Напряжение волнами исходит от нее, и я решаю, что лучшее сейчас — это позволить ей руководить. Если она нуждается в этом, и если потом ей станет легче — я готов дать ей это.
Мы двигаемся по комнате, целуя друг друга, и я чувствую отчаянье Сары, ее горечь и смятение.
Она подталкивает меня к унитазу, и я опускаюсь поверх крышки, безошибочно угадывая ее мысли.
Наши взгляды ни на секунду не теряют друг друга, даже когда она приподнимает платье и спускает трусики по ногам, осторожно переступает и оставляет на плиточном полу.
Она настолько охренительно сексуальна, что вся моя кровь разом горячим потоком устремляется вниз.
Наблюдая за ее лицом, я расстегиваю ремень и молнию слаксов, после чего достаю презерватив из бумажника.
— Парень всегда должен быть готов, — хрипло шучу я, желая немного снять напряжение.
Слабая улыбка приподнимает уголки ее губ, но не касается глаз.
Я надеваю презерватив, а Сара становится надо мной и медленно опускается, полностью и легко принимая меня в себя.
Жаркое тепло ее плоти обволакивает мой член, и воздух с шипением вырывается сквозь стиснутые зубы.
Она начинает двигаться, медленно поднимаясь и опускаясь по всей длине. Руками обхватывает меня за шею, чуть приоткрыв губы, и ни на миг не теряет мои глаза взглядом.
— Ты такая удивительная, — бормочу я, сжимаю ее талию сквозь ткань платья и, приподнявшись, еще глубже врезаюсь в ее влажную киску.
— Заткнись, — почти молит она, крепче обхватывает меня за шею и опускает лоб на мое плечо. Ее движения становятся резче, горячее дыхание проникает сквозь мою рубашку.
Я опускаю руку между нашими телами и, найдя ее клитор, принимаюсь ласкать его.
Ее стоны становятся громче, смешиваясь с короткими всхлипами.
Чувствительный узелок под моими пальцами увеличивается, Сара вздрагивает всем телом и кончает, прижавшись открытым ртом к моему плечу. Я чувствую пульсацию ее внутренних мышц на моем члене, до упора всаживаюсь в нее и тоже кончаю.
— Нам надо вернуться, потому что мы оба надолго пропали и это странно смотрится.
Сара улыбается, надевая белье, но ее глаза по-прежнему кажутся мрачными.
Я привожу одежду в порядок, потом подхожу к ней и, положив ладонь на щеку, большим пальцем глажу нежную кожу.
Не знаю, откуда, но у меня вдруг встает ком в горле. Я чувствую, что мы движемся к разрушению, хотя это странно — мы же едва начали.
— Хорошо. — Я, наконец, киваю и отступаю от нее. — Выйди через пару минут после меня.
Я возвращаюсь в комнату с гостями, которые оживленно общаются, угощаясь закусками с блюд снующих официантов.
Эл стоит возле бара, и когда я подхожу ближе, он с усмешкой спрашивает:
— Трахался в моем новом доме со своей подружкой?
— Считай, вернул тебе долг, — с улыбкой хлопнув друга по плечу, заявляю я.
Эл в согласии приподнимает брови.
— Значит, в расчете.
— В расчете, — отзываюсь я, подавляя тревогу, поселившуюся в желудке.
Блисс
Остаток вечера я стараюсь выглядеть спокойной, и даже поддерживаю разговор, загнав панику в отдаленный участок сознания.
От повышенной нервозности зудят ладони, и порой я ловлю себя на мысли, что подолгу не дышу, пока в груди не начинает печь.
Ощущение, что я тону. Захлебываюсь, и скоро просто не останется кислорода.
— Надеюсь, вы не против, что мы зовем вас Сара? — улыбаясь мне, спрашивает Грейс. — Если вам удобней Блисс, вы скажите.
— Все нормально. — Я заставляю себя улыбнуться в ответ.
Чертов Рид — такое впечатление, что он вознамерился реанимировать Сару любым способом.
— Я рада, что он сегодня не один, — глядя на мужчин в другом конце комнаты, признается она.
Я с интересом смотрю на девушку. Чувствуется, что она к чему-то ведет.
— Вы первая, кого он привел с собой с тех пор, как я его знаю.
Отлично, если она хотела осчастливить меня этим, то вышло наоборот.
— Джейс и Адам лучшие друзья с детства, — не замечая моего состояния, продолжает она. — Можно сказать, как братья друг другу. Мы с мужем волнуемся за него — на то есть причины.
Ее взгляд вдруг становится жестче, и она смотрит на меня в упор, отчего мне делается не по себе.
— Я хочу сказать, Сара, что если вы просто играете с ним, то перестаньте. Не делайте этого.
От неожиданности я теряю дар речи — за кого она себя принимает?
Мы смотрим друг на друга несколько долгих секунд, и думаю, наши взгляды говорят красноречивей слов.
Но вот на ее лице вновь вежливая улыбка, и голос радушной хозяйки.
— Прошу меня извинить. Пойду, проверю, все ли в порядке на кухне.
С недоверчивым изумлением я смотрю вслед ее удаляющейся фигуре.
Вот сучка!
***
Время уже за полночь, когда мы возвращаемся к Джейсону. Я устала и хочу лечь спать, но решаю, что завтра с утра поеду домой. К тому же, в понедельник у меня дела, и вообще — пора возвращаться к реальности.
— Пойдем, уложим тебя в постель, — придерживает меня Джейсон, когда мы выходим из лифта на его этаже.
— Фиона?
Внезапно, он отпускает меня, торопясь к девушке, стоящей под дверью его квартиры. Она всхлипывает, кутаясь в тонкий жакет, и невозможно не заметить облегчение в ее глазах, когда она видит Джейсона.
Ей около тридцати, блондинка, стройная и красивая, но сейчас выглядит неважно. Глаза покраснели от слез, нижняя губа разбита, а на правой скуле огромная ссадина.
Она бросается к Джейсону, и он раскрывает руки, обнимая ее.
— Кто? – коротко, с рычанием требует он, и голос его пропитан холодной яростью.
— Гевин.
— Я убью его, — стальным тоном цедит Рид.
— Нет, Джейс, пожалуйста!
Фиона быстро мотает головой, цепляясь за его пиджак.
— Этот ублюдок ударил тебя!
Кажется, будто каждая его пора источает гнев, и Джейсон, которым он был последние двадцать четыре часа, просто исчезает.
— Джейсон, ей надо обработать раны, — привлекая к себе внимание, осторожно говорю я.
Фиона смотрит на меня, только теперь замечая, что Рид не один. Ее взгляд становится враждебным и мрачным.
— Это Блисс, — мимолетно взглянув на меня, поясняет он, и так же быстро отворачивается от меня, все еще поддерживая ее.
Я чувствую, будто в меня ледяной водой плеснули. Я здесь третья лишняя — это так явственно ощущается. Он и она — их двое, и они сохраняют физический контакт, даже когда он открывает дверь квартиры. А я остаюсь в стороне, и не сразу вхожу в квартиру, хотя кажется, он даже не замечает этого.
