– Я тогда не знала, насколько далеко он может зайти, чтобы получить то, что хочет.
– А теперь ты это знаешь, поэтому доведешь до конца свою игру и с радостью согласишься удовлетворить его желание.
– Разве у меня есть выбор?! – с отчаянием в голосе спросила Кристина.
– А-а, вот оно что. Ну что ж, рад был сослужить вам службу, прежде чем вы водрузите себе на голову венец мученичества.
– Почему ты так жесток? – обиженно произнесла Кристина и попыталась отодвинуться от Джейми, мысленно ругая себя за то, что говорила с ним слишком откровенно, раскрыла ему душу.
Он схватил ее за плечи и удержал на месте.
– Я вовсе не хотел быть жестоким. Просто мне раньше казалось, что ты так легко не сдашься.
– Не так уж трудно рисковать ради себя, – заметила Кристина. – Ты не понимаешь. Мой брат беспокоится о других.
– Я слышал о твоем брате. Думаю, он бы не захотел, чтобы ты жертвовала ради него своей жизнью.
Кристина промолчала. Джейми прав. Стивен пришел бы в ярость. Он стал бы категорически возражать против любой сделки, в результате которой она, Кристина, оказалась бы на его месте.
Но Деклабер не захочет, чтобы ей отрубили голову за предательство. Он ее хотел. Она была уверена, что главным образом это объяснялось тем, что она его не хотела. Он из тех людей, которые так или иначе найдут способ заполучить игрушку, которая им понравилась. Наверняка она ему надоест, зато ему никогда не смогут надоесть великолепные лошади и прочие богатства Хэмстед-Хита. Конечно, семейные владения находятся сейчас в упадке – слава Богу, Джейми и его люди не разрушили и не стерли с лица земли усадьбу и деревню! Они даже оставили часть скота и лошадей, так что можно будет вновь наладить выращивание породистых боевых коней и быстроногих, резвых скакунов. Хэмстед-Хит еще сможет вернуть свое былое богатство и величие.
Но для такого человека, как Роуан Деклабер, она была выгодным приобретением еще и по другой причине. Отец Кристины был осыпан почестями при Эдуарде I. Она происходила из старинного уважаемого рода, то есть могла дать ему именно то, чего самому Роуану недоставало.
– Я всего лишь пешка в этой игре, – сказала Кристина. – У тебя несколько больше ходов, ведь ты все-таки рыцарь[2].
– Все мы пешки, – ответил Джейми. – Даже короли. Каждому человеку приходится переживать, казалось бы, непереносимые утраты, с которыми он, тем не менее, вынужден смириться.
– Я бы никогда не смогла смириться со смертью своего брата. Тем более если имела возможность ее предотвратить.
– Возможно, Стивену сейчас не угрожает такая серьезная опасность, многие бароны Эдуарда призываются сейчас отслужить свою феодальную повинность. Ты вот говоришь, что я, возможно, никогда не встречусь с Деклабером на поле боя. Ты, конечно, права. Ведь даже если мы встретимся, то в пылу боя, возможно, никогда не узнаем об этом. Однако он может оказаться на территории Шотландии. И вполне возможно, королю надоест, что такого человека, как твой брат, содержат в качестве узника, в то время как он тоже должен отрабатывать свою феодальную повинность и воевать против шотландцев.
– Король прислушивается к словам Роуана. И, несмотря на то, что Стивен превосходный воин, он останется пленником. А что касается Роуана… возможно, что он прибыл в Шотландию. Однако полагаю, что, когда ты со своими людьми приехал за данью, он находился в своем поместье. И если он покинул его, то в сопровождении большого войска. Он любит битвы, но терпеть не может, когда численный перевес не на его стороне. – Кристина вдруг почувствовала, что ее охватывает гнев, и постаралась подавить его в себе. – Я терпеть не могу Тизл-он-Даунз – замок из холодного серого камня посередине плоской равнины. А от застоявшейся воды в крепостном рву воняет тухлятиной. Мне она всегда кажется коричневой, даже летом. То ли дело Хэмстед-Хит! Мы хоть и расположены дальше к северу, но таких холодных зим у нас не бывает. А весной и летом у нас вокруг зеленеют леса, цветет множество цветов. А лошади! Я хочу сказать, те, которые остались. Весной они носятся по долине, а с ними только что родившиеся жеребята… Они живописно дополняют прекрасный ландшафт.
– Но, Кристина, молодая женщина твоего происхождения и положения всегда является ценностью семьи, потому что ее можно выдать замуж, чтобы упрочить связи, увеличить богатство или укрепить власть. Ты, наверное, всю свою жизнь знала, что не состаришься в Хэмстед-Хите.
Кристина опустила глаза и отвернулась в сторону.
– Мою мать считали колдуньей, – тихо проговорила она. – Не какой-нибудь старой ведьмой или злой волшебницей. Просто она обладала некоторым даром предвидения. Она, например, чувствовала, что будет дождь, задолго до того, как он начинался, и могла предсказать заранее, будет ли зима мягкой или морозной. Ее способности отчасти передались детям. Стивен и я, например, могли о чем-то знать, хотя нам об этом не говорили. Я всегда чувствовала, когда ему грозит опасность, а когда с ним все в порядке. Или если ему больно… Он чувствует то же самое в отношении меня. В детстве мы не раз были свидетелями трагедий, связанных с браками. Когда умер наш отец, брат поклялся мне, что никогда не использует меня в целях получения выгоды. Мы считали себя более цивилизованными, чем другие, и думали, что будем жить как захотим и что я выйду замуж тогда, когда сама того пожелаю. Когда Роуан начал узнавать насчет возможного сватовства, Стивен сразу же сказал, что не считает свою сестру собственностью, которую может отдать любому мужчине по своему усмотрению. При этом он добавил, что, хотя я, конечно, буду польщена его предложением, в данный момент у меня нет намерения связывать себя какими-либо обещаниями. Вскоре после этого… король послал за Стивеном.
Джейми молчал. Кристина была уверена, что он, подобно большинству мужчин, считает ее долгом выйти замуж за того, за кого прикажут, и благодарить судьбу, если предложение сделает человек богатый и влиятельный.
– Ты никому не была обещана с колыбели? – спросил он.
– По правде говоря, была. Сыну графа Эльзасского. Но он умер еще в детстве, и поэтому я ни с кем не помолвлена. – Кристина умолкла, мысленно ругнув себя за излишнюю откровенность. Ведь о Джейми она практически ничего не знала, если не считать того, что он на днях поспешил заверить парнишек, что она не является его женой. Наверное, где-нибудь там, дома, у него есть жена. Но где находится его дом, она не знала.
Джейми пристально смотрел на Кристину. Что он видел, она тоже не знала, и, теряя терпение, спросила:
– Ты закончил мучить меня? Какое тебе дело до всего этого? Ты уедешь и будешь брать приступом одну крепость за другой. А меня доставят в какой-то Лэнгли и будут держать взаперти, пока другие не решат мою судьбу. Я не хочу больше говорить о своей жизни!
