умел распорядиться доставшейся ему огромной властью и расстался с ней, как ребенок расстается с игрушкой. При молчаливом согласии монарха Боярская дума, глубоко скомпрометировавшая себя сотрудничеством с поляками, по истечении недолгого времени вернула себе власть. Никаких действий для ограничения власти боярского правительства самодержец не предпринимал.
В первые годы царствования Михаила дела шли вкривь и вкось. В августе 1614 года Масса писал, что Россия в опасности: царь избран, ему «около двадцати лет от роду». Но «земля Московская до сих пор не может получить от него ни теплоты, ни света». Два года спустя Масса утверждал, что правление Михаила Федоровича долго не продлится, если «правление остается в прежнем состоянии».
Пророчества Массы о будущем России противоречивы. В стране скоро воцарится мир, если царь будет милостив к подданным. В другом случае голландец предрекал, что в Московии «все пойдет хорошо тогда лишь, когда царь по локти будет сидеть в крови».
Михаил Романов не хотел следовать примеру Грозного. При всей вялости ума Михаил Романов понимал, что ему не видать бы короны, если бы войско Пожарского не очистило Москву от вражеских отрядов. Члены собора и народ требовали признания заслуг выборного земского воеводы. Подчиняясь общему настроению, царь в самый день коронации объявил о пожалований стольнику Пожарскому боярства. Но прежде стольника тот же чин получил князь Иван Борисович Черкасский. Порядок пожалования был глубоко символичен. Князь Пожарский возглавлял мартовское восстание в Москве в 1611 году, князь Черкасский помогал иноземцам подавлять его. Позже Иван Черкасский сражался с передовыми отрядами ополчения, но был взят в плен.
Кузьме Минину более, чем кому бы то ни было другому, обязана была Москва своим освобождением. Совет ополчения по решению «всех земли» наградил его за московское взятие большой вотчиной. Но заслуги Минина перед казной все же не получили должного признания. Не он, а Траханиотов получил чин казначея и возглавил Казенный приказ.
То, что после наречения на царство Михаил стал писать грамоты Мстиславскому с товарищами, вопреки распространенному мнению не означало передачи власти из рук земского правительства в руки Семибоярщины. Переворот произошел позже, когда в ход был пущен местнический таран.
Иван Грозный казнил боярина Александра Горбатого, покорителя Казани. Правитель Борис Годунов приказал тайно умертвить боярина князя Ивана Шуйского, остановившего вторжение короля Батория под стенами Пскова. Братья Шуйские, по всей видимости, отравили князя Михаила Скопина, освободившего Москву от многолетней осады.
Пожарский изгнал поляков из Кремля. Судьба была к нему милостивее, чем к другим выдающимся военачальникам. Однако же царь Михаил и его мать не простили князю того, что он домогался трона и, возможно, потратил на выборы больше денег, чем сами Романовы. Любое поражение на границах могло привести к свержению Михаила. Популярность Пожарского была велика, и его можно было считать серьезным соперником.
Свои главные победы Пожарский одержал в войне с войсками Семибоярщины и короля. Военное положение России оставалось критическим. Князь Дмитрий был одним из немногих воевод, способных возглавить армию. Но вернувшиеся к власти бояре постарались положить конец его карьере. Земский воевода остался не у дел.
Когда стольник Пожарский был произведен в бояре, объявить государеву милость поручили Гавриле Пушкину. Как думный дворянин, Пушкин занимал в думе невысокое положение. Тем не менее он отказался выполнить царское распоряжение и затеял местническую тяжбу с князем. Земский воевода, уверенный в прочности своего положения, не оценил опасности и не подал встречного иска.
Прошло полгода, и Пожарский осознал, что не получит никаких воеводских постов, пока не заставит бояр считаться со своим «родословием».
В конце 1613 года царь поручил Пожарскому объявить двору и народу о пожаловании в бояре Бориса Салтыкова. Пожарский, уповая на свои заслуги и популярность, заместничал с ним. Ослушавшись царя, князь съехал к себе на двор, сказавшись больным. Власти решили наказать Пожарского и послали за ним дворянина Перфилия Секирина, служившего при нем в Ярославле. Секирин отвел воеводу на двор к Борису Салтыкову. Выданный головой Пожарский должен был поклониться своему недругу до земли и, стоя на коленях, выслушать все, что тот скажет.
Невозможно было придумать худшего унижения. Поражение в местническом споре фактически лишало Пожарского права занимать высшие военные посты в государстве.
Семибоярщина могла торжествовать победу над военачальником, свергшим ее и освободившим Москву.
Устранить главу земского триумвирата Трубецкого с помощью тех же средств было невозможно. Воевода принадлежал к одной из самых знатных фамилий России. С ним поступили иначе: его назначили в действующую армию. Главный соперник Романова на выборах был удален из столицы и тем самым лишился власти.
Борьба за изгнание захватчиков с русских земель могла бы иметь успех, если бы русское командование сосредоточило все свои силы на одном направлении. Но этого не произошло.
Пожарский старался не допустить одновременной войны с Речью Посполитой и Швецией, и его дипломатические усилия увенчались успехом. Отстранив земских воевод от руководства, правительство отказалось также и от выработанного ими курса.
Сигизмунд III не отказался от планов завоевания России. Его войска вновь и вновь пересекали русские рубежи. Они сожгли Козельск, Волхов, Перемышль и показались у стен Калуги; Чтобы не допустить врага к столице, русское командование направило на запад земских воевод Дмитрия Черкасского и Михаила Бутурлина со значительными силами. Они отогнали неприятеля от Калуги, освободили Вязьму, Дорогобуж, Белую, а затем осадили Смоленск. Под Смоленском командование сосредоточило 12-тысячное войско. Ровно половину из него составляли казаки.
В разгар боевых действий под Смоленском правительство направило под Новгород князя Дмитрия Трубецкого с более чем пятитысячной ратью. Последняя тысяча казаков, некогда осаждавших Кремль, покинула столицу вместе с ним.
Распылив силы, русское командование не сумело освободить ни Смоленска, ни Новгорода.
ПЕРВЫЕ ШАГИ
Смута подорвала мощь дворянского ополчения. Множество дворян погибло в братоубийственной войне. Еще больше разорились или лишились поместий. В то время как оскудевшие дети боярские «волочились под окны» и просили милостыню, другие завладели обширными вотчинами, никак не соответствовавшими ни их «породе», ни службе предков.
Современники в идиллических тонах описывали земельные пожалования царя по случаю коронации. «А московских боляр и всяких чинов людей, которые седели в Московском царстве в осаде с литовскими людьми, которые были в Литве у короля и в Тушине и в Калуге и при воре второлживом Дмитреи, и тех государь всех пожаловал для своего царского венца, наипаче же свыше первого, по их достоинству честию и пожитком, и совокупней вся земля Руская ему государю служити».
Михаил не мог удовлетворить всех по простой причине. У него не было необходимого для этого
