у виртуальных капсул глубокого погружения.
– Что ж ты Бомжара командира не узнаешь? Вот же я лежу, а рядом спутница моя с трупячьей башкой в обнимку. Выковыряй кстати ей оба глаза – нам еще обратно возвращаться. И пальцы указательные отдели.
На этом моменте они застыли, глядя то на меня, то на мою спутницу.
– Э-э-э-эм? Чего? А как это? А у меня и ножа то нет.
– Да ты задрал, сука, – с этими словами я взял в руки ладонь профессора и одним перетирающим движением челюсти откусил ему сначала один указательный палец, а затем второй. По подбородку полилась кровь убитого. Я протянул оба пальца Цифре, который продолжал пялиться на меня с охреневшим и отчасти туповатым лицом. Тот тупо взял пальцы в руку и неуверенно переспросил.
– Команданте Лаз?
В этот момент Тролль, который казалось вообще не был обескуражен дал по подзатыльнику Таро и Цифре и выдал.
– Ну че, сука, вылупились? Командира в первый раз увидели? Дали же команду – выковырять глаза – хер ли рты раззявили? – сказав это он подхватил голову мертвого профессора и, профессиональным движением патологоанатома, выдавил оба глаза и протянул их Цифре. Тот посмотрел на части тела доктора наук, лежащие у него в руках и наконец выдал адекватный вопрос.
– Расскажешь зачем себя грохнул или похер, некогда?
– Пока некогда, выберемся отсюда – расскажу.
– Принято. Как будем выбираться?
– Ну, во-первых, вас, как элитных бойцов осталось только трое и вам нужно перебить сорок человек. Мы с ней, – я указал рукой на блондинку, – свои подготовленные тела потеряли и теперь только на подхвате. А во-вторых, оружием я вас сейчас обеспечу.
Сорвав рацию с пояса профессора, я шепотом проговорил в нее.
– Пришлите троих, добить и убрать тела.
– Пш-ш-ш-ш. Принято, – прозвучало из рации.
Засунув ее за пояс Цифре, я начал отклеивать от позвоночника своего старого тела длинную гибкую колбаску похожую на пластилин.
– А вы чего встали? Отклеивай взрывчатку от хребтов. Через минуту здесь будут гости.
Мои спутники занялись тем же самым, а я наконец оделся и встал права от раздвигающейся двери. Она не заставила себя долго ждать и спустя буквально десять секунд двери открылись и внутрь шагнуло трое удивлённых вояк. Они похоже не понимали какого говнеца их сейчас заставят хлебнуть.
– Ну здравствуй, хмырь проговорил я, привлекая к себе внимание.
Он повернул ко мне голову и мгновенно получил пальцем в глаз. Удивительно, но я попал. А затем и кулаком в кадык. Время больше не замедлялось, но я и так знал, что делать.
Первый согнулся в почтительном поклоне, пытаясь втянуть воздух. Тщетно. Получив ногой в лицо, он завалился на своего неказистого товарища и, вот удача, сбил его с ног.
Я резко присел, а над моей головой просвистел сдвоенный выстрел электрошокера. Пинок подкованным каблуком в коленную чашечку, двойной удар ладонями по ушам. Дождаться пока согнется и коленом в челюсть. Аут.
Перехватить с пояса дубинку и херануть по затылку встающему. Кто ж сначала встает, а лишь потом отходит от противника. Труп или около того.
Недолго думая я подошел и опустил тяжелый ботинок на шеи лежащих охранников.
– Пальцы изъять, шокерами вооружиться.
Дружно щелкнули зубы, выпали пальцы из окровавленных ртов подбородок окрасился красным.
– Ну ты зверь, Шеф.
– То ли еще будет Таро. Не расслабляйся. Я надеюсь я вас не зря гонял.
Мы находились на втором подземном этаже, нам нужно пройти его, подняться на этаж вверх и затем по шахте лестницы.
Ну что я могу сказать? Мы с белкой вооружились дубинками и метелили все, до чего моги дотянутся. А, положа руку на сердце, случалось это крайне редко. Эти кровавые ублюдки шли как нож сквозь масло. Первый этаж мы прошли, просто пристрелив человек десять и обзаведясь двойным комплектом шокеров и дубинок. Таро сбил мне какой-то болт и протянул бандану. Ретроград сраный. Что ж ему так кистени полюбились то.
Поднявшись этажом выше, мы услышали сирену и с потолка полилась вода. Ага, поняли черти, что с дальнобойными шокерами мы их просто положим всех. Диафрагмы закрылись, помещая нас в ловушку.
Ну они так думали. Не зря же мы принесли на своих хребтах килограммы пластида. Разорвало как надо. Хмырь рассек случайно острым краем разорванной диафрагмы лоб. Все лицо залило кровью нахер. Он вновь становился похож на адского демона.
– Халк крушить!
– Ты че дебил? – уточнила белка, но на нее шикнули.
Тролль явно начал впадать в боевое безумие. Взяв две дубинки в руки, он пошел вперед бешено, вращая руками и превратившись в мельницу с лопастями, состоящими из молний.
– Как его не шарашит электричеством?
– Еще как шарашит, но ему похер. Сейчас он реально Тролль.
Он шел, а Цифра и Таро только и успевали забегать вперед, разрывая двери закрывающие секции.
Веером летели зубы, выбивались глаза. Тролль орудовал всем, чем мог нанести урон. Грыз зубами глотки, вбивал дубинки в рты и жопы, проламывал кулаками головы. Не дай Бог врагу было упасть перед ним на пол. Любимое развлечение Хмыря было с первого раза так прыгнуть на ребра, чтобы их обломки пропороли легкие и сердце, а кровь изо рта выплескивалась так высоко, что добивала до его ремня.
Он орал, рычал, визжал, сипел, хрипел и надрывался, все его тело было покрыто кровью, а дубинки в разведённых руках как светящиеся крылья ангела смерти несли его по коридору сея ужас и смерть.
Таким образом мы дошли до выхода, Хмырь шел, не сбавляя темпа, но я понимал, что-то электричество, что он через себя пропускал и те удары, что он получал не могли остаться не замеченными.
Дойдя до лестницы, он захрипел и рухнул на пол. Тролль положил ВСЮ ОХРАНУ НИИ ОДИН!
Мы с Белкой подхватили его под руки, полностью выпадая из битвы, а вперед выдвинулись Таро, а за ним и Цифра. Догнали мы их на самом верху, где они уже вооружались огнестрелом, снимая его с двух трупов у выхода.
Я приоткрыл дверь и замер. По среди двора стояло два десятка вражеских солдат на коленях. На четырех вышках заняли позиции, как и в трех Дзотах.
– Лаз, у него сейчас сердце остановится.
Молодец, блондинка, следит за ситуацией! Я кивнул на одну из казарм.
– Видишь крест? Там медпункт. Пулей туда. Берёшь автоматическую аптечку и обратно. У тебя тридцать секунд.
Белая молния мелькнула и скрылась в глубине казармы. Таро задал вопрос.
– Шеф. Что делать с ними? Они троих наших положили и сейчас не дергаются только потому, что под
