— Зачем ты это рассказываешь мне? — спросил Гарри.
— Потому что ты мужчина, а я хочу мужчину. — Двумя быстрыми движениями она сбросила халатик и брюки, оставшись в одной блузке. Он услышал ее прерывистое дыхание, когда она, наклонившись вперед, начала расстегивать пуговицы его рубашки. Отведя ее руки, он некоторое время колебался, но желание обладать ею, почти такое же неистовое, как и у нее, погасило последние искры осторожности. Сбросив с себя одежду, он схватил ее в объятия.
Она почти испортила все своим бешеным нетерпением, так что пришлось прижать ее к песку, не давая двигаться, ласково убеждая успокоиться. Через несколько минут она поняла, что так будет лучше для нее и для него, замерла и расслабилась. А еще через несколько минут по учащенному дыханию и по тому, как она обняла его за спину, он понял, что она готова отдаться.
Он нежно сказал:
— Да… теперь… вместе.
Всепобеждающая волна чувств унесла их, доставляя несказанное наслаждение, которое не могло продолжаться вечно…
Когда Рэнди подошел к домику Гарри, из-под штор выбивались лучики света. При первом же стуке дверь открылась.
— Входи, — пригласил Гарри.
— Говори тише, — прошептал Рэнди. — Мануэль только что вошел в свой домик.
— Тогда мы возьмем чемодан и пойдем в твой домик. — Гарри подошел к кровати и вытащил из-под нее пластиковый чемодан.
— Что там внутри?
— Я еще не смотрел. Он заперт. У тебя есть отвертка?
Рэнди критически осмотрел замки.
— У меня есть нож… думаю, с его помощью мы легко откроем чемодан.
Они вышли в душную ночь и, пройдя несколько ярдов, вошли в домик Рэнди.
Опустив шторы, Рэнди включил свет и задвинул задвижку на двери.
— А чем ты занимался все это время? — поинтересовался Рэнди. — Я думал, ты уже давно посмотрел, что там внутри.
— Я ждал тебя. Если там есть деньги, то наверняка немного.
Рэнди открыл ящик стола и вытащил тяжелый охотничий нож. С его помощью Гарри не составляло большого труда вскрыть чемодан. Он поднял крышку.
Тяжело дыша, Рэнди стоял рядом.
Гарри осторожно вытаскивал содержимое чемодана, раскладывая его на кровати. Потом, бросив чемодан на пол, рассортировал содержимое на две кучки.
В одной были: серый потрепанный костюм, три белые рубашки, четыре пары носков, поцарапанный футляр с безопасной бритвой, зубная щетка, губка, мыло, тюбик пасты, пара голубых пижам, пляжные туфли и шесть белых носовых платков. Другая кучка представляла гораздо больший интерес: автоматический пистолет «люгер» калибра 7.67, коробка с сотней патронов к нему. Сто сигарет «Честерфилд», половина бутылки виски «Белая лошадь», тощая пачка пятидолларовых банкнот и приличный черный бумажник.
Гарри взял деньги, разорвал пластиковую обертку и пересчитал.
— Вот наше наследство, Рэнди. Двести десять долларов.
— Это все же лучше, чем ничего, — Рэнди не мог скрыть разочарования.
Гарри вытряхнул содержимое бумажника.
Несколько визитных карточек, имена на которых ничего не говорили ему, карточка американского кредитного банка, выданная на имя Томаса Лаувэрри, чек на сто долларов и права на вождение автомобиля, выданные в Лос-Анджелесе Уильяму Риккарду.
Гарри показал водительские права Рэнди.
— Итак, больше нет сомнений в том, что убитый действительно был Балди Риккард.
— Но зачем нам все это?
Гарри еще раз тщательно пересмотрел вещи, лежащие на кровати.
— Здесь нет ни единого предмета, из-за которого нужно было подвергать его пытке, — задумчиво сказал он. — Так почему же он не хотел, чтобы чемодан попал в чужие руки? — Гарри поднял чемодан и ножом разрезал внутреннюю обивку. Под обшивкой лежал пластмассовый пакет, в котором хранилась визитная карточка. Гарри осмотрел ее и на обратной стороне обнаружил аккуратную надпись: «Туннель. Шелдон. 07.45. Май 27».
— Вот оно!.. Но что это означает? — Гарри передал карточку Рэнди.
Рэнди прочитал и недоуменно покачал головой.
— Единственный Шелдон, о котором я знаю, является островом в десяти милях отсюда. Может быть, именно это имеется в виду?
— И что там находится?
— Ничего. Просто скалы и птицы. Нина иногда ездит туда, чтобы искупаться обнаженной.
— А туннель?
— Понятия не имею… Может быть, Нина знает. Я спрошу у нее?
— Нет, — Гарри взял карточку и засунул в карман, еще раз тщательно изучив. — Пора спать. Уже поздно. — Он отсчитал половину денег Рэнди. — Вот твоя доля.
— Ха! Спасибо. Я найду им применение. — Рэнди махнул в сторону вещей, лежащих на кровати. — А что делать с этими тряпками?
— Избавлюсь от них, — Гарри принялся складывать вещи обратно в чемодан.
— Итак, удача прошла мимо, — сказал Рэнди. — Что дальше?
— Понятия не имею… Может быть, карточка является ключом к разгадке? — Он закрыл чемодан и защелкнул замок.
Наблюдая за ним, Рэнди понял, что Гарри думает о будущих действиях.
— Увидимся завтра, — Гарри поднял чемодан и вышел из домика.
5
Лишь единственный звук нарушал тишину, царившую в кабинете детективов полицейского управления Парадиз-Сити. Это была муха с синими крылышками, суетливо бившаяся о грязный потолок.
Детектив третьего класса Макс Якоби, сидя за своим столом, усердно штудировал самоучитель французского языка.
Это был молодой, высокий темноволосый парень, и он сумел одолеть уже 114 уроков до чертиков надоевшего ему учебника. До конца курса оставалось всего лишь 26 уроков. В предвкушении окончания курса, он накопил уже достаточно денег, чтобы во время летнего отпуска посетить Париж и продемонстрировать беспечным парижанам свои знания их родного языка.
Напротив него развалился в кресле сержант Джо Бейглер со стаканчиком теплого кофе в руке и с сигаретой в зубах. Его глаза были наполовину закрыты, ибо в этот момент он размышлял, на какую лошадь поставить в пятнадцатом заезде. Большой, мощного телосложения мужчина, с одутловатым, розового цвета лицом, тридцати лет, он был правой рукой капитана полиции Фрэнка Террела. Во второй половине дня, довольный тем, что все тихо и в городе не зарегистрировано никаких преступлений, капитан пошел домой, чтобы подстричь газон, оставив Бейглера за старшего. Бейглер был так польщен оказанным доверием, что мог оставаться здесь, потягивая кофе и выкуривая одну сигарету за другой, хоть до Судного дня или до того времени, когда его вынесут отсюда ногами вперед.
— Так вы утверждаете, что обезьяна — хитрое животное, сержант? — спросил Якоби, у которого немного поехала крыша от постоянных занятий французским языком. Самоучитель как раз предлагал диалог об обезьянах с целью расширения словарного запаса.
До конца не поняв, что имеет в виду Якоби, Бейглер глянул в его направлении сквозь синеватые спирали дыма.
— Ну что там еще?
— Ил эят комме ун синге, — прочитал Якоби с ужасающим американским акцентом. — Синге… обезьяна… Хитрая. — По крайней мере в учебнике так написано. А вы что думаете на этот счет?
Бейглер глубоко вздохнул. Его толстое лицо приняло оттенок зрелых помидор.
— Так ты называешь меня проклятой мартышкой? — требовательно спросил он, наклоняясь вперед.
Якоби удивленно заморгал. Он должен был заранее знать, что нечего ждать помощи от сержанта, который практически не читал никакой литературы.
— О’кей, сержант. Забудем об этом. Извините, что я так сказал.
Дверь распахнулась, и детектив второго класса Том Лепски ворвался в кабинет, подобно пуле, выпущенной из револьвера. Он остановился у стола Бейглера.
— Шеф у себя, Джо? — спросил он, тяжело дыша.
Бейглер уселся прямо, с неодобрением глядя на Лепски.
— Его нет. Если ты хочешь знать, то он в настоящий момент находится дома и подстригает газон.
— Подстригает газон? — Лепски был шокирован. — Ты хочешь сказать, он работает с этой проклятой косилкой?
— Куда ему! Он подстригает газон ножницами, — саркастически заметил Бейглер. — Так он лучше загорает.
— Прекрати шутить! — Лепски нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — Я нащупал кое-что горячее. Это, может быть, мой шанс, которого так не хватает для повышения. Пока ваши болваны просиживают штаны, наращивая жир на заднице, я нашел машину Бадди Риккарда.
Бейглер наклонился вперед.
— Ты назвал меня болваном, Лепски?
Несмотря на охватившее его возбуждение, Лепски понял, что надо вести себя осмотрительнее. Бейглер замещал Террела. Если разозлить его, то прощай повышение.
— Как вы могли так подумать, сержант, — миролюбиво сказал Лепски. — Когда я говорю о недотепах, я имею в виду остальных, вот таких, как он, — Лепски указал на Якоби. Якоби был только детективом третьего класса и не мог ничем навредить Лепски. — Шеф и сержант не входят в это число. Я нашел машину Риккарда.
