какой-то предмет, позже создавая из него полноценный артефакт, корректируя способность и интегрируя её с предметом. Потому, даже если лично ему такая естественная способность может не подходить, в качестве артефакта она может отлично дополнять его силы или прекрасно подойти другому практику. По этой причине в секте имеется не мало артефактов Предела Жизни с самыми разными свойствами и формами. И их можно приобрести за заслуги. Однако делать это можно только практикам Предела Жизни, так как артефакты эти так же для своей работы требуют жизненной силы практика и практик Предела Тела может просто умереть при использовании такого артефакта.
— О, спасибо, это очень познавательно, — искренне поблагодарил я его, узнав и такие нюансы местной магии. — В таком случае, я хочу задать последний вопрос — можно ли мне будет отправиться в секту вместе с вами и начать обучение там?
— Сейчас? — удивился он. — Ты ведь только три шуна, как практикуешь…
— Да, я прекрасно это понимаю, Мастер Кау, но вы ведь сказали, что я уже прохожу по всем критериям… который, на самом деле, только один. А раз так, то я хотел бы не тратить время в пустую.
— Время в пустую… — повторил он мои слова, уже без улыбки. — Я понимаю нетерпеливость, свойственную молодости. Когда-то я и сам был таким же, но, подумай вот о чем, Фа Вей. Уйдя сейчас, ты не сможешь вернуться сюда ещё многие годы. А жизнь практиков… она очень… очень длинная и в сравнении с обычными людьми, мы можем показаться словно вечными. В то время, как их жизни… они скоротечны, как о звук грома. Однажды я покинул свой родной дом и отправился в секту. Я упорно и успешно развивался, не встречая особых проблем. Иногда у меня появлялись мысли о том, чтобы вернуться домой, но я постоянно откладывал их. На следующий шун, потом на следующий… а когда, всё таки, вернулся домой… оказалось, что идти туда уже не было смысла. Мои родители уже пятнадцать шун как были мертвы — умерли от старости, так и не увидев меня, даже мои братья и сестры уже умерли — кто от болезней, кто от старости. Я сумел найти лишь их детей, уже взрослых и даже не знающих, кто я такой. В тот момент я больше всего жалел о том, что так и не смог попрощаться, в последний раз повидаться в близкими и родными мне людьми. Я просто не заметил, как пролетело время, столь продолжительное, что для обычных людей это представляет целую жизнь. Фа Вей… ты ещё ребёнок и тебе нет причин спешить. Проведи время с родителями, с братьями и сёстрами, ведь в следующий раз… неизвестно, когда ты увидишь их снова… и увидишь ли вовсе.
— Я понимаю, о чем вы говорите, Мастер Кау, — действительно понимаю, ведь уже пережил все то, что он рассказал о себе в прошлой жизни, когда путешествовал по миру многие годы и со мной было не связаться, а когда, многие годы спустя, я вернулся домой… там жили уже совсем другие люди, а мои родители уже, как оказалось, были мертвы. Не потому, что состарились, а по другим причинам, но суть от этого не менялась. Я с ними так и не простился. И пережив такое раз, в этой жизни я всегда, с самого рождения старался всеми силами строить свои отношения с новыми родителями так, чтобы я был самостоятелен, чтобы они не пеклись обо мне и не испытывали сожалений, если я покину их… возможно, что и навсегда. — Однако, я в деревне не особо публичный человек и не люблю гулять и проводить время со сверстниками. Даже родители… мы видимся не так часто — они работают, а я тренируюсь и практикую. Да, я люблю их, а они меня, но, не смотря на нашу близость, они готовы отпустить меня — я в этом уверен.
— А что же братья и сестры? — его вопрос абсолютно нормален, как и уверенность в том, что оные у меня имеются, ведь редко можно встретить семью, в которой только один ребёнок. — Ты не будешь скучать по ним? Или они по тебе? Знаешь, сожаления и печаль в душе могут сильно сказаться на твоём самочувствии и самообладании. Это так же может повлиять на результаты практики.
— После того, как моя мама родила меня, ей сразу сказали, что она не должна больше рождать детей — ей это делать опасно и она может просто умереть при попытке сделать это. Потому, я единственный ребёнок в семье.
— Ох… прости, дитя, не хотел затрагивать такие темы.
— Нет, все нормально. Я уже очень давно знаю об этом. Всё равно я ничего поделать с этим не могу.
— Я тебя понял, Фа Вей. Хм… знаешь, я, вдруг, понял, что пока говорил с тобой, у меня пересохло в горле. Не против угостить меня свежей водой?
— Да, конечно, Мастер Кау, я сейчас же сбегаю за водой, — вскочил я на ноги.
— Не нужно себя утруждать. Я схожу с тобой — вдруг захочу попить побольше? Не заставлять же тебя бегать туда-сюда по несколько раз. Идём, проводишь меня, а то я тут больше ни с кем особо не знаком, как с тобой, неудобно просить о таком кого-то другого.
— А как же дети? — посмотрел я на группу детей, что все ещё проходили испытание.
— Не волнуйся о них — если мне так повезёт и кто-то пройдёт испытание в первый же день, уверен, меня очень быстро найдут родители ребёнка, куда бы я не спрятался в вашей деревне! — рассмеялся Мастер Кау.
— Тогда прошу за мной, — развернулся я и направился к своему дому.
Заодно и родителям представлю мастера Кау — они как раз не за долго до сбора детей вернулись с работы.
Глава 29
Путь до дома был не долгим и уже скоро я открывал дверь своего дома, заходя внутрь и быстро находя родителей, чтобы предупредить их о госте.
Родители нашлись за столом, где сейчас ели. Им присутствовать на испытании детей нет смысла, так что они и не заботились о его приходе.
— Мам, пап! У нас гость! — сказал я, представь перед ними, а следом за мной вошёл и сопровождающий меня. — Позвольте представить, это Мастер Кау.
Родители, увидев вошедшего следом за мной человека, раскрыли во всю ширь глаза и подскочили из-за стола, чтобы тут же поклониться.
— Приветствуем Мастер Кау у нас дома! — взял слово отец, как глава семьи.
— Спокойно,
