устройства магического происхождения. Магией были наделены и узорчатые кованые ворота, которые охраняли несколько стражников.
— Мы к маркизу Жану Де’Бордо, — произнес я, остановившись в паре метрах от воинов.
В этот раз, что удивительно, меня никто не взял на мушку, но я прямо чувствовал на себе изучающий взгляд одного из стражников, который явно был не простым выпивохой, коротающим свое время в броне и при оружии за зарплату, а воином. Причем довольно опытным воином.
— Как вас представить, господа? — ответил он, смотря уже не на меня, а на крысу.
— Барон Люк Кастельмор и Огюст Шален — эпидемиолог короля Людовика Мудрого, — представил я сразу обоих. — И побыстрее. Мы очень спешим! — добавил я, понимая, что подобная игра в раздраженного аристократа очень хорошо влияет на время выполнения различных поручений.
Вон, например, второй стражник сразу побежал в сторону поместья маркиза, и не последовало никаких дополнительных и уточняющих вопросов. А вот насчет крысы у меня в руке воин решил осведомиться.
— Прошу прощения, господин Люк, но с этой штукой, — он указал пальцем на магического зверя. — На территорию поместья нельзя.
Что ж, это было логично.
— Хорошо, оставлю ее тут, а вы посторожите, — спокойно произнес я и подошёл к кованым воротам, на которых был изображен герб рода — ворон, стоящий одной ногой на треснувшем черепе. Там я и положил тушу магической крысы рядом с одной из каменных колонн. Стражник, который следил за всем этим, даже бровью не повел.
— Это ценный материал, за него ты отвечаешь головой… — я посмотрел воину в глаза.
— Аксель, господин, — мой собеседник вежливо склонил голову.
— Отвечаешь головой, Аксель, — произнес я. — Возможно, эта крыса- ключ к решению проблемы с эпидемией в городе, — добавил я для пущей серьезности, но воина это никак не проняло.
— Хорошо, господин, — кивнул он. — Лично прослежу, чтобы ее никто не тронул и до вашего возвращения она осталась лежать на месте, — ответил он и усмехнулся.
Несмотря на то, что часть его лица скрывал платок, я все равно это понял.
«А мне нравится этот стражник», — подумал я, смотря на своего собеседника, который не испытывал ко мне страха, несмотря на мое благородное происхождение. Вскоре вернулся второй воин, стоявший на воротах.
— Маркиз вас ждет, господа, — произнес он и открыл ворота.
— Идем, — я кивнул Огюсту, и мы зашли внутрь.
Пройдя через большой сад, где помимо ухоженных кустарников и кустов роз обнаружились еще несколько скульптур и даже фонтан. В луидорах Жан Де’Бордо нужны точно не испытывал.
— Знаешь, чем занимается маркиз или его семья? — спросил я Шалена.
— Нет. Я первый раз слышу эту фамилию, — ответил мой собеседник, крутя головой по сторонам.
«Надо бы у кого-нибудь узнать об этом человеке», — подумал я, смотря на ровные кусты и деревья, за которыми явно хорошо ухаживали. И это точно делал не один человек.
Причем прислуги в саду вообще не было. Что было немного странно.
— Кстати, в разговоре ты упомянул некоего Луи Бриана. Кто это? — спросил я Огюста.
— Монсеньер Луи Бриан- это священнослужитель. Церковь Святого Густава- это его церковь. Во всяком случае, была таковой до того, как туда начали свозить всех зараженных, — ответил мой собеседник, и я задумался.
Интересно, какая власть в этом мире у представителей духовенства? В моем мире, во всяком случае, в империи, где я жил… точнее, выживал, все было довольно спорно. В этом же мире я понятия не имел, как я, к примеру, должен приветствовать того же монсеньора, о котором говорил Огюст. Надо бы подтянуть эти знания, ибо память Люка Кастельмора в этот раз мне ничего не подсказывала.
— Я так понимаю, он не особо доволен во что превратилась его церковь? — поинтересовался я у Шалена.
— Вы не правы, Люк, — ответил мой собеседник. — Именно он и предложил свою церковь для нужд больных, — добавил эпидемиолог. — Я пообщался с монсеньором Луи всего пару минут, но мне сразу же понравился этот человек, — напарник почему-то грустно улыбнулся.
А, точно. Он ведь рассказывал, что его в младенчестве подкинули в церковь. Видимо, вспомнилось что-то приятное из тех дней, которые он провел в приюте. У меня таких воспоминаний, к сожалению, не было.
«Создам их здесь!» — решил я и остановился возле крыльца, где нас почему-то никто не встречал.
— Странно, — произнес я, смотря на то, как в поместье горит свет. — Какое-то прямо неуважение, — добавил я, глядя на дверь, ведущую в дом.
— И правда, очень странно, — ответил Шален. — Так могли поступить со мной, но с вами, — он задумался. — И вы ведь уведомили о визите.
— Ладно, идем, — я кивнул вперед и пошел вперед. — Я, конечно, всего лишь барон, а он маркиз, но судьба людей всяко важнее этикета, — добавил я. Стоило только мне приблизиться к двери, как она тут же распахнулась, и я сразу же ощутил запах веселья, алкоголя и дорогих духов.
— О! Барон Люк! Рад вас видеть! — заплетающимся языком произнес покачивающийся маркиз, который явно был пьян.
Его, к слову, поддерживали две красотки, взгляд которых мельком пробежался по нам с Огюстом и не остановился ни на ком из нас. И не удивительно, учитывая, как мы провели этот день. Запах от нас исходил соответствующий. Тому подтверждением были платки, которыми дамы закрыли свои припудренные носики, продолжая под руки удерживать Жана.
— Присоединитесь⁈ — Де’Бордо кивнул в сторону открытой двери, за которой, судя по музыке и ароматам, шел самый настоящий праздник.
«Прямо пир во время чумы», — подумал я.
— Нет, маркиз. Мы здесь по делу, — холодным тоном произнес я. — Мне нужен ключ от лаборатории, — смотря в его пьяные глаза, добавил я, и на его лице появилась глупая улыбка.
— Лаборатории? — удивился он. — Ключ? — спросил он и икнул. — Не припоминаю!
Мы с Огюстом переглянулись.
— Дамы, оставьте нас, — произнес я, посмотрев на девушек.
— Но…
— Пошли прочь! — продолжил я оттачивать свой тон Василиска в этом мире, и спустя мгновение красавиц и след простыл. Мы остались с маркизом наедине.
— Что происходит? — спросил он и снова икнул.
— Огюст, ваша
