маленькую яхту Мэллори – единственную парусную лодку в гавани. Она занимала одну полоску глубокой воды возле причала, но сейчас стояла на берегу, и нужен был высокий прилив, чтобы сдвинуть ее с места. Кабина, если ее вообще можно было так назвать, оказалась слишком низкой, чтобы он мог в нее заползти, а матрас оказался всего лишь куском пенопласта в грязном хлопковом чехле. Он закатал его и понес в церковь, попутно останавливаясь и беседуя с Джейкобом из «Буревестника», Бенни Ресториком, Джоном Шонесси и Тоби Пенротом. Как вообще кому-то удавалось пройти из одного конца деревни в другой? На пути поджидало слишком много разговоров.
На пороге дома появилась Демельза Треваррик с сигаретой в руке.
– Дорогуша, – промурлыкала она. – У тебя еще запланированы какие-то приключения для нас?
– Не сегодня, – ответил Джо. Он так и не сдержал обещание перед Джереми. Беседа с Демельзой так и не состоялась. Она была экспертом в любовных отношениях, но еще не проконсультировала его. Возможно, он старался ее избегать. Если бы Джо не был занят переноской матраса, то смог бы должным образом ее поприветствовать. Она присоединилась к нему.
– Почему мы должны так спешить, милый? Я надеялась, что мы сможем поговорить.
– Разумеется. – Джо сбавил шаг.
– Куда мы идем?
– В церковь.
– С этой ужасной штукой? Ты будешь на этом спать, дорогуша? – Демельза смотрела на матрас так, словно он мог быть заражен чумой.
– Это всего лишь предосторожность, – ответил Джо. – Мне, возможно, придется там спать, если все станет… ну, вы знаете… немного опасно.
Писательница выглядела встревожено.
– Опасно? – повторила она. Ей никогда не казалось, что в Сент-Пиране когда-нибудь может стать опасно. – Тебе не кажется, что ты слишком забегаешь вперед, когда говоришь о выживании? В том смысле, что сейчас все нормально и хорошо, что есть запасы еды. Никто об этом столько не думает. Наш священник редко выходит из церкви и спускается в деревню. Но серьезно? Спать в колокольной башне на старой грязной подстилке? – Она затянулась и со вздохом выпустила дым. – Было бы намного романтичнее, если бы во все оказалась вовлечена женщина.
Джо снова посмотрел на нее.
– Мне жаль вас разочаровывать, – ответил он. – Но нет.
– Ты уверен? – попыталась подловить Демельза.
– Конечно, я уверен.
– А что насчет молодой Полли Хокинг?
Джо остановился.
– Вы говорили с Джереми?
– Конечно, дорогуша. У него нет от меня секретов, если от этого зависит чья-то судьба.
– Демельза, вы все еще пытаетесь свести меня с кем-то?
– Пытаюсь, – ответила Демельза. – Но ты все усложняешь. Эта деревня просто кишит подходящими молодыми женщинами. А теперь посмотри на себя. – Она оценивающе взглянула на него. – Такой симпатичный молодой человек. Моему сердцу больно видеть, как ты переезжаешь в старую башню и маешься там в одиночестве. Очень многие молодые леди согласятся составить тебе компанию.
Он улыбнулся от того, какая картина вырисовывалсь у него перед глазами.
– Если бы только это было правдой, – произнес он.
– Тогда почему бы не разрешить мне помочь тебе?
– В последний раз, когда мы об этом говорили, мы пришли к выводу, что все подходящие девушки слишком старые, слишком шумные или воняют рыбой, – отозвался Джо.
– Не все.
– Ну, большинство из них.
– Некоторым нравится запах рыбы, – возразила Демельза.
– В этом случае, – ответил Джо, – Сент-Пиран покажется им оранжереей.
Он продолжил свой путь наверх.
– А что насчет милашки Аминаты?
– Что с ней?
– Разве ты не заинтересован? Она очаровательная. Такая красивая. И я могла бы устроить вам свидание.
Джо хмыкнул.
– Не хочу показаться неблагодарным.
– Но тебе не кажется, что она прекрасна, да, дорогуша?
Образ Аминаты на удивление легко появился в его воображении.
– Она великолепна.
– Ну тогда…
– Послушайте, Демельза… я… не в деле.
– Это Полли Хокинг, не так ли?
– Что? – Джо снова замолчал.
– Итак, половина деревни считает, что между вами романтическая связь, – сказала Демельза. Она сделала последнюю затяжку, а потом бросила бычок на тротуар и растерла его ногой. – Дорогой, это идеальная история. Настоящая неразделенная любовь. Привлекательный незнакомец и красивая женщина, которая страдает в несчастном браке. Они встречаются на пляже…
– … под выброшенным на берег китом…
– … их взгляды пересекаются. Он чувствует переполняющую ее сердце страсть.
– Чувствует?
– О да. И теперь его тянет к ней. А ее влечет к нему, но они оба знают, что их любви не суждено сбыться. Он переезжает в церковь, поближе к ней… и страдает от безответной любви.
Джо снова остановился.
– Вы пишете любовные романы, да?
Она улыбнулась.
– Ты должен прочитать хотя бы один.
– Мне кажется, что я только что это сделал, – сказал он. – Половина деревни действительно так считает?
– О да.
– Тогда я вынужден их расстроить. Другая половина оказалась права.
– Другая половина, дорогой мой, уверена в том, что вы размножаетесь как кролики.
В осенний день залив Зунд был полон лодок: парусные яхты – как у отца, моторные лодки, круизные катера, паромы, рыбацкие лодки и сухогрузы. Двенадцатилетнему Джо казалось, что весь мир проходил этим проливом, каждая волна исходила от какой-то лодки. Когда на море не было ветра, его отец произносил избитую фразу: «Раз уж так, то мы можем половить треску». Им ни разу не удалось поймать треску, но вместо нее ловились лосось, кумжа, палтус и угри. Миккель Хак прямо на палубе разделывал рыбу, а головы, хвосты и внутренности выбрасывал обратно в море. На газовой горелке Джо готовил рыбные стейки, а потом они – отец и сын – сидели на рубке и смотрели на закат. «С тех пор произошло мало хорошего», – подумал Джо.
Почему эти воспоминания так настойчиво всплывают в памяти? Он не плавал вместе с отцом с пятнадцати лет. Для чего? Чтобы отогнать мысли о Полли Хокинг? Мысль про них двоих, которые занимаются этим подобно кроликам?
– Значит, обе половины деревни ошибаются.
– Ошибаются ли? – переспросила Демельза. Они подошли к церковному кладбищу, и она положила руку на ворота, прежде чем он попытался их открыть. – У правды, знаешь ли, есть много видов.
– Я так не считаю. Правда есть правда, – ответил он.
– Правда прекрасна, – произнесла Демельза, – но и ложь тоже. Так сказал Эмерсон. А ты знаешь, что сказал об этом Платон?
Джо покачал головой.
– Он сказал, что «поэзия содержит в себе более серьезного элемента, чем история».
– Я не знаю, что вы от меня хотите, Демельза…
Она посмотрела на него и театрально вздохнула.
– Я всего лишь пытаюсь тебе помочь, – сказала она. – Я думаю, что ты пока еще не понимаешь этого.
– Это мило с вашей стороны. – Он опустил матрас и нежно убрал ее
