Странная просьба. Оно мне надо? Я вроде как отдыхать собирался.
- Слово дворянина.
Я приложил руку к сердцу, давая жестом понять, что выполню обещание.
- Замечательно, Дюс, - весело кивнула мне фея, а потом ошарашила, - С тобой хочет поговорить князь вампиров. Он придет завтра в полдень к большому камню на границе. Выспись хорошенько
И плеснула хвостом, только ее и видели.
Ах, негодница! Ну, знает же, что я спокойно пройти мимо этих кровопийц не могу!
Ладно, поживем, увидим, что мертвой погани от меня надо.
Я с сожалением посмотрел на расходящиеся круги, вышел на берег, сплюнул от досады и пошел к шатру, досыпать. И только у самого входа я вспомнил, что фея так не вернула ребенка. Обругав себя последними словами, я все-таки заглянул в жилище, прежде чем бежать обратно к озеру. Малышка мирно спала под боком у Таниты, улыбаясь и крепко сжимая в руках мой корявый подарок.
Утро началось с громкого радостного вопля Агаи, - Дюс!!! У тебя снова твое лицо!
Я открыл глаза, заслонился ладонью от бившего прямо в глаза через тонкую занавеску солнца и увидел донельзя счастливого волшебника. Он, давая удостовериться в свершившемся чуде, протягивал маленькое зеркальце.
Едва заглянув в него, я почувствовал, что губы сами собой расплываются в улыбке.
Наконец то родная физиономия на месте! Привык я к ней за столько лет. Да и не понравилось, честно говоря, быть почти точной копией моего прежнего нанимателя. Каждый раз мутило, когда отражение видел.
- Ты прощен, но больше не вздумай повторить!- сказал я сирин, ощупывая многодневную щетину.
Надо бы побриться перед встречей с незваными гостями, чтоб им пусто было.
- Давай я тебя побрею, - предугадала мое желание рош-мах.
Я покосился на кривой шрам, украшавший щеку Агаи, но чтобы не обижать недоверием девушку согласился. Не прошло и десяти минут, как я уже сидел на лужайке с намыленной физиономией, а оборотень серьезно и неторопливо изображала цирюльника. И надо сказать это у нее неплохо получалось - на встречу с нежитью я отправился свежим огурчиком.
Высокий белый камень почти не отбрасывал тени, так что сидящему рядом с ним вампиру негде было укрыться. Однако с первого взгляда особых неудобств небесное светило ему не причиняло.
Стоило мне подойти, как князь нежити встал и весьма церемонно раскланялся. Некоторое время он смотрел на меня, ожидая ответного поклона, но, поняв, что проявления вежливости не дождется, усмехнулся и грациозно сел обратно на раскладной стульчик.
Ах, ты зараза… Где бы мне устроиться? На камне нельзя - нарушу клятву. Если сесть на землю, то он кровосос будет пялиться на меня свысока. Стоять - желания нет, начну себя чувствовать как в кабинете Фирита, после возвращения с очередного задания…
Парламентер, правильно истолковав недовольную гримасу на лице собеседника, молча вытащил из густой травы второй стул и кинул его мне.
Какие мы деликатные…
Вампир был стар… и сыт. Его голубые глаза, щедро украшенные красными прожилками, говорили о том, что он недавно изволил кровушки испить.
Объяснить откуда я знаю, что возраст князя перевалил за две сотни, у меня не вышло бы, но, тем не менее, дело обстояло именно так. Уверенность в этом просто железная. Наверное, из-за силы, которой веяло от этой твари.
Поди собьешься, считая выпитых жертв.
Подавленная ненависть всколыхнулась, заворочалась тугим комом глубоко в груди. Носферату улыбнулся самыми уголками тонких губ, алых, как у юной девушки, давая понять, что заметил недружелюбные чувства.
Очень хотелось нарушить обещание, плюнуть на все и отправить поганого кровососа туда, где ему следовало находиться, но вместо этого я чинно уселся на стул, и принялся внимательно разглядывать нежить.
Когда- то он был весьма интересным человеком. К тому же знатного происхождения. Неординарное лицо, такие у простонародья не встретишь: благородный лоб, аристократичный нос с горбинкой, сильный подбородок, умный взгляд, держится уверенно, на шатком стульчике восседает непринужденно, словно у себя дома во время утреннего приема. И во взгляде пока не видно той жадной одержимости горячей кровью, что обычно выдает нежить.
Встреть я его на улице в толпе, спокойно прошел бы мимо. Хотя нет, все-таки тянет от него липким холодом не жизни.
Отважный, однако, вампир, раз пришел без охраны.
- Не боишься, что не удержусь и шагну через границу? - я первым нарушил молчание.
Вампир, скривился от непочтительности, не понравилось ему обращение на 'ты'.
Теперь пришла моя очередь улыбаться.
Терпи дорогой, учтивым я быть не обещал!
Однако князь быстро справился с эмоциями и небрежно махнул узкой кистью, тонувшей в дорогом кружеве, - Страх мало присущ моей расе. К тому же я всецело полагаюсь на данное слово. О Вас отзываются, как о человеке чести. Однако я просил встречи с Вами, господин Дюсанг Лирой Тилн Ремари, в надежде достичь взаимопонимании в одном деле…
- У меня никогда не будет общих дел с тобой и тебе подобными!
Как все жители приграничья я не представлял возможности компромисса с теми, кто регулярно покушался на наши жизни. И не раз в детстве видел последствия резни в домах, куда пробрался вампир. Осязал вонь паленой человеческой плоти. Селяне, боясь распространения заразы, выжигали испоганенные жилища вчистую, часто со всеми его обитателями.
- Молодость, - смиренно вздохнул князь, а потом извинился, - Простите, я забыл Вам представиться: Последний представитель, когда-то обширного рода Вирет, Андру Зени.
Андру Зени Вирет?!! Да чтоб я сдох! Вирет - предпоследняя правящая династия, а Андру Зени… Так звали пропавшего три века назад наследника короны Наорга! Именно из-за его исчезновения, после смерти короля, к власти пришла боковая ветвь, отпрыском которой являлся Фирит.
Что- что, а генеалогию в мою голову вдолбили хорошо.
- Доказательства? - это слово вырвалось у меня помимо воли. Уж больно невероятным казалось само предположение о том, что принц Андру стал вампиром. Хотя… если Фирит достойный сын своего рода, то удивляться нечему.
Устранить преграду на пути к престолу для него, ничего не стоило, возможно, что и для его предков тоже.
Вампир расстегнул верхние пуговицы камзола из тонкого сукна, практичного темно-зеленого цвета, полез за пазуху и достал цепочку, на которой болталась золотая печать. Он молча кинул мне цепь, давая возможность ознакомиться с атрибутами власти.
Хорошо я учился ли, плохо ли, но оттиск этой печати мне хорошо знаком. В доме имелось древнее письмо, выполненное на тисненом пергаменте. Фамильный артефакт, с королевской благодарностью моим предкам, которым дядя неимоверно кичился. Оно висело на стене, вставленное в богато украшенную самоцветами серебряную раму. При малейшей провинности дядя за ухо волок непослушного племянника к нему, чтобы я мог лишний раз удостовериться, какой славный род позорю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
