А куда денешься, если товарищ Сталин вызвал в Кремль начальника Генерального штаба вкупе с первым его заместителем И.В. Смородиновым и спросил: «Почему в нашей армии нет механизированных и танковых корпусов? Опыт войны немецко-фашистской армии в Польше и на Западе показывает их ценность в бою. Нам надо немедленно этот вопрос рассмотреть и сформировать несколько корпусов, в которых бы имелось 1000–1200 танков. Рассмотрите этот вопрос и дайте в ближайшее время предложение». Естественно, предложения соответствовали пожеланиям Вождя.
«Такая постановка вопроса вызвала недоумение, – вспоминает маршал М.В. Захаров. – Видимо, целесообразно было доложить И.В. Сталину об имевшемся штатном построении механизированного корпуса и просить его разрешения, исходя из расчетов и плана поступления от промышленности танков, вновь сформировать механизированные корпуса применительно к ранее существовавшей штатно-организационной структуре, в которую, может быть, целесообразно внести лишь некоторые изменения.
И.В. Смородинов сказал, что он не может обсуждать этот вопрос, так как было получено указание Сталина – механизированный корпус иметь в составе двух танковых и одной мотострелковой дивизий по подобию немецкого корпуса , а в танковых полках иметь не менее двухсот танков.
Для разработки организационно-штатной структуры я предложил комкора Д.Г. Павлова. Пусть он теперь докажет, что командир танкового полка сумеет управлять частью, в составе которой будет двести танков».
На формирование новых корпусов были обращены 19 танковых бригад, два танковых полка Т-26 и танковые батальоны стрелковых дивизий.
В октябре на основе «Соображений об основах стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза» под руководствовом нового начальника Генерального штаба К.А. Мерецкова был разработан мобилизационный план 1941 года. Относительно бронетанковых войск в плане предусматривалось развертывание на военное время 18 танковых и 8 механизированных дивизий. То есть предполагалось иметь 8 механизированных корпусов, плюс 6-я и 9-я отдельные танковые дивизии.
Дополнительно планировалось в течение первых трех месяцев войны сформировать 2 управления механизированных корпусов, 4 танковые и 2 механизированные дивизии. Кроме того, по мобилизации намечалось развернуть 5 отдельных танковых бригад БТ, 20 бригад Т-26 и 3 отдельные бронебригады.
Шесть корпусов «мирного времени» должны были дислоцироваться в западных приграничных округах, один – на границе с Монголией и Маньчжурией, один – в Подмосковье; отдельные танковые дивизии – в Закавказье и Средней Азии.
В ноябре «сверх плана» в Киевском Особом военном округе был сформирован 9-й механизированный корпус.
И этот вариант полностью обеспечивался наличной матчастью, командным и рядовым составом. Однако нет предела совершенству.
С 23 по 30 декабря 1940 года в Москве проходило совещание Главного Военного совета, которым руководил нарком обороны С.К. Тимошенко. На совещание были приглашены командующие, члены военных советов и начальники штабов военных округов, командующие армиями, начальники главных и центральных управлений и командиры некоторых корпусов и дивизий – всего более 270 военачальников самых высоких рангов. С целью обобщить опыт последних конфликтов и, как выразился маршал С.М. Буденный, «ликвидировать разнобой в оперативной мысли и выработать единую школу оперативного мышления», был зачитан и обсужден ряд докладов. Ибо совсем запудрили мозги нашим военачальникам «проходимцы», ныне, слава Великому Сталину, обезвреженные, «которые со злым умыслом путали наши хорошие дела», и оттого «вопросы блуждали без управления, и каждый человек мог говорить по-своему».
Одним из основных докладчиков был командующий войсками Киевского Особого военного округа генерал армии Г.К. Жуков. В своем выступлении он проанализировал характер «современной наступательной операции», привел расчет сил и сделал выводы:
«Современная наступательная операция может рассчитывать на успех лишь в том случае, если удар будет нанесен в нескольких решающих направлениях, на всю глубину оперативного построения, с выброской крупных подвижных сил на фланг и тыл основной группировки противника. Одновременно с действиями на решающих направлениях наступательным и вспомогательными ударами противник должен быть деморализован на возможно широком фронте. Только такая наступательная операция может в относительно короткие сроки привести к окружению и разгрому основной массы сил противника на всем фронте предпринимаемого наступления…
Мощность первого удара должна обеспечить разгром не менее одной трети – одной второй всех сил противника и вывести наши силы в такую оперативную глубину, откуда создавалась бы реальная угроза окружения остальных сил противника…
Следует вполне законно ожидать, что первоначальные исходные операции, скорее всего, начнутся с фронтальных ударов. Проблема наступления будет состоять в том, чтобы сначала прорвать фронт противника, образовать фланги и затем уже во второй фазе перейти к широким маневренным действиям. Условия для оперативного обхода, охвата и ударов по флангам будут создаваться в ходе самой наступательной операции».
Для проведения крупной наступательной операции со стратегической целью на фронте 400–450 км потребуется 85– 100 стрелковых дивизий, 4–5 механизированных, 2–3 кавалерийских корпуса и 30–35 авиационных дивизий. На решающем направлении должны действовать ударные армии в следующем составе: 4–5 стрелковых корпусов (12–15 дивизий), до 7–9 артполков РГК (750 орудий), 3–5 танковых бригад (700– 1200 танков), 2–3 авиадивизии (600–700 самолетов), инженерные и химические части, механизированный либо кавалерийский корпус в качестве подвижной группы.
В теории процесс прорыва вражеской обороны выглядел неотвратимым, как гибель всего мирового капитала: «После мощного огневого налета артиллерии и удара ВВС на передний край обороны противника, имея впереди разведку, должен ворваться первый эшелон тяжелых танков и, не останавливаясь на переднем крае, безостановочно бросаться на резервы, артиллерию противника и компункты, порывая на своем пути все линии связи и уничтожая ПТО. Движение этого эшелона поддерживается огневым валом и действиями авиации. Под прикрытием эшелона тяжелых танков через передний край проходит эшелон легких танков с задачей уничтожать систему пулеметного огня за обратными скатами. За этим эшелоном на передний край врывается эшелон огнеметных танков и своими действиями помогает пехоте производить уничтожающие штыковые удары».
Обязанность «больших начальников» состоит в том, чтобы всесторонне «подготовиться к сокрушительным, уничтожающим и организованным действиям нашей армии, несмотря на то, в какие условия (маневренного, позиционного или иного характера) наша армия будет поставлена».
Доклад в целом собрание одобрило. Правда, командир 1-го механизированного корпуса генерал-лейтенант П.Л. Романенко счел предложенные Жуковым ударные армии недостаточно «ударными» и предложил в составе каждого фронта (округа) иметь по паре механизированно-авиационных монстров в составе 4–5 механизированных, 3–4 авиационных корпусов, 1–2 авиадесантных дивизий и 9– 12 артиллерийских полков. Начальник штаба Прибалтийского военного округа генерал-лейтенант П.С. Кленов указал на то, что теоретические изыскания Жукова (точнее, оперативного отдела штаба КОВО) никак не привязаны к противнику и конкретной обстановке и что вопрос о проведении наступательных операций в начальном периоде войны требует особого рассмотрения:
«Я беру пример, когда эта наступательная операция начинается в начальный период войны, и невольно возникает вопрос о том, как противник будет воздействовать в этот период на мероприятия, связанные со стратегическим развертыванием, т. е. на отмобилизование, подачу по железным дорогам мобресурсов, сосредоточение и развертывание войск. Этот начальный период войны явится наиболее ответственным с точки зрения влияния противника на то, чтобы не дать возможность планомерно его провести… Каждое уважающее себя государство, конечно, постарается этот начальный период использовать в своих собственных интересах для того, чтобы разведать, что делает противник, как он группируется, каковы его намерения, и помешать ему в этом». Чтобы не дать противнику возможности помешать Красной Армии развернуться и выстроиться согласно задуманной диспозиции, необходимо «воздействовать» на противника первыми: «Это будут операции начального периода, когда армии противника не закончили еще сосредоточение и не готовы для развертывания. Это операции вторжения для решения целого ряда особых задач. Это воздействие крупными авиационными и, может быть, механизированными силами, пока противник не подготовился к решительным действиям, на его отмобилизование, сосредоточение и развертывание для того, чтобы сорвать их, отнести сосредоточение в глубь территории, оттянуть время. Этот вид операций будет носить, конечно, особый характер…
