Читаем без скачивания Водопад - Иэн Рэнкин

С гробом из Нэрна никаких трудностей не возникло: два звонка принесли Ребусу желанный результат. Сначала репортер, до которого он дозвонился первым, сказал, что ему необходимо некоторое время, чтобы «поднять кое-какие пласты». Минут через десять он перезвонил и продиктовал Ребусу телефон человека, который тоже поднял кое-какие пласты и в конце концов обнаружил гроб среди рухляди в соседском сарае.

— Вы хотите, чтобы я вам его прислал? — уточнил он.

— Будьте так любезны, и пожалуйста — срочной почтой, — вежливо попросил Ребус. Сгоряча он хотел отправить за гробиком служебную машину, но вовремя сообразил, что бюджет полиции может не выдержать подобной расточительности.

— Как насчет почтовых расходов? — осведомился его собеседник.

— Вложите в посылку ваши данные, а я прослежу за тем, чтобы вам компенсировали затраты.

Несколько секунд мужчина задумчиво молчал.

— Ладно, — согласился он наконец. — Придется поверить вам на слово.

— Если не верить полиции, то кому тогда можно верить? — заключил Ребус и дал отбой. — Ну, как успехи? — спросил он, снова поворачиваясь к столу Эллен.

— Кажется, что-то начинает проясняться, — ответила она устало и немного раздраженно.

Посыпая пол крошками, Девлин поднялся со стула и громко осведомился, где в этом доме «заведение». Ребус указал ему направление, и профессор двинулся туда, ненадолго задержавшись перед его столом.

— Вы не поверите, инспектор, — сказал он, — но я давно не испытывал такого удовольствия!

— Я рад, что хоть кто-то здесь счастлив, профессор.

Девлин ткнул кончиком пальца в лацкан его пиджака.

— Ну, вы-то в своей среде, — сказал он и, улыбнувшись, величественно удалился. Ребус тоже поднялся и подошел к Эллен.

— Лучше съешь это пирожное, — посоветовал он. — Иначе профессор изойдет слюной.

Эллен немного подумала, потом разломила пирожное на две части и сунула одну из них в рот.

— Меня, кажется, можно поздравить, — продолжал Ребус. — Два гробика я нашел; возможно, и третий тоже отыщется.

Пирожное по консистенции напоминало засахаренную губку, и Эллен запила его глотком остывшего кофе.

— В таком случае у тебя дела идут лучше, чем у нас, — сказала она и, критически оглядев оставшуюся половинку пирожного, бросила ее в мусорную корзину. — Извини, но…

— Профессор Девлин будет оскорблен в лучших чувствах.

— Надеюсь, что так.

— Не забывай — он здесь, чтобы нам помочь.

Эллен зыркнула на Ребуса.

— Но от него воняет!

— Правда?

— Разве ты не чувствуешь?

— Пожалуй, нет.

Она смерила Ребуса таким взглядом, словно последние слова каким-то образом характеризовали его самого, потом ее плечи поникли.

— И зачем ты только выпросил меня в напарники? От меня же никакого толку!.. Все журналисты и телевизионщики видели это… и полгорода в придачу. Теперь всем известно, что я нуль, пустое место! Так зачем?… Может, ты вступил в общество друзей инвалидов?

— Моя дочь — инвалид, — негромко сказал Ребус.

Эллен Уайли покраснела.

— Господи! Прости, я не хотела…

— Что касается ответа на твой вопрос, то похоже — единственный человек, который сомневается в Эллен Уайли, это сама Эллен Уайли.

Она подняла руку к лицу, словно это могло помочь ей избавиться от предательского румянца, заливавшего щеки.

— Скажи это Джилл Темплер, — проговорила она наконец.

— Я знаю, что Джилл напортачила, — спокойно сказал Ребус. — Но это еще не конец света… — На его столе зазвонил телефон, и Ребус потянулся к нему, но замер. — Понятно? — спросил он.

Когда Эллен кивнула, он повернулся и схватил трубку. Звонил управляющий отелем «Хантингтауэр». Ему удалось отыскать игрушечный гробик в кладовой, предназначенной для хранения потерянных и забытых вещей. Можно было представить, сколько зонтиков, очков, фотоаппаратов, шляп и курток скопилось там за два десятка лет.

— Там довольно много разных интересных вещей, — сказал мистер Баллантайн, но Ребуса интересовал только гроб.

— Не могли бы вы переслать его нам срочной почтой? — спросил он. — Я позабочусь, чтобы расходы вам возместили.

К тому моменту, когда в зал вернулся Девлин, Ребус уже шел по следу гробика из Данфермлина, но здесь он с самого начала наткнулся на каменную стену. Ни местные журналисты, ни полиция не знали, куда он подевался. Единственное, чего удалось добиться Ребусу, это обещания «кое-кого расспросить», однако он не особенно надеялся на результат. Трудно было ожидать, что пропажа вдруг отыщется спустя четверть столетия.

Кладя трубку, Ребус обратил внимание, что профессор Девлин за соседним столом бесшумно аплодирует Эллен Уайли.

— Акт о посмертном вскрытии Хейзл Гиббс уже в пути, — сказала она, заметив вопросительный взгляд Ребуса. — Скоро он будет у нас.

Несколько мгновений Ребус смотрел ей в глаза, потом улыбнулся и слегка кивнул. Тут на его столе снова зазвонил телефон. Это оказалась Шивон Кларк.

— Я намерена побеседовать с Дэвидом Костелло, — с места в карьер заявила она. — И поскольку ты сейчас все равно ничем не занят…

— Я думал, твой напарник Грант Худ.

— Его на час-другой позаимствовала старший суперинтендант Темплер.

— Вот как? Может, она хочет предложить ему должность пресс-секретаря?

— Не смейте меня заводить, инспектор, я и так на взводе. Так вы едете или нет?!

Костелло оказался дома. Увидев на пороге Ребуса и Шивон, молодой человек побледнел. Шивон поспешила объяснить, что они пришли не с дурными новостями, но Костелло, похоже, ей не поверил.

— Можно нам войти, Дэвид? — спросил Ребус. Молодой человек посмотрел на него и медленно кивнул. Как показалось Ребусу, Костелло был в той же майке и в джинсах, что и в прошлый его приход, да и в гостиной он с тех пор явно не прибирался. За прошедшие несколько дней молодой человек успел отрастить небольшую бородку, но, — если судить по тому, как он то и дело проводил по ней кончиками пальцев, — она ему мешала.

— А как вообще дела?… Есть хоть какие-нибудь новости? — спросил Дэвид Костелло, падая на свой футоновый матрасик. Ребус и Шивон остались стоять.

— Так, ничего существенного, — сказал Ребус.

— Но о подробностях вы, разумеется, не имеете права рассказывать, — сказал Костелло, устраиваясь в своем импровизированном кресле поудобнее.

— Как раз наоборот, Дэвид, — вмешалась Шивон. — Именно эти подробности — или по крайней мере некоторые из них — и заставили нас приехать сегодня сюда. — С этими словами она протянула ему листок бумаги.

— Что это? — спросил он.

— Это первый вопрос — игры, в которой, как мы думаем, участвовала Филиппа.

Костелло наклонился вперед и еще раз внимательно прочитал текст.

— Что это за игра? — спросил он.

— Она нашла ее в интернете, — пояснила Шивон. — Заправляет игрой какой-то тип, который именует себя Сфинксом. Участник игры, давший правильный ответ, переходит на следующий уровень и… получает новый вопрос. Насколько нам известно, Флип добралась до уровня под названием «Чертовстул», но ответила ли она на последний вопрос или нет, мы не знаем.

— Флип?… — В голосе Костелло прозвучало сомнение.

— Ты ничего об этом не знаешь?

Костелло покачал головой.

— Она ничего мне не говорила. — Он посмотрел на Ребуса, но тот сделал вид, будто читает поэтический сборник.

— Флип интересовалась играми? — спросила Шивон.

— В меру. Насколько я помню, на вечеринках мы иногда играли в какие-нибудь шарады, и Флип тоже участвовала.

— А ролевые игры?

Он снова покачал головой.

— Другие интернетные?

Костелло потер заросший подбородок.

— Для меня это полная неожиданность… — Он растерянно переводил взгляд с Ребуса на Шивон и обратно. — А вы уверены, что это именно Флип?

— Совершенно уверены, — серьезно сказала Шивон.

— И вы считаете, что это как-то связано с ее исчезновением?

Шивон только пожала плечами и бросила быстрый взгляд на Ребуса, надеясь, что он что-нибудь добавит, но инспектор слишком глубоко ушел в собственные мысли. Ребус вспоминал, что говорила ему о Костелло мать Филиппы. Жаклин Бальфур была уверена, что Дэвид настраивает ее дочь против родителей; когда же он спросил — почему, она ответила: «Просто он такой человек».

— Любопытное стихотворение, — проговорил Ребус, помахивая в воздухе раскрытой книгой. Собственно, это была не книга, а скорее брошюра в розовой обложке, на которой красовался абстрактный рисунок пером. — «Не тот погибнет, кто грешил безбожно, а тот, чью жизнь отнять несложно…» — процитировал он и закрыл книгу. — Мне никогда такое не приходило в голову, но это правда. — Ребус достал сигареты и не спеша закурил. — Помнишь, Дэвид, наш последний разговор?… — Он выпустил к потолку струйку дыма, потом протянул пачку Костелло, но молодой человек отрицательно качнул головой. Ребус уже заметил, что маленькая бутылка виски «Белл» пуста и что к ней прибавилось с полдюжины жестянок из-под светлого пива. Все они валялись на полу у входа в кухню вместе с пластиковыми стаканами, одноразовыми тарелками и вилками и пустыми упаковками из-под готовых блюд. В прошлый раз Ребус решил, что Костелло пьет мало, но теперь он усомнился в своих выводах.