не этот непонятно откуда взявшийся странный старик, то я бы точно погрязла в тех болотах, и не было бы больше на этом свете Татьяны Ивановой. Старик помог мне хитрыми тропами выбраться из топи, довел до ручья, где я напилась и прочистила свой желудок. А потом…
Это оказалась заброшенная деревня, видимо, одна из тех, про которые рассказывали жители Каймара. От некоторых домов остались только покосившиеся черные срубы без крыш и окон. Кругом высокие ели, кусты и заросли крапивы, которые терялись в темноте бесконечного леса. Все это напоминало декорации к фильму ужасов или какому-нибудь кровавому триллеру.
Старик, за которым я послушно следовала, указал на один из более-менее уцелевших домов. При этом, чтобы туда зайти, мне пришлось самой из последних сил разрубать палкой заросли крапивы и бурьяна. А мой старый путник только стоял в стороне, как привидение, и улыбался.
Оказавшись внутри старого полусгнившего дома, я упала на нечто напоминающее кровать и отрубилась.
Сколько я была в небытии? Непонятно. На ватных ногах я прошла к двери, за которой скрылся старик, и вышла на улицу. Воздух был свеж и приятен, я вдохнула полной грудью, отчего сразу закружилась голова, но через минуту мне стало намного легче.
— Скоро будет смеркаться, — услышала я его хриплый голос. — Надо успеть сходить в одно место и кое-что найти.
— У меня совсем нет сил, — тихо ответила я, с трудом шевеля потрескавшимися губами.
— Если не сделаешь это, то сил не останется совсем и не сможешь добраться до дома.
— Что я должна сделать? — так же тихо спросила я, но он меня услышал.
— Дойти до одного заброшенного дома. Это недалеко. Там есть одно потайное место, в нем есть то, что вернет тебя к жизни.
— Но почему ты сам не можешь туда пойти и принести мне это?
Он не ответил, лишь продолжая стоять примерно в трех метрах от меня, и на его сером морщинистом лице виднелась кривая улыбка, обнажая желтые зубы.
Я поняла, что эта тема обсуждаться не будет, поэтому, вдохнув полной грудью свежий воздух, пошла вперед по утоптанной траве.
— Куда идти? — спросила я.
— Иди к лесу, там проще будет пройти. Потом вдоль орешника, а как дальше — скажу потом…
И я снова пошла туда, куда мне велели. Господи, может, это правда всего лишь сон, сейчас я проснусь и окажусь…
Где я окажусь? Каждое мое новое пробуждение перебрасывает меня словно в новую реальность. Это похоже на какой-то мистический квест.
«Колдовской сон…»
В ветхое покосившееся строение, которое когда-то было домом, пришлось забираться через оконный проем, где уже давно не было никаких стекол и рам. Точнее, от рамы осталась лишь одна болтающаяся посередине планка, которую я без особых усилий выдернула и проникла внутрь.
— Подойдешь к печке, справа на полу найдешь две шатающиеся доски, отодвинешь их и увидишь нишу… — прохрипел мне старик с улицы.
Интересно, что я там обнаружу? Сокровища Али-бабы или наспех запрятанные драгоценности Степана Разина? А еще я слышала, что в мордовских лесах скрывался Емельян Пугачев…
Осторожно ступая по скрипучему сгнившему полу, я добралась до полуразвалившейся печки. Обошла ее справа и присела. Ощупала дощатый грязный пол. В одном месте половица сильно скрипнула и подалась в сторону.
Вцепившись в доску двумя руками, я потянула ее на себя, оставляя на своих искусанных комарами ладонях ссадины и занозы. Половица со скрежетом поддалась, отчего я не удержалась и завалилась на свою пятую точку. Чертыхнулась, выругалась и потом без особых усилий оторвала от пола вторую дощатую створку. Под ними действительно оказалась ниша, из которой дохнуло сыростью, плесенью и каким-то странным травяным запахом, похожим на аптечный.
— Открыла! — крикнула я.
— В глубине надо найти стеклянные бутылки. Одной будет достаточно. Также надо нащупать небольшую жестяную баночку, — услышала я голос возле окна.
Я посмотрела в темный проем, весь в паутине, и содрогнулась. Господи, зачем я все это делаю? Почему доверяю этому странному старцу? Кто он вообще такой? И почему у него такое влияние на меня? Или моя воля сейчас настолько подавлена, что я готова подчиниться кому угодно?
Я не рискнула лезть в эту подозрительную дыру голой рукой. Стянула с себя кофту, обмотала ею руку и кисть, убрала паутину и с замирающим сердцем просунула руку внутрь. Какие-то коробки, тряпки-мешочки… ага, а вот, кажется, и бутылка.
Я ловко ухватила ее пальцами и извлекла наружу. Обычная, словно из-под пива, бутылка из темного стекла, закупоренная пробкой, поверх которой был кусочек целлофана, перетянутый резинкой.
— Бутылку нашла, — оповестила я.
— Теперь ищи жестяную баночку.
Я снова полезла рукой внутрь. Моя рука провалилась внутрь почти до плеча, при этом мне пришлось полностью лечь на грязный пол. Мысли о том, что сейчас нечто страшное и неведомое откусит мне руку, я старалась гнать прочь, пытаясь как можно быстрее найти то, что мне велели. И нашла.
Небольшая жестяная круглая коробочка, похожая на баночку из-под индийского кофе, который был в тренде во времена моего детства.
— Нашла, — выдохнула я.
— А теперь бери все это, и идем обратно.
Когда мы снова оказались в том доме, где я пришла в себя, лежа на сырой продавленной кровати, мне дали новые указания: две щепотки содержимого жестяной баночки растворить в жидкости, которая находилась в бутылке.
— Воспользуйся своим ножичком. На кончике ножа две порции, — посоветовали мне, и я даже не задумалась, откуда старику известно о моем ножичке.
Я так и сделала. Поддела кончиком ножа крышку от баночки и аккуратно понюхала то, что было внутри. Пахло какими-то пряными травами. Откупорив бутылку, тоже принюхалась. Из горлышка бутыли на маня пахнуло спиртными парами, смешанными с каким-то мускусным полынным запахом. Зачерпнув кончиком ножа порошок из баночки, я, стараясь не рассыпать, ибо руки у меня сильно тряслись, аккуратно высыпала в бутыль. Затем повторила еще раз.
— Закрой бутылку и взболтай. Потом дай настояться около часа, — дал мне новые рекомендации хриплый голос, доносящийся от дверного проема.
— Что там внутри? — спросила я. — Коньяк местного разлива?
Мне ничего не ответили. Я встряхнула бутылку, затем заткнула ее пробкой и аккуратно поставила на пол.
— Я так понимаю, мне потом надо будет это выпить? — снова задала я вопрос, и мне в очередной раз не ответили. — Ты решил меня отравить? — хмыкнула я.
— К чему такие сложности? — ответили мне. — Проще было бы оставить тебя на болотах.
С этим сложно было не согласиться. Хоть этот старик и выглядел весьма подозрительно и странно, я бы даже сказала, устрашающе, но он почему-то внушал
