За эту честность футбольный бог и наградил нас Англией. Тогда до финиша первенства оставалось четыре тура.
А закончилось все так, как принято в России. За три последних тура – ни единой сенсации. Ни одного случая, когда выигрывала команда, которой это меньше надо, чем оппоненту. Сценарии были разные, итог – один. На контрасте с правдой фальшь чувствовалась особенно явственно.
За тот месяц у игроков на подсознательном уровне исчезла привычка к полной выкладке на поле. И в сборной, как бы футболисты ни пытались заставить себя включиться на полные обороты, удалось это отчасти только во втором тайме.
В исходе поединка с Израилем мне виделась такая же логика развития футбольной ситуации внутри страны, как и в результате матча с Англией. Ничто не рождается из ничего.
Работники сборной уже после матча рассказывали мне, что еще на последней предматчевой тренировке в Тель-Авиве у них начали закрадываться сомнения в благополучном исходе. Уж больно вальяжными и вялыми выглядели игроки, уж больно отчетливо недорабатывали эпизоды до конца и были как-то размагничены. На заключительной тренировке перед лужниковским матчем с Англией, по словам тех же людей, картина была прямо противоположной: с каждого метра поля искры летели.
Необходимого духа игры под девизом «Сейчас или никогда!» наша сборная на стадионе «Рамат-Ган» не показала. Константин Зырянов прямо в телекамеры сформулировал это емко и жестко: «Обосрались».
Если же возвращаться к обстановке предсказуемости, я вам больше скажу. То, что творилось в нашем чемпионате в конце октября и ноябре, подействовало и на нас, репортеров. Клянусь: я не видел ни одного, кто накануне матча в Израиле не был уверен в нашей победе, ни одного! При том, что израильтяне, да еще и на своем поле, – мягко говоря, не подарок. Почему бы не предположить, что сборная относилась к предстоящей игре точно так же, как и репортеры? Дескать, нам надо, им нет – так за чем же дело стало?
Слухи, которые роились вокруг матча в Израиле, до игроков не дойти не могли.
Теперь-то мы знаем, что все эти слухи – полный бред. Но были же они, эти слухи! Множество людей, будем откровенны, шептались: «Ну не мог Роман Аркадьевич такую игру не купить!» Отказываюсь верить, что хотя бы одному российскому болельщику ни один человек за предшествовавшую игре неделю такую фразу не произнес. И далеко не каждый, кто был убежден именно в такой версии происходящего, говорил об этом с осуждением. Игроки – они ведь тоже не в безвоздушном пространстве живут. И им десятки знакомых в течение этой недели говорили: «Да ладно, бросьте, все уже давно решено».
Вот и внутрь сознания футболистов червь сомнения не мог не закрасться. И все это – опять же из-за общей атмосферы нашего футбола, в котором привыкли к коррупции, засилью денег, подковерным играм и не представляют, что может быть иначе. Хиддинк мог как угодно настраивать их на игру но если даже на самом донышке души притаилась мысль: «А может, все-таки?..» – на человеческое сознание это действует разрушительно.
Даже после матча нашлись люди, которые уверяли меня, что Ават намеренно пропускал мяч, когда Сычев пробил в штангу!
К слову, в интереснейшей книге известного английского журналиста Джонатана Уилсона «Анатомия Англии» приведен пикантный факт: Стив Макларен, не в силах смотреть своими глазами концовку этого матча, в котором, как он думал, решалась судьба его команды, на последние десять минут заперся в туалете…
Казаков вспоминает:
– Тогда и Мутко сказал в интервью до игры: «С Израилем все будет хорошо, не сомневайтесь». Он-то говорил исключительно о спортивной уверенности, возникшей после победы над Англией, – но истолковать это могли как угодно. Плюс куча разного народу тогда в Тель-Авив подтянулась. Был, к примеру, один очень известный сейчас олигарх в компании группы красивых девушек на трибуне. Приехал, словом, весь политический и финансовый бомонд. И это тоже всех расслабило.
На следующий день после матча с Андоррой в редакцию «Спорт-Экспресса» пришел владелец «Спартака» Леонид Федун. И очень подробно и откровенно высказался на эту тему.
– В отеле David Intercontinental постоянно шли липкие разговоры о том, что все решено. Нормально, мол, ребята, не волнуйтесь! Никогда не забуду улыбающегося Рому (Павлюченко. – Примеч. И. Р.), когда он вышел, совершенно счастливый, на поле, и таких же остальных игроков. И совершенно ошарашенный стадион, и команду, которая не понимала, что происходит, а после первого гола и вовсе впала в шок.
При этом, как человек, который прожил полвека, я понимал, что все это полный бред. Да в Израиле президента страны за взятку в тысячу шекелей (250 долларов. – Примеч. И. Р.) посадят в тюрьму! Никогда не может израильская команда прельститься на такое! У них настолько жесткое антикоррупционное законодательство, что это попросту не могло быть правдой. Но кое-кому в душе очень этого хотелось – потому что мы привыкли жить в стране, где коррупция является повседневностью. Где мы платим школе, платим в больнице, не говоря уже о гаишниках.
– А израильским «гаишникам» даже предлагать деньги нельзя – в кутузку попадешь мгновенно.
– Совершенно верно! Но аура, которая возникла, упала на благоприятную почву. Потому что в нашем чемпионате купля-продажа матчей является повседневной практикой. В преферансе смысл игры заключается в том, чтобы набрать как можно больше очков. Но иногда складывается ситуация, когда очки надо отдавать, она называется – «распасы». В футболе та же история: кто-то набирает много очков, а потом начинает их раздавать. Г-н Мутко недавно сказал на заседании РФПЛ, что две трети чемпионата прошли в честной спортивной борьбе и Бог вознаградил нас за это победой над Англией. А потом, как только определились аутсайдеры и стало понятно, кого можно отправить – в частности «Кубань» – в первый дивизион, тут же образовался пул игры в «распасы». И последняя четверть чемпионата, пять-шесть туров, прошла, к сожалению, как обычно. И это не могло не сказаться в Израиле. В результате во все эти слухи, несмотря на постоянное их опровержение со стороны Мутко и Хиддинка, игроки поверили. Это было очевидно.
* * *
Роман Абрамович вместе с Сергеем Капковым заходили в раздевалку после матча. По свидетельству очевидцев, олигарх выглядел еще более убитым, чем футболисты. Свидетелей поразило, что Абрамович в тот вечер уходил со стадиона без охраны. Журналисты, глядя ему вслед, даже спрашивали: он? Не он? Потому что не верили во всамделишность этой картины. А ему, вложившему в ту сборную не только много денег, но и всю душу, было уже ни до чего…
Никому из игроков в отеле David Intercontinental даже в голову не пришло спускаться с этажа в холл. Игроки (из которых только Аршавин и Зырянов после финального свистка потрудились поднять руки, чтобы поаплодировать за поддержку) наверняка знали, что там обсуждают матч наши болельщики, у которых нашлось бы к ним немало вопросов.
Сказать, что в промежутке между матчами против Израиля и Андорры футболистам сборной России пришлось несладко, – значит не сказать ничего. Александр Лукьянов в книге «Гус Всемогущий» пишет: «Когда сборная улетала из Тель-Авива в Барселону готовиться к заключительному матчу отборочного цикла против Андорры, российские болельщики, находившиеся в аэропорту, кричали все, что думали, игрокам: и про то, что они лишь в лапту умеют играть, и про их человеческие качества, и про то, что деньги на не самую дешевую поездку в Израиль оказались потрачены впустую».
О том, что переживали в те дни футболисты, мы спустя несколько месяцев говорили с Дмитрием Сычевым.
– Поражение в Израиле стало для вас серьезным уроком?
– Да. В те дни очень многое пришлось переосмыслить.
– Когда уже все счастливо завершилось, вы признались в интервью «СЭ»: «После матча в Израиле мы чувствовали себя полным дерьмом. Причем очень вонючим». Немногие отважатся на такие заявления.
– Но ведь так и было! Чувства, испытанные в те дни, самые неприятные в жизни. Никогда у меня не было таких разочарований – даже слезы в Японии в сравнение не идут. Да еще наложились тягостные эмоции от сезона в «Локомотиве». В общем, это было что-то из ряда вон. Я понял, как люди надолго уходят в депрессию.
– Неужели были к этому близки?
– Да. В голове роились черные мысли.
– Не жалели, что в разговоре с журналистами вырвалось слово «дерьмо»?
– Нет. У нас привыкли выражаться красиво, сглаживать углы, пытаться себя выгородить. Ну и цензура иногда срабатывает. Редко услышишь, чтобы в прессе кто-то называл вещи своими именами. А нужно говорить как есть, даже если это режет чей-то слух. Люди – они же неглупые, все видят. И когда потом читают что-то совсем другое, их возмущение можно понять. Обманывать некрасиво. Нужно быть честным.
