постройки. Хорошо бы привести туда Яну и вдоволь насладиться ее криками. Городская квартира тоже не стала для меня домом, хотя чаще всего я жил именно там. Родным для меня по-прежнему оставался дом Янины, в котором жили Денис, Машка, и я пацаном. Если Яна захочет жить на территории, а не в городе, то именно в доме черной волчицы мы и обоснуемся.
Перед тем как зашел в дом, набрал нужный номер. Приятный женский голос ответил сразу после первого гудка.
– Это Игнат Романов.
– А-альфа, – с секундной, почти незаметной заминкой, запнувшись, произнесла волчица.
– Да, Мари, мне нужна твоя помощь, твоя профессиональная помощь. – Посмотрел на голубое небо, и мерно летящие по нему облака. Не хотел же ее дергать и вообще подчинять не хотел, а тут вот как получилось. Выдохнул скопившийся в легких воздух и продолжил: – Приезжай в Москву первым же рейсом, как сможешь. Это не навсегда. Что говорить Васильеву и говорить ли что-то, решай сама. Оставляю это полностью на твое усмотрение.
– Хорошо, Игнат Маркович, у меня сестра учится в Москве, я скажу, что к ней. Так хотя бы объясню срочность, – недолго помолчала, – а потом что-нибудь придумаю.
– Жду сообщение с номером и временем рейса.
Понятливая волчица, главное, талантливая в разных аспектах медицины. Я навел о ней справки сразу же после того, как принял в свой клан, и был приятно удивлен: ей сто сорок лет, из которых шестьдесят она посвятила образованию, само собой в разное время и с перерывами, но изучала она всегда лишь медицину.
Еще раз оглядел безмятежный пейзаж, успокаивая нервы. Впереди меня ждал, пожалуй, один из самых важных разговоров в моей жизни, к которому я был абсолютно не готов.
Глава 18
Яна
Меня разбудил непонятный шум, открыла глаза и увидела Игната. Еще раз закрыла и открыла. Игнат так же стоял передо мной. Хотела проделать нехитрую манипуляцию еще пару раз, но он склонился и принялся целовать мои глаза, не давая их раскрыть.
– Я понимаю, что нам просто необходимо поговорить, но так хочется просто помолчать и полежать рядом с тобой. – Романов тихим, мягким голосом практически промурлыкал эти слова мне на ухо.
Он что это, серьезно?
– Да ты что, издеваешься надо мной? – Попыталась встать, но куда уж там, куда мне, такой маленькой, против этого всемогущего волка.
Игнат чмокнул меня в уголок губ, подбородок, оставил пару скользких поцелуев на шее и приподнялся.
– Ну попытка не пытка, так что попробовать все же стоило.
Как ни в чем не бывало волк поднялся с кровати и подошел к стоявшему неподалеку столику, разлил по чашкам чай. Когда я засыпала, этот стол был пуст, а теперь на нем помимо чайника стояли тарелки с чем-то вкусным, судя по аппетитному запаху, и большая чаша со сладостями. Живот издал громкий звук, сообщавший о том, как я голодна.
Романов улыбнулся, но никак не прокомментировал услышанное, а у меня всерьез начинало складываться ощущение, что он надо мной издевается. Радовало только одно: он все же понимал всю необходимость разговора.
Только вот я очень сильно сомневалась, что это как-то поправит ситуацию.
Присела напротив Игната и глазам не поверила, мой нюх меня не обманул: в тарелках была жареная картошечка со свининкой и белыми грибами, посыпанная зеленью. Боже! Мне уже вкусно, просто смотреть на нее вкусно.
Игнат кивнул и принялся есть, в его тарелке было то же самое. Эти оборотни рушили любые мои представления на корню. Он ест жареную картошку на обед. Ладно, с отсутствием сырого мяса в их рационе я свыклась, но как же так? Здоровый мужчина на обед без первого и без салата?
– Не бойся, ешь, – неправильно поняв мои сомнения, поторопил меня Игнат, – Тетя Зина, местный повар, готовит самую лучшую картошку, которую я только ел.
Глядя на то, с каким аппетитом он опустошал свою тарелку, сомнений не оставалось: это и правда вкусно.
– Сегодня вечером будет твое представление клану, – будничным тоном произнес альфа и загубил на корню приятную атмосферу, которая только начала зарождаться.
Мне нравилось смотреть, как он ест, мне нравилось быть с ним рядом в этот момент, и единственное, что меня бесило, это то, что ест он еду какой-то тети Зины, а не мою. Что же со мной происходит? Почему я думаю об этом?
– Мне нужно будет склонить голову перед моим новым альфой? – ехидно уточнила, покрутив вилку, и с особой страстью проткнула ей кусочек мяса.
– Что ты!
Игнат делано возмутился и закинул в рот маленькую помидорку, надо же, я и не заметила овощи. «Салат», стало быть, на столе имелся! Все это я отмечала на краю сознания, пока наблюдала за тем, как тщательно Игнат пережевывал помидор.
– Твой альфа лежит в кровати на другом конце коридора, так что склонять голову ни перед кем не надо, но, – жестко посмотрел мне в глаза, – Васильев больше тебе не альфа, запомни это! Я не жду от тебя подчинения, поэтому на место твоего вожака не претендую, тем более ты до сих пор человек, и не особо-то все это ощущаешь. Но я твой будущий муж и хотел бы, чтобы все твои поступки в первую очередь были благоразумными.
– Будущий муж? – уточнила и наконец-то положила кусочек свинины в рот. Вкусно. – Когда это мы с тобой это решили? Напомни… может, я о чем-то забыла?
– Чего ты хочешь? – Он положил столовые приборы и начал растирать пальцами виски. – Предложение руки и сердца? Кольцо с бриллиантом? И я непременно должен встать на одно колено?
– Не утрируй.
Я начинала терять нить разговора, смотрела на его пальцы, массировавшие круговыми движениями кожу на голове, и думала, о том, что у него болит голова. Еще я размышляла, поможет ли ему избавиться от этих болей массаж, который я могу сделать. И совсем перестала думать о предмете нашего обсуждения.
Муж?..
Хорошо.
В конце концов, он отец моего будущего ребенка, и я вполне выживу без кольца и всяческих соплей на одном колене. В особенности лживых соплей. Мне не нужны были от него ненастоящие чувства и фальшивые признания. Я хотела его настоящего, с тем, что он испытывает внутри, плохое или хорошее. Я хотела от него только правду.
– Ладно, – мой голос был холоден и спокоен, и Игнат этому сильно удивился, – допустим, мы распишемся без лишней мишуры. И что дальше? Я не про клан и ваши волчьи разборки. Я про отношения между нами. Станем образцово-показательной ячейкой общества? Или как?
– Тебе
