он нехотя пошёл открывать машину.
– Максим. – Она поспешила за ним, садясь на своё место в салоне.
И с каких это пор стала звать это место своим? Вероника так растерялась, что даже забыла, что хотела спросить.
– Что? – он сел рядом и завёл двигатель.
– Ты разобрался с тем звонком?
– Да. Почти.
Машина легко двигалась по пустой дороге, и Максим всё думал, как начать разговор, когда они доберутся до дома. Но, кажется, Вероника не была настроена враждебно, и даже проявляла беспокойство. Максим кинул на неё короткий взгляд, затем снова следя за дорогой. Что опять творилось у неё в голове? Сидела ровно и всё время украдкой поправляла волосы. Максим повернулся к ней ещё раз и нарвался на вишнёвую улыбку. От неожиданности он чуть не выпустил руль. Что это с ней? Если бы не знал её, то решил, что Вероника пыталась очаровать его. Максим нервно улыбнулся в ответ, заставляя себя смотреть только вперёд.
К счастью, они добрались без происшествий. Дома ему осталось терпеливо подождать, пока голодная девчонка перекусит, опять теряясь в его огромной одежде, и рассказать наконец о планах на выходные. Главное, убрать подальше все острые предметы… Вероника уютно устроилась в гостиной на искусственной шкуре, с полупустой коробкой конфет.
– Будешь? – Она протянула мужу сладости, стоило ему войти и остановиться под аркой.
– Не ем я сладкого.
Вероника вздохнула и отвернулась. Максим прошёл к ней. Видя реакцию, он вытащил из коробки одну конфету, принимаясь нехотя жевать. Затем взял с каминной полки небольшой пульт, нажал на нём несколько кнопок и включил камин. Тот тепло осветился. Имитация пламени и тлевших поленьев создавала ощущение, что она сидела у настоящего огня. Веронике казалось, что даже был слышен треск тех самых поленьев. Она протянула руки к искусственному огню. Максим усмехнулся и сел рядом с девушкой на шкуру. Он серьёзно поглядел на жену, и она убрала руки от камина, теперь обнимая ими свои колени.
– У меня к тебе просьба, Вероника. Последняя… – Максим увидел, как она повела плечами под огромной кофтой, словно уменьшаясь в размерах. – Ничего убийственного.
Он замолчал, глядя на Веронику. Затем вздохнул и снова заговорил:
– Скоро всё закончится. Тебе больше не о чем будет волноваться.
– Правда? – Вероника встрепенулась.
– Да. Больше не увидишь мою физиономию…
Вероника замерла. Потом подалась вперёд, будто намереваясь что-то ответить. Но вдруг поникла, и принялась наблюдать за «тлевшими» поленьями.
О чём она сейчас думала? Максим лёг на шкуру и заложил руки за голову. Если глядеть в потолок, оно так легче выходит. По крайней мере, ему так казалось.
– Один человек, очень хороший человек, он не знает о том, что наша женитьба фиктивная.
– И?
– Он пригласил нас в свой дом на выходные.
– Что? – ахнула Вероника.
– Всего два дня и ты свободна, – медленно повторяя каждое слово, Максим смотрел, как девушка взволнованно придвинулась к нему, подбираясь на четвереньках.
Так и упираясь руками в мягкий мех, Вероника возмущённо поглядела на него.
– Как ты себе это представляешь? – возмутилась она.
– Просто будешь улыбаться и есть пирожки Марии Фёдоровны, – пробормотал Сиверин.
– Кто это? – сердито проворчала Вероника и мотнула головой, пытаясь убрать волосы.
Они холодными прядями скользнули по его лицу.
– Да сядь ты уже, – потребовал Максим, стараясь не реагировать на её близость. – Всё просто. Приедем, поужинаем, проведём там пару дней и уедем.
– А если они что-то спросят, эти люди? А если они поймут? А если…
Максим сурово поглядел на неё, и девушка притихла, усаживаясь рядом. Вероника пришла в крайнее волнение. Какой ужас! Актриса с неё никудышная. И на что Максим рассчитывал? Его приятели раскусят их мигом.
– Что ты хочешь знать? Спрашивай. Расскажу, – Максим закрыл глаза, и Веронике даже показалось, что задремал.
И как он мог оставаться таким спокойным сейчас?
– Где твои родители? – тихо спросила она.
– Отец умер почти пять лет назад, – глухо отозвался Максим.
– Извини… – Она закрыла рот рукой, уже жалея о своих расспросах. Одно расстройство.
– Ничего. Мать у моего дядьки сейчас. Племянников нянчит. Это всё его, собственно… – Максим мотнул головой, указывая на дом.
– То есть как? – удивилась она.
– Когда отец умер… – Максим осёкся и замолчал ненадолго. – Они вдвоём в машине были, когда у него приступ случился. Попали в аварию. Пока дядя смог выбраться из машины и вызвать помощь… Короче не успели врачи. Он винит себя и таким образом пытается что-то исправить. Мне это к чертям не надо, но ему легче стаёт.
– Он брат твоего отца? – осторожно поинтересовалась Вероника.
– Матери. Младший. У них разница большая. Дядя старше меня на пару лет.
– И ни братьев, ни сестёр? – Вероника зевнула, успевая прикрыться ладонью.
– Нет.
– И у меня нет.
Вероника рискнула повторить за Максимом и опустилась на мех. Золотистое тёплое освещение камина и мягкость искусственной шкуры под уставшей спиной, убаюкивали.
– Мама, она в Питере живёт. – Вероника перетянула запутавшуюся вокруг её талии байку. – А папу я в принципе и не помню.
Удивительно было так лежать и просто говорить.
– Максим, – тихо позвала она.
– Что? – раздался сбоку его сонный голос.
– Расскажи мне, что я видела тогда.
Максим открыл глаза и поглядел на неё. От неожиданности Вероника замерла. Почему он смотрит и молчит? Лежал же только что! Она нервно улыбнулась ему, но так хотелось услышать ответ. Промолчит? Или доверится? За всё время, что они вместе, Максим ни разу не объяснил, как всё случилось. Оставалось только гадать. А теперь между ними возникло некоторое доверие. Оно сближало их. Вероника это чувствовала и как ни притворяйся, а это радовало.
Она прекрасно понимала, что ни к чему хорошему это не приведёт. Ещё пара дней и Максим отпустит её… Точно… Вероника внезапно резко села, испуганно глядя на него. Сумасшедшая… Ей было жаль, что всё кончалось? В душе всё сжималось от одной мысли, что её
