Ноланд подумал, что сейчас Ликург пригласит его посмотреть в телескоп, и там он увидит вуивра, но кир-филак, щурясь на светлеющее небо, спросил:
– Имя Арчибальд Монро тебе о чем-нибудь говорит?
Вопрос застал Ноланда врасплох. Последняя неделя выдалась настолько насыщенной, что события в гостинице "Эпос" показались далекими и туманными. Ноланд без подробностей рассказал, что отряд ордена преследует его и с рыцарем он познакомился случайным образом.
– Почему вы спрашиваете?
– На прошлой неделе филаки встретили вооруженного рыцаря без надлежащих документов. Он назвался сэром Арчибальдом и утверждал, что состоит в отряде, который занимается поиском пропавшего без вести Теодора Бремера. Это правда?
– Частично, – нехотя ответил Ноланд. – Мой отец проводит непубличные археологические раскопки на востоке отсюда и не нуждается в том, чтобы его разыскивали. На деле орден стремится уничтожить археологические артефакты и помешать его открытиям. Поэтому рыцари преследуют меня и моих друзей.
– Раскопки в заповедниках? – нахмурился Ликург.
– Я не имею права назвать точное место. Но уверяю, раскопки ведутся не на территории вашего народа.
– Восточнее только Наар. Надеюсь, у вас не будет проблем с Царской палатой Наара – халиру не церемонятся с чужеземцами, их законы куда строже наших.
– Полагаю, этот вопрос как-то решили, – уклончиво сказал Ноланд, понимая, что сболтнул лишнего, и поспешил вернуть разговор в прежнее русло: – Что же случилось с сэром Арчибальдом?
– Официальная миссия их отряда дает право на проезд с оружием по нашим территориям, но Арчибальд встретился нам один, дескать, по специальному распоряжению приора отделился от отряда. Документы он не предоставил, сдать оружие отказался и напал на филаков.
– Безумный задира. Неужели он рассчитывал перебить патруль?
– Я неточно выразился. Арчибальд хотел навязать филаку дуэль и так решить спор. Мы в подобные игры не играем и взяли его в плен как преступника.
– Не знаком с сэром Арчибальдом близко, но легко могу представить его возмущение. Кто-нибудь пострадал?
– Были раненые, в том числе мятежный сэр Арчибальд.
– И где он сейчас?
– Тремя этажами ниже, в тюремной камере.
– Не могу сказать, что расстроен. Сэр Арчибальд руководит взводом в преследующем моего отца отряде. Да и сам по себе способен доставить проблем.
– Рыцарь назвал твое имя тоже. Он ищет именно Ноланда Бремера, а не Теодора. Арчибальд рассказывает о мирных поисках, но его ложь слишком примитивна. Я решил, что тебе нужно знать.
Ноланд с минуту размышлял. Новости были плохими, как ни посмотри. Выходит, сэр Арчибальд узнал, что упустил не абы кого, а Ноланда Бремера. Вероятно, имя он узнал от трактирщика. Вряд ли бедный Ферапонт выдал тайну по доброй воле. Теперь рыцари охотятся за Ноландом с Вереском так же, как за отцом. Все это усугубляет положение. Но что-то не сходится.
Ноланд задумался, мысленно разложив перед собой пазл, состоящий из фрагментов-событий. Когда они были дома у Вереска, отряд "Громада" уже покинул гостиницу Ферапонта и Арчибальд остался один. Тогда рыцарь еще не знал про Ноланда, полагая, что виделся с Олмстедом, иначе не оставил бы дом Вереска. Получается, он узнал об этом не так давно, а затем попал в плен к филакам. Следовательно, основной отряд остался в неведении. Пазл сошелся. Ноланд улыбнулся своим логическим умозаключениям – как будто клеттский мудрец доказал теорему.
– Да, Ликург, это очень важно. Что вы планируете делать с пленником?
– Сам он требует связаться с начальством отряда, но у нас нет лишних людей, чтобы отправлять их в догонку за приором. В ближайшее время мы планировали послать заявление в орденский капитул, чтобы там подтвердили информацию и прислали за ним чиновника, который заплатит выкуп. Надо понимать, что Арчибальд атаковал офицера чужой страны. Если капитул от него откажется или дело затянется более чем на три недели, то рыцаря ждет расстрел.
– Вчера вы говорили о том, что можете оказать мне услугу.
Ликург печально улыбнулся.
– Хочешь, чтобы мы казнили его сразу?
– Нет! – воскликнул Ноланд. – Сэр Арчибальд располагает опасными сведениями, но не сделал мне ничего плохого. Я не хочу, чтобы он погиб только из-за каких-то моих домыслов и опасений.
– Хорошо. Часто люди после спасения человеческой жизни полагают, что теперь могут распоряжаться и смертью. Ты не из таких.
– Я путник, – напомнил Ноланд кир-филаку и самому себе.
– Люди называют себя по-разному, но ведут зачастую одинаково, – пожал плечами Ликург. Жест был как будто полон безразличия, но от Ноланда не укрылся испытующий взгляд кир-филака.
– С недавнего времени я стараюсь соответствовать.
– И я желаю тебе успехов на этом тяжелом пути. Какую же услугу тебе оказать?
Ноланд размышлял так долго, что даже Ликург потерял терпение и вернулся к телескопу. Ноланд думал и размышлял над тем, как формируются мировоззрения и складываются судьбы. Вчера он кое-что изменил в себе, принял неожиданное для самого себя решение, и сегодня его судьба уже совсем другая. Прежний Ноланд до сих пор ехал бы по Старому тракту в фургоне, правя лошадьми и беседуя с Вереском. А сейчас он облачен в одежды чужого народа, находится среди уважающих его благородных воинов и волен просить что душе угодно. Кто бы мог подумать. И переход до сих пор продолжается. Сегодня он получил возможность повлиять не только на себя, но и на мир вокруг, пусть и совсем чуть-чуть. Если в мире чего-то не хватает, нужно это создать – такому правилу он решил следовать. На одно мгновение Ноланд увидел мысленным взором какой-то новый пазл, огромный и сложный, а в нем ветвистые схемы событий и решений. Он
