Растворится, словно прекрасный, но мимолетный сон… Владимир даже головой мотнул. Никогда! Не отпустит, чтобы ни случилось! Как он вообще жил до встречи с Лисичкой? Еще и по Любаве сохнуть умудрялся…
В голове как будто щелкнуло.
А ведь еще утром он сам не свой был, никак избавиться от наваждения не мог, а сейчас лежит в постели рядом с Лисичкой и чувствует себя до безобразия счастливым.
Почему?
Или это опять какие-то колдовские штучки, в которые он до сих пор поверить не мог?
Ужасно хотелось плюнуть на все и насладиться внезапно свалившимся на него счастьем, но Владимир заставил себя выпустить из рук Лисичку и осторожно выбраться из комнаты.
Нужно во всем разобраться! Срочно!
Номер Данияра до сих пор значился в его телефонном списке. На всякий случай. Владимир не рассчитывал, что звонок пройдет — все же не в город звонил, а к черту на кулички, но неожиданно в динамике зазвучали долгие гудки.
На седьмом трубку подняли.
— Слушаю, — хриплый голос бывшего соперника на этот раз не вызвал никаких эмоций. Ни ревности, ни тревоги.
— Это Владимир…
— Я уже понял. Какие-то проблемы?
Владимир собрался уже ответить в соответствующей манере, но почему-то осекся. Голос Данияр звучал слишком глухо и отстраненно.
— Как Любава?
— С ней все хорошо, можешь не беспокоиться.
Он и не беспокоился. Другой вопрос интересовал. Владимир изо всех сил пытался собраться с мыслями и сформулировать вопрос. Но как ни крути выходила полная чушь.
— Разговор окончен? — холодно поинтересовалась трубка.
— Нет! То есть… мне девушка встретилась одна. Училась вместе с Любавой, но в разных группах. Мы…
Владимир опять запнулся. Как пацан, ей богу! Но что сказать-то? Стрела Купидона попала в сердце и пах? Взрослый мужик, а не смог сдержаться. Накинулся на девушку, словно оголодавший.
— Если ты намекаешь, что это я тут с бубном шаманил и девушек тебе подгонял, то нет. Ошибаешься, — сухо ответил Данияр. — Видимо, она должна была тебе встретиться уже давно. Сразу влюбился, так? Вот просто без памяти и с ощущением, что она — та самая?
— Да…
— То же самое я почувствовал, когда Любаву встретил. Она — только моя. Единственная…
И, помолчав, добавил:
— Я рад за тебя. Поверь, теперь все идет так, как должно.
И, не смотря на весь скептицизм, Владимир поверил. Не важно, почему все случилось так внезапно. В конце концов, его родители тоже влюбились друг в друга с первого взгляда. Отец обожал рассказывать эту историю и утверждал что он — Владимир — повторит его подвиг.
И он повторил. С маленькой испуганной Лисичкой, которая так неожиданно возникла на его пути и перечеркнула собой прошлое. Да и было ли настоящим это прошлое? Может, всего лишь дурацкий охотничий инстинкт и нежелание проигрывать? Возможно…
Но сейчас он твердо знал, что делал! Владимир тихо оделся и, глянув на время, пошел к входной двери.
Недалеко был круглосуточный цветочный ларек. Очень кстати! И кафе он тоже посетит… Купит пирожных к завтраку.
* * *
Алиса проснулась от холода. А еще от ощущения пустоты.
Открывать глаза ужасно трусила, но всей кожей чувствовала — Владимира рядом нет. И от этого хотелось разреветься в голос.
Конечно, он ушел! Зачем ему связываться с незнакомой девчонкой, которая к тому же ведет себя словно дешевка?
Алиса уткнулась в ладони и тихонько застонала.
Как она могла?! Валентина, женишка своего бывшего, полгода не подпускала. Да и потом у них не часто близость случалась. Когда парень своего добился — быстро охладел и вернулся к прежней разгульной жизни. А теперь и она по его стопам пошла — прыгнула в койку к первому встречному!
И как же это было хорошо!
Внизу живота скрутился теплый маленький комочек.
Алиса упрямо тряхнула головой и вскочила на ноги.
Не будет жалеть! Только не об этой ночи! И все-таки как же это больно — проснуться одной. И в глаза она Владимиру посмотреть не сможет. Умрет, если увидит там холод и безразличие. Лучше сбежать скорее, но навсегда сохранить в памяти этот маленький кусочек волшебства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Соскочив с кровати, Алиса принялась торопливо одеваться. В ванную бы забежать, но Владимир мог вот-вот вернуться. Если, конечно, не поехал за «добавкой» к какой-нибудь подруге.
Алиса громко всхлипнула и тут же прикусила губу. Плакать нельзя! Сама виновата… Как обычно.
Натянув на себя рубашку и джинсы, она выскочила в коридор. Квартира у Владимира небольшая, по-мужски строгая и компактная — тут не чувствовалось женской руки, но это уже не важно. Пусть хоть эту… как ее… Любаву! К себе приводит.
Что за странно имя? Кажется, Алиса все же его слышала… Неважно! Где там ее кроссовки?!
Но только она зашнуровала один, в утренней тишине щелкнул замок.
Алиса шарахнулась в сторону и, споткнувшись о банкетку, шлепнулась на пол. А из-за двери показалась… клумба?!
Рука сама дернулась протереть глаза, но нет — цветы не исчезли.
— Лисичка? — зазвучал удивленный голос Владимира. — Ты уже встала?
А она с силой прижала пальцы к губам, только чтобы не разреветься. Его взгляд! Там не было ни капли из того, что она успела напридумывать!
— Да я… вот… — забормотала, сама не понимая, что говорит.
Господи, какой он красивый в этой белоснежной футболке! А какие мышцы! Ночью она с жадностью исследовала совершенное во всех смыслах тело и умирала от восторга, ощущая, с какой готовностью отвечает ей Владимир.
— Сбежать решила? — угрожающий рык привел в чувство.
Забытый на время страх уколол тонкой иглой, воскрешая воспоминания о криках и болезненных ударах.
Словно ощутив ее испуг, Владимир бросил цветы и тут же оказался рядом. Схватил в охапку, и по волосам прошлась теплая ладонь.
— Прости, — шепнул, щекоча кожу шеи своим дыханием. — Я… Я вдруг испугался, что ты уйдешь. Не надо, хорошо? Понимаю, для тебя это быстро, и вообще… Давай чай попьем, а? — добавил совсем тихо. — Я пирожные принес, свежие.
Алиса отчаянно кусала губы. В груди боролось сомнение и тревога. Не может такой мужчина обратить внимание на какую-то девчонку и тем более хотеть, чтобы она осталась. Вдруг он еще хуже Валика?! Но цветы и пирожные…
Владимир тяжело вздохнул и отстранился. Мягко задел костяшками подбородок, вынуждая скрестить взгляды. И Алиса вдруг успокоилась, так нежно и внимательно смотрел на нее мужчина.
— Я не имею права тебя задерживать, Лисичка. Но очень хочу, чтобы ты осталась хоть ненадолго. И, может, поговорила со мной. Пожалуйста…
Сказал — как будто перышком нежным погладил. Подумав, Алиса осторожно кивнула. Хуже ведь все равно не будет. Так почему бы не попробовать?
* * *
— Добилась-таки своего, оборванка. Гадина рыжая…
Несостоявшаяся свекровь не выдержала и разразилась бранью. Ее не смутил ни наряд милиции, ни стоявший рядом Владимир. Скуластое лицо пошло красными пятнами, а глаза остекленели, как это бывало, когда женщина садилась на своего любимого коня «любимого сыночка обидели».
— Советую вам закрыть рот, — холодно отчеканил Владимир. — Иначе пойдете как соучастница.
Алла Викентьевна подавилась фразой, буркнула что-то ругательное, но замолкла.
Алиса же продолжила собирать свои нехитрые пожитки. Много у нее все равно не было — приезжая, да еще семья не самая благополучная… Но Владимира это не смутило. Как и ее трудное положение. И не очень радостное прошлое в лице Валентина.
Он внимательно выслушал скомканный рассказ о ее первой влюбленности и таком же быстром разочаровании, а потом предложил сходить забрать вещи вместе.
Алиса тихонько щипала себя за руку — наверное, она все еще спала. Черная полоса, тянувшаяся уже почти два года, вдруг резко закончилась, а на смену ей пришла не просто светлая — а ослепительно-белоснежная. Прямо чудо какое-то…
Алиса громко щелкнула замочком чемодана и развернулась к бывшей свекрови. Та прожигала ее ненавистным взглядом. А в некогда богатом доме опять бардак. Все неухоженное, темное, чужое… Как вообще ей пришла мысль жить здесь? Наверное, лишь настойчивостью Валентина. Ведь сначала он все же ей немного нравился… Или она заблуждалась? Как и в том, что женщина напротив способна хоть на какие-то человеческие чувства.
