«Вот и приключение в библиотеке пришлось к случаю…» — сердито буркнула пантера.
Теофан, периодически вздыхая, искоса поглядывал на знахарку. Конечно, сорока! И шушеля кому докажешь, что не у кошки Алессы язык длиннее нормы. В «Притче о болтливой жене» женщина-подавальщица проговорилась симпатичному чужаку о том, что у мужа в подушке зашит кошель с рубинами. Ночью пришли воры и зарезали обоих. А мораль сей легенды — будь, жена, мужу своему верной тенью. Желательно, молчаливой. Алесса догадалась, почему они весь день избегали прохожих — Вилль попросту боялся, что она узнает о слухах раньше времени.
«Давай ему откусим ушши», — кровожадно процедила пантера.
«И налысо побреем!..»
Дверь каморки гулко хлопнула о стену и, отпружинив, едва не стукнула посетителя по без того приплюснутому зелёному носу. Сейчас с его кончика свисала капля пота, да и лоб Эртана был покрыт свежей испариной. В руке орк сжимал здоровенный, явно сделанный на заказ, топор.
— Алесса! Там… Ксана… уже…
Орк дышал, как тяжеловоз, в одиночку поднявший целинное поле. Характерный запах нелюдя — полынь, сдобренная цикорием и пропитанная дымом, — чувствовался как никогда острее.
— Что уже? — округлил глаза жрец, но знахарка всё поняла мгновенно и опрометью бросилась к двери. Теофан что-то крикнул ей вслед, но девушка не расслышала.
Орк помчался огромными прыжками, и маленькая знахарка за ним явно не успевала. Тогда Эртан принял единственно мудрое решение: просто закинул её на плечо, и, не сбавляя хода, побежал дальше. Алесса даже пискнуть не успела.
— Когда…началось? — прохрипела девушка, плюхаясь животом о твёрдое плечо пивовара. Благо, до эртанова дома было рукой подать, иначе помощь могла бы понадобиться и её рёбрам.
— Парру часов назад. Мы сначала и не поняли, а потом я тебя искал.
— С топором?!
— Для оборроны!
— Кто…с ней?
— Аким. Аррвилль патррули отозвал, они в карраулке сидят.
Алесса даже не удивилась, но выполотые ростки неприязни проклюнулись вновь. Значит, капитан устроил общий сбор. Небось, соображают, как зверину перехватить половчее, и, желательно, живьём.
Знахарский долг превыше эмоций — это главный принцип лекаря. Она подумает обо всём после, а сейчас для неё существуют только Ксандра и её будущий первенец. Умница Марта не растерялась и успела-таки всучить орку алессин мешочек, заготовленный как раз на такой случай.
Мимоходом кивнув полупьяному Акиму, девушка велела ставить воду и нести полотенца. Чем больше, тем лучше. У дверей спальни она сумела унять дрожь в пальцах и намертво прижать к верхней челюсти трясущуюся нижнюю. Ксана встретила её умоляющим блеском антранцитовых глаз. Тонкая рука кружевницы с нервными, чуткими пальцами бережно поглаживала круглый живот, а сама она поскуливала, но, скорее, от страха — дриада чувствует боль, только если навредить её материнскому дереву. Знахарка собрала воедино распрыгавшиеся кузнечиками мысли и ободряюще улыбнулась.
Роды пошли на удивление легко. У Алессы создалось такое впечатление, что ребёнок просто откуда-то оттолкнулся ногами и вылетел как камень, пущенный из пращи. Знахарка едва успела его поймать и тут же с удивлением посмотрела на первенца.
— Мальчик, — оповестила мамашу Алесса, наспех обтёрла и передала ей малыша.
— Ути, моё дитятко, — засюсюкала дриада. — Мой красавец!
Алесса уставилась на «красавца». Тощенький, как мамаша, с ручками-палочками и тоненькими пальчиками. Дриад-мужчин вообще в природе не существует, и древесная плетея просто «вызревает» в дереве сама по себе, но малыш-полукровка явно решил пойти наперекор всем известным миру канонам. Зато зелёный как папочка, желтоглазый, с острыми ушками и чёрными растрёпанными волосами по плечи. Мальчик открыл беззубый ротик и тоненько заверещал:
— И-и-и!!!
— Ути-пути!
Внезапно дриада охнула и испуганно положила руку на живот. Алесса подобралась.
— Ну-ка, дай его сюда! — приказала девушка и положила малыша на заранее приготовленную пелёнку. — По-моему, у тебя двойня!
Второй ребёнок с мамашей явно расставаться не хотел, а когда всё-таки решился, то глаза знахарки округлились от изумления.
— Девочка, — севшим голосом пролепетала она и сунула малышку дриаде.
— Ути…Ничего себе!
— Рра-а-а! — басом заорала новорожденная, демонстрируя маме клыкастую пасть. Девочка была прямой противоположностью брата: светло-коричневая как мать, телосложением она явно пошла в отца.
Улыбаясь всей пастью, в комнату ворвался счастливый папаша.
— Мальчик?
— Двойня!!! — хором ответили девушки.
— О-о-о! — заорал орк, осторожно забирая мальчика из дрожащих рук Алессы. — Ого-о-о!!! — взревел он, выхватывая девочку из рук жены.
— И-и-и!!! — по-комариному въедливо пищал мальчик.
— Р-р-а-а-а! — гневно рычала малышка, пытаясь заехать папе в глаз немаленьким кулаком.
— Ира? — спросила знахарка.
— Молодец, Алесса! — завопил Эртан, и обратился к девочке. — Назову тебя Ирра! А тебя — эээ… Рраин! Банзай!!!
Оставив пивовара обниматься с троекратно подорожавшей женой, девушка потихоньку перешла в зал и присела за стол к Акиму. Без малейших зазрений совести обхватила обеими руками недопитую эртанову кружку и глотнула. Благодать и умиротворение… Теперь она прекрасно понимала пристрастия капитана стражи. В нос ужалил колючий пузырик, который тотчас лопнул, и внезапно запахло летним лугом.
— Клевером пахнет…
— Это «Оса»! — пояснил Аким и кивнул на дверь. — Как там?
Алесса не успела даже рта раскрыть. Раздался оглушительный хлопок, осыпавшийся хрустальными брызгами битого стекла.
— Рра-ха-ха!!! — возликовала маленькая Ира.
— Ира, не надо бросать бутылочки! — испуганно пискнула дриада.
— Гля, Ксандрра, пррям по лбу мне вррезала! Настоящий оррк!
Знахарка пожала плечами и хлебнула чудесного напитка. Объяснять ничего не потребовалось. Раин, чувствуя, что внимание переключилось на сестрёнку, завизжал с удвоенным азартом, и разнесчастный Аким ухватился за набатом гудящую голову.
— А вы почему не на собрании? Вроде, важные вопросы решаете? — как бы между прочим, поинтересовалась знахарка.
— Вопросы! — простонал стражник. — Да что Геварн, что Темар мухлюют одинаково, с ними без сколки в поясе останешься. Превратили поминки в балаган! Капитан первым и слинял… Тебя, значит, не нашёл.
— Так вы, значицца, усопших поминаете? А господин Винтерфелл меня искать изволил, верно? — с издёвкой уточнила Алесса.
Аким молча кивнул, пытаясь заглушить нервное потрясение пивом. Ор в доме стоял просто оглушительный. Новорожденные привлекали к себе внимание каждый по-своему: девочка ревела и пыталась пихнуть братца ногой, а мальчик тоненько ныл и цеплялся пальчиками за мамашу. Через полчаса из комнаты вывалился сияющий, как медный таз, Эртан. Таз старинный, с прозеленью. И обзавёлся он первым изъяном в виде здоровенной красивой шишки, яркой, как петрушка. К моменту явления отца народу Аким успел напиться вдребезги, знахарку же терзали злокозненные думы. Ночевать у орка она отнюдь не намеревалась — Ксандра прекрасно справилась сама. Новорожденные угомонились и заснули с бутылочками в руках, а рядом с ними прикорнула уставшая, но невероятно счастливая мамаша. На ранней зорьке её ждут новые сюрпризы, а пока — тсс!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
