попробовал опереться на одну ногу, покачался на ней, пару раз присел «пистолетиком» и выдал свой вердикт:
— Вообще не болит.
— М-да, дела… А Сатир, царство ему небесное, таких выкрутасов делать не мог, хотя и был в Ранге Мастера. — Задумчиво потёр подбородок Король.
— И в правду. Шаман — талантище! — Улыбнулся Дятлов, подходя ближе, — Ну, доктор, какие рекомендации будут для бойцов и командиров⁈
— Сейчас лучше всего всем поесть. Но перед ужином помыться — воняем мы все знатно. — Ответил я, понимая, что китель успел приклеится к моей спине.
Предложение мое все дружно поддержали.
* * *
ТРЕТЬЯ ВЫКЛАДКА:
РИ, Санкт-Петербург, Главное управление Военного Приказа Российской Империи, 21 февраля, 14.00
— Крысы помойные! Олени рогатые! Да чтоб вы все в окопах оказались и там простату застудили и годами после этого от болячки мучились! — Василий Иванович Конев вышел на крыльцо Главного управления Военного Приказа и нервно выбил из мягкой пачки одинокого никотинового солдатика, чиркнул зажигалкой и глубоко затянулся.
— Простите, сударь, здесь нельзя кури-и-и… — Одного бешенного взгляда Конева хватило, чтобы молодой парнишка — дневальный, дежуривший у главного входа в Приказ, замолчал и вернулся к дверям.
Конев еще пару раз глубоко затянулся, так что сигарета обуглилась почти на половину, после чего начал успокаиваться и рассуждать в слух. Почти три недели он носился по различным юристам и адвокатам, чтобы получить максимальное количество информации, как вытащить своего ученика и друга из той западни, в которую он угодил. Он даже пытался попасть на прием к временному главе рода Кобылиных, но там ему сразу дали, как говориться, от ворот поворот. Текущий глава рода не собирался заниматься делами друга внука своего старшего брата, просто передав через управляющего поместья ответ: «У нас хватает и своих дел внутри рода, чужим родом должен заниматься его собственный патриарх, а если его нет, бейте челом перед императором!»
Конев уже думал записаться на прием к Великому Князю Михаилу Васильевичу, но и тут ему быстро остудили голову — ближайшее время на прием было в конце августа, все более ранние аудиенции были расписаны на полгода вперед… Был вариант поменяться с кем-то из тех, кто ожидал приема в ближайшее время, только Василий Иванович никогда не умел договариваться, вот и сейчас не получилось — секретарь в приемной даже не согласилась помочь в этом вопросе, дав контакты тех, кто готовился к аудиенции с генерал-губернатором в ближайший месяц, а когда Василий Иванович вспылил, то та мадам в ответ просто вызвала полицию. Благо, все закончилось без ареста…
Но жалобу вместе с очень хорошим адвокатом Антоном Павловичем Гордым он смог составить и подать в Главное управление Военного Приказа. Ответ Конев получил сегодня. Вначале его пригласили к определенному времени, и Василий Иванович приехал за двадцать минут от означенного срока. Потом его мариновали в приемной почти три часа, а после без всяких объяснений один из секретарей вынес запечатанный конверт и удалился обратно в свой крошечный кабинет.
В конверте было письмо с гербовым штампом, что Военный Приказ в ближайшее время обещает разобраться в сложившейся ситуации, и, если мобилизация поручика Волкова Матвея Александровича не имела смысла, то вернуть наследника рода обратно в Петербург. Только вот Василий Иванович прекрасно знал, что армейский бюрократизм долгий и неповоротливый, а формулировка «в ближайшее время» равносильна «когда-нибудь потом». С таким же успехом Матвей мог уже вернуться обратно домой после окончания периода мобилизации, а решением его вопроса так никто и не займется всерьез… А, ведь, и время боевого слаживания новых бойцов с основными составами подразделений уже подходило к концу… А это значило только одно — в скором времени они начнут действовать. Опять же, новости из военных гарнизонов вокруг Пустошей каждый раз приходили все страшнее…
Впрочем, адвокат Гордый предполагал такое решение по жалобе Конева и заранее предупредил, что готов взяться за это дело, так как тут сталкивались интересы двух законов, а разъяснений по ним пока еще не было, так как прецедента в данном юридическом споре еще не рассматривалось судами империи…
— Что ж, значит, нам придется раскошелиться и нанять Антона Павловича. — Сам себе кивнул Конев, туша окурок о край урны, — Поеду к нему сразу, чем быстрее начнем этот цирк, тем быстрее он закончится. Надеюсь, Гордый у себя в кабинете.
Василий Иванович запрыгнул в свой внедорожник и завел двигатель. Работы снова резко прибавилось.
* * *
Территориальные воды Священной Римской Империи, Балтийское море, недалеко от порта города Паланга, 23 февраля, 00.00
Вильгельм Лайонхарт и Эдвард Рифт снова сидели на носу корабля. На этот раз они плыли не на наемном судне, а на собственности Ордена, и им не нужно было скрываться за кулисой очередной торговой легенды. Вся команда была частью Ордена, и их встретили с огромным уважением на борту, понимая, что двое эмиссаров Ордена почтили их свои присутствием. На этот раз их новое задание было связано с прошлым. В последнем поручении Магистра они вытащили из русской столицы почти три сотни Одаренных, которых члены Ордена отлавливали во время царствующей в городе анархии. Теперь им предстояло доставить сто пятьдесят русских Одаренных из той же партии на Куршскую Косу, в новую Пустошь, которая косвенно появилась благодаря их же стараниям…
— Все проверил? — Лайонхарт повернулся к Рифту.
— Да, все капсулы в порядке, работают штатно, изменений состояния Одаренных не наблюдается. Так что к выгрузке груза можем приступать без опасений. — Кивнул Рифт.
— Великолепно! — Улыбнулся Вильгельм, — Эдвард, дружище, ты же тоже чувствуешь это⁈ Чувство азарта. страх и предвкушение? Совсем скоро мы встретимся со своими покровителями! Магистр оказал нам великую честь! Не каждый из Совета ее был пока удостоен! А мы сможем увидеть их!
— Что-то в этом есть. — Задумчиво кивнул Рифт, — Правда, я немного побаиваюсь этой встречи…
— Это нормально, друг мой, испытывать страх перед Великой Силой, что могущественнее и древнее всего того, что ты даже просто знал ранее! Только подумай о том, какие тайны хранят в своей памяти наши покровители⁈ Представь, что мы сможем сделать, чего достичь, чем стать, когда приобщимся к этой мудрости⁈ — В глазах Лайонхарта снова зажегся тот фанатичный огонек, который последние месяцы посещал его все чаще.
— Да… Может быть, ты прав, друг мой. — Опасливо кивнул Эдвард.
Чего говорить, Рифт в Орден вступил ради связей и силы. Силу он получил
