water out of the tub, and slipped along over the wet place to the river outside. I caught him to bring him back, but I couldn’t hold him; in spite of all I could do, he made away.”
The Gruagach dropped his sword, and went to the water side with his sons.
The sons made eleven eels of themselves (сыновья превратились в одиннадцать угрей: «сыновья сделали одиннадцать угрей из самих себя»), and the Gruagach their father was the twelfth (а Груагах, их отец, был двенадцатым). They went around in the water (в воде они плавали: «следовали» повсюду; to go /went, gone/ – идти, ходить; направляться, следовать; around – кругом, вокруг; повсюду), searching in every place (обшаривая каждый уголок: «ища в каждом месте»; to search – искать, разыскивать; обыскивать, обшаривать), and there was not a stone in the river that they passed (и не было ни одного камня в той реке, мимо которого они бы проплыли: «прошли»; to pass – идти, проходить; проходить мимо, миновать) without looking under and around it (не заглянув под него или за него: «вокруг него») for the old fisherman’s son (в поисках сына старого рыбака).
The sons made eleven eels of themselves, and the Gruagach their father was the twelfth. They went around in the water, searching in every place, and there was not a stone in the river that they passed without looking under and around it for the old fisherman’s son.
And when he knew (а когда он понял; to know /knew, known/ – знать; понимать, осознавать) that they were after him (что они гонятся за ним; after – после; /движение вслед за кем-л./ за, вслед за), he made himself into a salmon (он превратился в лосося); and when they knew he was a salmon (а когда они узнали, что он стал лососем), the sons made eleven otters of themselves (сыновья превратились в одиннадцать выдр), and the Gruagach made himself the twelfth (а Груагах стал: «сделал себя» двенадцатой).
And when he knew that they were after him, he made himself into a salmon; and when they knew he was a salmon, the sons made eleven otters of themselves, and the Gruagach made himself the twelfth.
When the fisherman’s son found (когда сын рыбака обнаружил; to find /found/ – находить; обнаруживать) that twelve otters were after him (что за ним гонятся двенадцать выдр), he was weak with hunger (он был слаб от голода), and when they had come near (и когда они приблизились: «подошли ближе»), he made himself a whale (он превратился в кита: «сделал себя китом»). But the eleven brothers and their father (а одиннадцать братьев и их отец) made twelve cannon whales of themselves (превратились в двенадцать огромных китов: «сделали двенадцать пушечных китов из самих себя»; cannon – пушка), for they had all gone out of the river (потому что они все /уже/ выплыли: «вышли» из реки), and were in the sea now (и теперь были в море).
When the fisherman’s son found that twelve otters were after him, he was weak with hunger, and when they had come near, he made himself a whale. But the eleven brothers and their father made twelve cannon whales of themselves, for they had all gone out of the river, and were in the sea now.
When they were coming near him (когда они приближались: «подходили ближе» к нему), the fisherman’s son was weak from pursuit and hunger (сын рыбака был слабым от преследования и голода), so he jumped up out of the water (поэтому он выпрыгнул из воды), and made a swallow of himself (и превратился в ласточку: «сделал ласточку из себя самого»); but the Gruagach and his sons became twelve hawks (а Груагах и его сыновья стали двенадцатью ястребами; to become /became, become/), and chased the swallow through the air (и стали преследовать ласточку по небу: «по воздуху»; through – через, сквозь; /движение в какой-л. среде./ по); and as they whirled round and darted (и пока они кружились и бросались /на ласточку/; dart – стрела, дротик; рывок, бросок, стремительное движение; to dart – метать; устремляться, мчаться, бросаться), they pressed him hard (они упорно теснили его; to press – жить, нажимать; теснить, оказывать давление, упорно преследовать), till all of them came near the castle of the king of Erin (пока все они не приблизились к замку короля Ирландии).
When they were coming near him, the fisherman’s son was weak from pursuit and hunger, so he jumped up out of the water, and made a swallow of himself; but the Gruagach and his sons became twelve hawks, and chased the swallow through the air; and as they whirled round and darted, they pressed him hard, till all of them came near the castle of the king of Erin.
Now the king had made a summer-house for his daughter (так вот, король построил беседку: «сделал летний домик» для своей дочери); and where should she be at this time (и где же она могла оказаться в это самое время) but sitting on the top of the summer-house (как не сидящей на крыше этой беседки; top – верхушка, вершина; верхняя часть, верхний конец).
Now the king had made a summer-house for his daughter; and where should she be at this time but sitting on the top of the summer-house.
The old fisherman’s son dropped down (сын старого рыбака падал вниз /до тех пор/) till he was near her (пока он не оказался рядом с ней); then he fell into her lap (тогда он упал ей на колени; to fall /fell, fallen/; lap – колени /сидящего человека/) in the form of a ring (в виде кольца; form – форма, внешний вид, очертание). The daughter of the king of Erin took up the ring (дочь короля Ирландии подняла кольцо; to take /took, taken/), looked at it (взглянула на него), and put it on her finger (и надела его себе на палец). The ring took her fancy (кольцо ей приглянулось; to take /took, taken/ – брать; fancy – воображение, фантазия; вкус, склонность, пристрастие; to take smb.’s fancy – поразить чье-л. воображение, понравиться, прийтись по вкусу), and she was glad (и она обрадовалась: «была радостной»).
The old fisherman’s son dropped down till he was near her; then he fell into her lap in the form of a ring. The daughter of the king of Erin took up the ring, looked at it, and put it on her finger. The ring took her fancy, and she was glad.
When the Gruagach and his sons saw this (когда Груагах и его сыновья увидели это), they let themselves down at the king’s castle (они опустились у королевского дворца), having the form of the finest men (приняв облик: «имея внешний вид» самых красивых мужчин; fine – ясный, хороший /о погоде/; прекрасный, красивый, замечательный) that could be seen in the kingdom (которых можно было увидеть в королевстве; to see /saw, seen/).
When the Gruagach and his sons saw this, they let themselves down at the king’s castle, having the form of the finest men that could be seen in the kingdom.
When the king’s daughter had the ring on her finger (когда кольцо оказалось на пальце королевской дочери: «когда королевская дочь имела кольцо на своем пальце») she looked at it and liked it (она глядела на него и /оно/ ей нравилось). Then the ring spoke, and said (тогда кольцо заговорило и сказало), “My life is in your hands now (теперь моя жизнь в твоих руках); don’t part from the ring (не расставайся с кольцом; to part – разделять, делить на части; разлучаться, расставаться), and don’t let it go to any man (и не отдавай его никому: «и не позволяй, чтобы оно перешло к любому человеку»), and you’ll give me a long life (и ты подаришь мне долгую жизнь).”
