— Понимаю. Тебе нужно время, — сказал Кеннеди, вставая.
Я тоже встала. Мне захотелось поскорее уйти из этой знакомой комнаты и от этого разговора.
Время ничего не изменило бы в моих чувствах, ничего к ним не прибавило. Времени уже прошло достаточно: боль оттого, что мой парень меня бросил, еще не исчезла, но становилась все слабее. И хоть будущее по-прежнему виделось мне как в тумане, я начала привыкать к мысли, что для Кеннеди в этом будущем места нет.
— Пойдем разыщем твою Эрин. А я поговорю с Баком.
Я застыла на полпути к двери:
— Кеннеди, я вовсе не считаю, что ты должен…
Он обернулся:
— Знаю. Не важно. Я займусь этим. Займусь им.
Я глубоко вздохнула и следом за Кеннеди вышла из комнаты. Мне хотелось верить, что его намерения продиктованы чувством справедливости, а не желанием меня отвоевать.
Мы с Эрин из окна наблюдали за разборкой Кеннеди и Бака. Они вышли на пятачок за домом: там было совершенно безлюдно, из-за холода никто не высовывался из помещения. Слов мы не слышали, но жесты говорили сами за себя. Бак был выше и здоровее моего бывшего, зато Мур обладал врожденным чувством превосходства над противником, которое помогало ему удерживать контроль над ситуацией. Пока Кеннеди говорил, Бак переполнялся яростью, пытаясь выдать ее за раздражение. Мур несколько раз ткнул пальцем воздух, не касаясь Бака и в то же время показывая, что не боится его. Я позавидовала умению Кеннеди бесстрашно разговаривать с людьми, которых он считает недостойными. Я всегда завидовала этому его умению.
Мы отошли от окна, когда мой бывший развернулся и направился к зданию. Секундой раньше Бак заметил меня и пронзил взглядом, полным чистейшей ненависти.
— Ну и дела! — пробормотала Эрин, хватаясь за мою руку. — По-моему, нам нужно чего-нибудь выпить.
Среди играющих в четвертаки[13] мы увидели Мэгги.
— Э-э-эрин, — позвала она. Язык у нее слегка заплетался, — идем к нам!
Эрин прищурилась:
— Играете командами?
— Да. — Мэгги схватила ее за руку и усадила к себе на колени. — Джей, ты будешь в паре с Минди. Сейчас мы вам всем надерем задницы!
Минди, миниатюрная блондинка-первокурсница, улыбнулась и заморгала большими зелеными глазами, пытаясь сфокусироваться на мне.
— Тебя зовут Джей? — спросила она, растягивая слова и хлопая ресницами — длинными, как у красавицы из мультика. Она выглядела немного инфантильно для своих восемнадцати лет и представляла собой полную противоположность Мэгги, похожей на язвительного эльфа. — Джей — это же мужское имя!
Парни, сидящие напротив, усмехнулись, а Мэгги раздраженно закатила глаза. Теперь я поняла, почему она решила сбагрить свою партнершу мне.
— Нет. Джей — первая буква от Жаклин.
Один из парней взял возле стены два складных стула и поставил их между Мэгги и Минди. Мы с Эрин сели.
— А… — Моя новая знакомая нахмурилась и снова заморгала. — Тогда можно я буду звать тебя Жаклин? — Это было произнесено так неразборчиво, что я едва уловила свое имя.
Мэгги выругалась, беззвучно шевеля губами.
— Конечно так и зови, — ответила я и оглядела стол. — Так что, мы выигрываем?
Парни ухмыльнулись: до победы нам было явно далеко.
ГЛАВА 18
К моменту, когда все начали разъезжаться по домам, мы с Эрин так наигрались в четвертаки, что от нас за километр разило пивом и до утра нам явно предстояло или смотреть на кружащиеся стены (в лучшем случае), или (в худшем) обниматься с унитазом. В воскресенье мы обе до трех часов дня разговаривали исключительно шепотом. А к семи Эрин уже должна была идти на встречу со своими «сестрами». Моя подруга проклинала родню той несчастной, что назначила собрание на следующий день после вечеринки «братишек».
— Какого черта нам собираться, если сегодня мы все равно ничего не решим! Как только председательница стукнет своим молоточком, каждая вторая из нас бросится, чтобы ее растерзать.
Пока мой ноутбук грузился, я наблюдала, как Эрин наматывала на шею фиолетовый шарф и натягивала перчатки того же цвета. Мы все еще разговаривали вполголоса.
— Зато повидаешься с товарищами по несчастью.
— Да уж. — Напялив на огненно-рыжую голову фиолетовую шапку, Эрин надела пальто. — Увидимся через пару несчастных часов.
Лукас уже прислал мне вопросный лист за понедельник. Опять без комментариев. Я понимала, почему он старается не смотреть на меня на лекциях и почему нам, наверное, лучше не встречаться наедине. Но я не понимала, почему наше общение по электронной почте тоже прекратилось. Мне очень не хватало его писем, и я даже гадала, как он отреагирует, если я напишу ему первая. Мне хотелось рассказать Лукасу о вечеринке, о том, как я встретила Бака и ответила ему «нет», как до смерти испугалась и в то же время почувствовала прилив сил.
Оставалась одна учебная неделя, потом сессия и каникулы. Я понятия не имела, изменится ли что-то в наших отношениях после окончания семестра.
Я сделала самое ненапряжное из домашних заданий (разметила карту созвездий для завтрашней лабораторной по астрономии) и разобрала постиранное белье, которое ожидало моего внимания в корзине возле кровати уже три дня. Или четыре. Если не пять. В этот уикэнд я пропустила репетицию ансамбля и часы своих индивидуальных занятий на контрабасе, так что на неделе мне предстояло каким-то образом наверстать упущенное.
Перед приходом Эрин я собралась лечь в постель и с помощью сна избавиться от остатков похмелья.
— Я тут подумала отправиться на боковую пораньше… — зевнув, сказала я в сторону приоткрывшейся двери.
Оказалось, Эрин пришла не одна. У нее под мышкой торчала Минди, моя вчерашняя партнерша по игре в четвертаки. Сначала мне показалось, что накануне она просто перебрала еще сильнее, чем я. Но потом я заметила мрачную физиономию Эрин и красные воспаленные глаза самой Минди. Ее не от выпитого колбасило, она плакала. Причем много. Я спустила ноги с постели на пол.
— Эрин?
— Джей, у нас проблема. — Закрыв дверь, моя соседка усадила подругу рядом с собой на кровать. — Вчера, когда мы с тобой уехали, Минди танцевала с Баком.
При этих словах бедняга вздрогнула, закрыла глаза, и из них снова хлынули слезы.
Сердце у меня забилось. Я догадывалась, что Эрин может сказать дальше: все это было малоприятно. Я сто лет не молилась, но тут вдруг начала про себя твердить: «Господи, пусть окажется так, что он не сделал с ней того, чего не вышло со мной. Господи! Прошу Тебя!»
— Он уломал ее пойти с ним в его комнату. — Минди закрыла лицо руками и, как ребенок, уткнулась Эрин в плечо. Та пропела: — Ш-ш-ш… — и обняла несчастную девочку обеими руками. Мы переглянулись. Мы обе знали, что у нее нет своего Лукаса, который бы ее защитил. — Джей, мы должны все рассказать. Теперь молчать уже нельзя.
