– Привет, Фокс, – поздоровался инспектор. – Вы меня из-под земли достанете.
В телефоне что-то пробурчало.
– Ясно, – ответил Аллейн. – Очень ловкая и аккуратная работа. Спасибо, Фокси. Вы в Скотленд-Ярде? Можете идти домой. Уже поздно. Спокойной ночи.
Он повесил трубку и вместе с креслом развернулся к журналисту.
– Телеграмма из Австралии. «Мы считаем, что это С. Дж. Сэмюэль, американец, осужден за продажу наркотиков. Два года тюрьмы. Привлекался по делу об убийстве в Уолла-Уолла».
Инспектор сделал паузу. Найджел не отвечал.
– Кроме того, мистер Гарнетт сообщил, что хочет сделать заявление. Он утверждает, что в свое время Огден делал ему кое-какие любопытные признания. Вот что значит харизма! На что вы там смотрите?
– На Ноклэтчерс-роу. Очень странно, но, кажется, там кто-то снимает со стены знак Священного пламени. На улице такой дождь, что я почти ничего не вижу.
– Вы правы. Это наш человек из Скотленд-Ярда. Завтра появится толпа зевак, чтобы поглазеть на вывеску. Я попросил ее убрать.
Убийство в стиле винтаж
Посвящается Аллану Уилки и Фредисуайд Хантер-Уоттс –
в память о нашей поездке в Новую Зеландию
Предисловие
Несмотря на то, что я полностью разделяю мнение тех критиков, которые выступают против создания вымышленных мест в реальных странах, должна признаться: на Северном острове Новой Зеландии нет городка Миддлтон, и за этим названием не скрывается какой-либо из настоящих городов. Дело в том, что самый крупный город в Новой Зеландии не превосходит по своим размерам, скажем, Саутгемптон. Если бы я поместила «Комедийную труппу Дэйкрес» в Окленд или Веллингтон, то детективов Уэйда, Пакера и Касса, не говоря уже о докторе Ранги Те Покиха, могли бы счесть за портреты, вернее, карикатуры на местных жителей. Расположив Миддлтон на новозеландских равнинах к югу от Охакуна, я избежала подобной опасности и могу с чистой совестью заявить, что
все действующие лица в этой истории вымышлены и не имеют никакого отношения к реальным людям.
Действующие лица:Родерик Аллейн, старший инспектор Скотленд-Ярда
Комедийная труппа Каролин Дэйкрес:
Сьюзен Макс, характерные роли
Хейли Хэмблдон, ведущий актер
Кортни Бродхед, второй инженю
Сент-Джон Акройд, комик
Каролин Дэйкрес, ведущая актриса
Альфред Мейер, ее муж, владелец и директор-распорядитель «Инкорпорейтед Плэйхаус лимитед»
Валери Гэйнс, дебютантка
Джордж Мэйсон, партнер Мейера, коммерческий директор «Инкорпорейтед Плэйхаус лимитед»
Тед Гаскойн, помощник режиссера
Френсис Ливерсидж, первый инженю
Брендон Вернон, характерные роли
Обслуживающий персонал:
Фред, главный механик
Берт, рабочий сцены
Боб Парсонс, гример
Гордон Палмер, юнец
Джеффри Уэстон, его ментор
Доктор Ранги Те Покиха, врач-маори
Новозеландская полиция:
Инспектор Уэйд
Сержант Пакер
Сержант Касс
Инспектор Никсон
Синглтон, вахтер в театре
Глава 1
Пролог в поезде
Высокий мужчина дремал и почти не слышал шума поезда. Он отошел куда-то на задний план, и все его внимание захватили кружившиеся перед ним фантастические лица. Мужчина смутно думал: «Я сплю, это только сон». Потом его тряхнуло: состав запыхтел громче и, набирая ход, загремел по перекладинам моста. Фантастические лица исчезли. Ему было холодно и неуютно. Он в сотый раз открыл глаза, чтобы взглянуть на тусклые лампы вагона и лица пассажиров, мертвенно-бледные и почти зловещие в контрастной игре света и теней.
«В странную компанию я попал», – подумал он.
Прямо напротив сидел ведущий актер театра – добродушный здоровяк, покачивавшийся в такт вагону с видом человека, привыкшего к тяготам дорожной жизни. Тряпичным свертком, примостившимся рядом с высоким мужчиной, была мисс Сьюзен Макс, актриса на характерных ролях. Будучи ветераном труппы, она провела сотни бессонных ночей во время бесчисленных гастролей: у себя в стране, в Австралии, в английской глубинке – пока не нашла уютное местечко в «Инкорпорейтед Плэйхаус» в лондонском Уэст-Энде. Прошло уже двадцать лет с тех пор, как она впервые вышла на подмостки в Веллингтоне. И вот теперь, спустя два десятилетия, снова вернулась в Новую Зеландию. Мисс Сьюзен немигающим взглядом смотрела на тусклые отражения в окне вагона. Место напротив нее было пусто. В соседнем отсеке сидел Джордж Мэйсон, унылый и болезненный директор труппы, и играл в бесконечный вист с помощником режиссера Тедом Гаскойном.
Там же, рядом с Брендоном Верноном, качая головой с видом китайского болванчика, пристроился комик Акройд – его забавная физиономия совершенно не соответствовала желчному характеру. Напротив Мэйсона беспокойно ерзал на месте бледный юноша. «С этим пареньком явно что-то не так, – решил высокий мужчина. – Начиная с Панамы…» Он поймал взгляд юноши и через его голову бросил взгляд на мистера Френсиса Ливерсиджа – актера-инженю, одетого как английский денди и с холодным видом принимавшего обожание сидевшей рядом мисс Валери Гэйнс. Позади него в дальнем конце вагона маячили еще какие-то смутные лица и фигуры. Английская комедийная труппа Каролин Дэйкрес совершала свое новозеландское турне.
Он чувствовал себя чужаком. Все эти люди держались особняком и казались одним целым. Само поведение в этом грохочущем поезде, мчавшемся сквозь незнакомую страну, выделяло их среди других путешественников. Впадая в дрему, он видел этих людей в каких-то древних допотопных поездах, в фургонах и повозках, пешими или верхом, с дорожными палками и узелками, но всегда особенных, всегда непохожих на других. Вот они сидят на своих местах, дружно качая головами, туда-обратно, туда-обратно…
Его разбудил сильный толчок. Поезд замедлил ход. Он протер запотевшее стекло, приставил ко лбу ладонь и попытался разглядеть, что происходит снаружи. В небе взошла луна. Он увидел пологие холмы, кучки обгоревших деревьев, заросли неведомых кустов, усыпанных белыми цветами, и пустынную дорогу. Все это выглядело странным и чужим. Где-то впереди засвистел паровоз. Деревья, холмы и дорога тронулись с места и уплыли прочь. Некоторое время за окном тянулась цепочка фонарей. Потом и она исчезла.
Обернувшись, он увидел, что Сьюзен вытирает глаза носовым платком. Она виновато улыбнулась.
– Эти белые кусты называются манука, – сказала она. – Всегда цветут в это время. Я совсем забыла.
Наступило долгое молчание. Высокий мужчина переводил взгляд с одной тусклой фигуры на другую. Наконец он почувствовал на себе взгляд Хэмблдона.
– Считаете нас чудиками? – спросил Хэмблдон таким тоном, словно это доставляло ему большое удовольствие.
– Почему вы так решили? – быстро отозвался высокий мужчина.
– Я заметил, что вы смотрите на нас, и мне стало интересно, о чем думаете. Так как, считаете нас чудиками?
Он подался вперед, чтобы не мешать Сьюзен Макс и перекричать грохот колес. Высокий мужчина сделал то же самое. Они почти соприкоснулись головами под мутной лампой, напоминая со стороны заговорщиков.
– Это было бы ужасно грубо с моей стороны, – ответил высокий мужчина, – особенно после той любезности, которую вы мне оказали.
– Любезности?.. А, вы про то, что Джордж Мэйсон пригласил вас в наш вагон?
– Да. Иначе мне пришлось бы сидеть на лавочке вместе с коммивояжерами, между болтающейся дверцей и уборной.
Хэмблдон тихо рассмеялся.
– Да уж, – согласился он, – чудики – компания далеко не худшая.
– Но я не говорил…
– Даже если бы сказали, меня бы это не удивило. Актеры – сомнительные типы.
– Последний человек, от которого я это слышал, был актером – и убийцей, – заметил высокий мужчина.
– Правда? – Хэмблдон откинул голову. – Вы случайно не о Феликсе Гарднере?
– О нем. Но как вы…
– Теперь я знаю, кто вы такой. Ну конечно! Как глупо с моей стороны! Ваши фотографии были во всех газетах. А я все думаю, где я вас видел?
Его собеседник покосился на Сьюзен Макс. Она мирно дремала, уткнувшись тройным подбородком в воротник. Ее тело ритмично покачивалось в такт движению поезда.
– Ей известно, кто я, – сообщил высокий мужчина, – но я попросил меня не выдавать. У меня отпуск.
– Я мог бы догадаться по вашей фамилии. Все-таки память – ненадежная штука. И потом, без ваших, так сказать, регалий…
– Ну да. Меня неправильно записали в списке пассажиров.
– В любом случае это очень интересно. Не бойтесь, я вас не выдам.
– Спасибо. После Миддлтона наши пути разойдутся. Я останусь на пару дней, чтобы осмотреться и сходить на ваш спектакль, а потом отправлюсь на Южный остров.
– Может быть, еще встретимся, – сказал Хэмблдон.
– Надеюсь, – сердечно ответил его собеседник.
