Но здесь вообще ничего не говорило а присутствии человека. Охотник поднял орущий сверток и понес его домой. Он мог бы много раз заблудиться, ведь непрекращающийся плач младенца отвлекал его. Но его вывела все та же рысь.
Мы опустим все охи и вздохи, которыми меня награждали в деревне. Главное, что я выжила. Хотя и не уверена, что к счастью. Яросвет взял меня к себе в семью. И хотя они с женой были еще молоды, но у них не было детей. И они не стали больше желать их появления на свет, а полностью посвятили себя мне.
Я росла, ничем не отличалась от сверстников и была счастлива до семи лет. Ровно в день, когда меня нашли я потеряла обоих своих приемных родителей. Как это произошло, никто так и не смог объяснить, не было никаких причин для их гибели. И люди стали шептаться, что я проклята. Знаете каково это расти, когда с тобой никто не желает общаться?
Я замкнулась в себе. У меня не было подруг, не было матери, которая могла бы помогать мне советами. Так ищи я и была очень красива, что вызывало зависть. Мою красоту тоже считали роковой, проклятой. Хотя местные парни частенько были бы не прочь проверить это на своей шкуре и еще больше меня ненавидели от того, что это им так и не удалось. Я могла за себя постоять.
Потому, стоит ли говорить, что как только жрец, пришедший к нам, предложил мне пойти к нему в обучение, то я согласилась не раздумывая. Люди шептались у меня за спиной, пока я собиралась. Но никто так и не посмел со мной заговорить, я уже была во власти жреца. А сказать мне могли бы многое. Люди знали чему и для чего обучают таких красивых и одиноких молодых девушек, как я. Да даже если бы кто нибудь мне тогда и раскрыл глаза, я бы скорее всего их не послушалась.
С той минуты участь моя была предрешена. Эти жрецы не поклонялись или служили какому нибудь одному богу. Они готовили универсальных служителей. Выбирай на свой вкус. Кстати, среди учеников было и несколько юношей.
Чему нас только не учили. Я могу вести разговор, обучена грамоте. Умею…обольстить мужчину. Знаю все тонкости… интимных игр, и могу получить любую информацию, нужную мне, или моему богу. Могу так же лишить человека жизни многими способами. Теперь вы знаете мой ассортимент знаний.
Но и о том, как нас учили, это вообще отдельный разговор. За малейшую ошибку, любую провинность нам назначали наказание. Голодовка это было самым простым. Самым мерзким, что я запомнила на всю жизнь это когда меня голой опустили в абсолютно темный, холодный колодец и выпустили каких то животных. Это оказались крысы. Незабываемое ощущение, когда тебя топчут сотни мерзких лапок. Брр…
Но хуже всего оказалось не это. По окончании обучения все получали задание, по выполнении которого определялось к чему больше всего оказался подготовлен человек.
И вот настал этот день. Собрались все жрецы и все ученики. Незримо присутствовали боги. Они уже присматривали себе служителей. Задания были разные. А мне, как казалось, досталось самое простое.
Все это происходило на небольшой круглой арене, открытой со всех сторон, что бы жрецы могли наблюдать за нами.
Когда я туда вышла, то мне привели…рысь. Да, ту самую, которая привела ко мне охотника. Я забыла сказать, что все эти годы она оставалась для меня единственным другом. Яросвет больше никогда не охотился на нее. А я стала часто приходить к тому озеру, где меня наши. И там же познакомилась с этой прекрасной дикой кошкой.
А тут мне предложили убить ее. Как они могли прознать о ней? Будь это человек, то я, возможно, и совершила то, что от меня требовали. От людей я еще ничего хорошего не видела, не считая своих родителей. Да и обучение не прибавило мне человеколюбия.
Но моего единственного друга? Я не смогла.
Никто мне тогда и слова не сказал. Но потому, как сразу меня стали сторониться все остальные, я поняла. Это был мой конец. Что случалось с не прошедшими испытание у нас только слухи ходили один другого краше. И вот теперь мне досталась сомнительная честь проверить их на себе.
Но видимо судьба еще во мне не до конца разочаровалась. Именно в этот момент пошел первый смоляной дождь. Началась паника и всем сразу же стало не до меня. Прошло несколько дней, а за мной не приходили. Всех остальных учеников давно уже куда то увели. А про меня словно забыли. Я не могла никуда выйти, дверь моей комнаты была заперта. И лишь через маленькое окошко я могла наблюдать за происходящим. Я не выдержала, мне необходимо было знать мою дальнейшую судьбу.
Выбраться оказалось слишком просто, все таки научили нас многому. И я отправилась не больше, не меньше, как к главному жрецу. Однако попала прямо в середину обсуждения происходящего с островом. Там были абсолютно все жрецы и большинство богов.
Сначала я испугалась, не каждому смертному довелось увидеть одновременно столько сильных мира сего. Но затем поняла, что терять мне и так уже нечего, так хоть по наслаждаться моментом их растерянности.
— Что со мной будет? — Я сама поразилась, как громко прозвучал мой голос в наступившей тишине. Усиленный эхом громадного зала, он одиноко заметался среди стен.
— Это еще кто? — Вопрос задала Гера. Я вся сжалась, разозлить ее, это надо быть врагом самой себе.
— А, это та, которая не прошла испытания. — Вспомнил наконец меня главный жрец.
Богиня сразу же потеряла ко мне интерес.
— Она еще жива? — Лишь брови выдали ее удивление.
Что же, вот и ответ на мой вопрос.
— Уведите. — Жрец махнул рукой.
— Стойте. — Я с удивлением узнала Афину. — Она нужна мне. Пойдет с моей группой на разведку. Сейчас дорог каждый человек.
Если Гера и удивилась, то совершенно этого не показала. Лишь кивнула: нужна, забирай.
— Тогда, если мы уже все обсудили. — Она вопросительно взглянула на остальных богов. — Я ее заберу. А завтра отправляю группу.
Вот так я и оказалась здесь. Почему Афина меня спасла я не знаю. Так что вам решать, верить мне или нет.
Радмила замолчала. Она ждала, что скажут люди и ничего хорошего ей в голову не приходило. Девушка привыкла к осуждению и страху, сопровождавших ее всю жизнь.
— Бедная девочка, что тебе пришлось пережить. — Из толпы вышла женщина и обняла ее за плечи.
Радмила изумленно уставилась на нее. Чего, чего, а уж жалости она ожидала меньше всего. Девушка оглянулась на остальных. Их лица выражали сочувствие. Даже Зореслав испытывал что то, похожее на раскаяние.
— Так почему же ты их всех защищаешь? — Все же спросил он.
— Здесь я поняла, что все мы совершенно забыли, какими были раньше. И сейчас нам представился шанс объединиться со своими родственниками. Наверное, многие из вас вправе сказать, особенно родившиеся здесь, что их земля, их родина здесь. Но ведь когда уходили ваши предки, у многих оставались там родственники, друзья, знакомые. Так что ваши корни все же там. Ведь попробуйте срубить ваше Дерево. — Она показала рукой на Дуб. — Оно же сразу погибнет Подумайте об этом. Не вам держать на них зла. Но в вашей власти показать, что вы баши предки были правы, когда выбирали именно этот путь. — Радмила замолчала, она не знала, что ей еще сказать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
