Да, – продолжил Маккаффи, видя что внимание аудитории теперь целиком привлечено к нему, (Ещё бы – речь зашла о возможных прибылях!) – никаких сомнений в том, что это существо спроектировано и выведено кем-то искусственно, у нас с коллегами Гильденштерном и Надалем, нет.
Те из присутствующих, кто владеет хотя бы азами ксенозоологии, могли бы и сами прийти к такому выводу ещё месяц назад, когда мы передали уточнённые данные. Вот,– щёлкнув кнопкой, он сменил изображение на мониторе схемой спиралевидной конструкции с кирпичиками-блоками аминокислот, – спираль ДНК нашей осы. А вот, – снова щелчок – пары хромосом. Нетрудно заметить, что если сравнивать с хромосомами земных насекомых – вот они, рядом – отличия просто колоссальные. Во-первых, число – сто пятьдесят четыре.
Столько не набирается и у более совершенных и сложных земных созданий. Во-вторых, – ещё щелчок, – Вот здесь для сравнения даны гены и хромосомы местного эндемичного животного. Это крот. Поскольку в его геноме всего сорок шесть пар хромосом, нетрудно понять, что к фауне этой планеты наша оса уж точно никакого отношения не имеет… Ну, и, наконец, в-четвёртых.
Теперь на экране было увеличенное изображение странного животного. Без ушей, с крохотными круглыми бусинками глаз, существо было от носа до конца туловища (А как ещё назвать то место, где полагается быть, но нет и намёка на хвост?) покрыто плотным слоем мощных иголок. Если абстрагироваться от немного непривычной формы лап и морды, оно до смешного напоминало обычного ежа.
– Это единственный вид, доминирующий сейчас на поверхности.
Мы взяли на себя смелость назвать его «Ёж Нью-Вашингтона», однако… Напоминаю: как ни фрагментарны были наши археологические и палеонтологические изыскания, они однозначно доказали, что всего две тысячи лет назад на поверхности буквально кишели виды, вполне обычные для экосистемы планет подобного типа: зебры, газели, волки, львы, медведи, зайцы и суслики… Разумеется, мыши. Воздух, если мне позволят так выразиться, был наполнен совами, чайками, орлами, воробьями и другими птицами.
Теперь же никого из позвоночных – теплокровных, и так называемых «высших», существ на наземной части поверхности нет. Хотя почвенных микроорганизмов, грибов, растений, насекомых и остальных представителей стандартного биоценоза катаклизм не коснулся. Трава всё так же растёт, лишайники разлагают скалы на составные части для формирования почвы. Плесневые грибки и почвенные клещи разлагают подстилку в субстрат. Деревья и кусты плодоносят.
Только теперь они плодоносят лишь для одного вида. Ежа.
И, как вы уже наверное, догадались, его генотип также во всех аспектах отличается от местного. Зато абсолютно идентичен тому, что наблюдается у нашей осы! Сто пятьдесят четыре пары хромосомы. Схема их упаковки, – изображение снова показало спираль, – естественно, идентична… И очень характерные иглы. Прочнее стали. Поэтому, вполне естественно, возник ряд вопросов, касающихся этих двух видов.
Главный – на мой взгляд, разумеется! – кто и с какой целью создал эти два вида, и заселил ими Нью-Вашингтон. Второй – что нам теперь с этим делать, если принять, как наиболее вероятную гипотезу, то, что оба эти вида должны обеспечить уничтожение местных теплокровных конкурентов за пространство, и пищевые, и прочие ресурсы.
Ну и третий. Как скоро и насколько… э-э… мирно мы столкнёмся с создателями этих видов, если примем решение о зачистке Краб КР – 3/239 от выведенных, и размещённых ими здесь существ! – Маккаффи помолчал, давая насладиться страшноватой перспективой. И закончил гораздо тише. – На этом у меня всё. Господин Председатель, господа… – он поклонился и сел.
Сэр Джеймс Тэтчер, имевший по долгу службы возможность предварительно переговорить с полковником и профессором, не был, в отличии от большинства остальных чиновников, сильно удивлён. Теперь он поднялся:
– Благодарю вас, господин профессор, за столь ясное и… э-э… скрупулёзное изложение материалов исследований, и ваших… э-э… Выводов. Разумеется, кое-что нуждается в уточнении и дополнительных… м-м… исследованиях, но есть моменты, не вызывающие сомнения. Так, в частности, перед тем, как мы начнём обсуждение, я хотел бы напомнить, что запасы природного тризелита здесь настолько велики, что покроют всю потребность всех наших колоний и Земли как минимум на тысячу лет вперёд. И он лежит здесь у поверхности, и его легко и дёшево добывать, чего не скажешь о Ханнопсе-два.
Поэтому прошу учитывать настоятельную нужду нашей Промышленности, и Министерства транспортной промышленности в частности, в этом минерале, при формировании конкретных предложений.
А сейчас мне бы хотелось предоставить слово нашему уважаемому эксперту из Университета ксена… ксано… э-э… внеземных существ, доктору Кирби Марксу.
Доктор Кирби был очень тучен, и привстав из своего кресла, и поклонившись Председателю и остальным, попросил разрешения говорить с места. Каковое и было ему благосклонно даровано.
– Мне безумно интересно было ознакомиться с теми… м-м… данными, которые переслали нам в самом начале, и дополнениями, которые поступали по мере дальнейших исследований. Если бы не трагические события, сопутствовавшие инциденту, я бы назвал эти организмы Открытием Века!
Напомню на всякий случай. Наш Университет был создан более двухсот лет назад, когда при освоении одной из первых планет земного типа мы столкнулись с примитивными, но очень похожими на ранние земные, формами жизни. С тех пор мы сталкивались лишь с ещё тремя населёнными… Если позволите так охарактеризовать их… Планетами.
Разумеется, ничего и близко похожего на существа с высокоразвитым мозгом, там не нашлось.
Это и позволило принять решение о колонизации и этих планет, в дополнение к остальным, так сказать, никем не населённым, примерно в количестве… э-э… ста двадцати двух. Я правильно назвал цифру? – вопросительный взгляд в сторону Председателя Колониальной Администрации вновь встретил подтверждающий кивок.
– Что же касается той экосистемы, что обнаружена здесь, все без исключения наши специалисты оказались, скажем так… Чрезвычайно удивлены. И я прошу вспомнить: именно мы первыми высказались резко отрицательно по поводу освоения и населения людьми, этой планеты!
Дело в том, что ещё во время первой, разведочной экспедиции, с батискафов и скутеров, обследовавших прибрежную зону, зону шельфа, и глубины до километра, и все крупные пресноводные озёра, поступили абсолютно достоверные сведения о том, что везде в пучинах вод буквально кипит жизнь. Сканнеры выдали вполне ясные изображения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
