— Почему? — удивилась Света.
— Да потому, что это грустно.
— Почему?
— Да потому, что… грустно.
— Почему?
— Да потому, что грустно жить, сохраняя в душе остаток Любви, как… остаток меда в этой трехлитровой банке, стоящей рядом с… хлюпалкой… под раковиной. Жалко, вроде как, выбросить этот остаток меда вместе с банкой, да и «кушать» этот остаток не хочется… никому. Никому, Света, не хочется довольствоваться остатком, никому! Никому! Все хотят полноценного! Все хотят именно полную трехлитровую банку… Любви… настоящей и полноценной Любви. Ведь Любовь, Света, возрождает не только тебя самого, не только того, кого ты любишь, но и зажигает глаза, при виде которых все люди начинают задумываться над тем, что… ведь есть на свете смельчаки, которые не прячут Глаза Любви от людей, а смело, с любовью смотрят на всех людей, которым сам великий Бог предопределил пользоваться великой Энергией Любви… и не стесняться ее.
— Вы так красиво говорите, Эрнст Рифгатович, по поводу… трехлитровой банки…
— Да уж.
— Кстати, — продолжала Света, — там под раковиной вместе с трехлитровой банкой с остатками меда и пятью пустыми пол-литровыми банками стоят еще: бальзам «Битнер», два шкалика… поддельного… грузинского и армянского коньяка, шкалик поддельной ставропольской водки, сломанная открывашка для бутылок и статуэтка медведя с дырой…
— С какой такой дырой?
— В… дыре… в руках медведя должна была стоять бутылочка… поддельной водки. Но ее кто-то… выпил или… выбросил… подделку эту… в руках медведя.
— А-а.
— Там стоит еще комплект посуды, которую кто-то подарил Вам, Эрнст Рифгатович, комплект… вонючей пластмассовой посуды, которая… должна стоять именно под раковиной рядом с вантузом… закономерно стоять… именно там. Помойный набор, в общем.
— М-да.
— Бальзам «Битнер», вроде как, неплохой. Мы его однажды в общежитии пили. А его-то зачем туда поставили… рядом с хлюпалкой? — спросила Света.
— Рекламой испоганили бальзам этот, негативную энергию слащавости в него вогнали, — ответил я.
— Да, вообще-то, — проговорила Света. — Так вы ничего из того, что там есть… не будете пить?
— Я не пью из помойки, — гордо произнес я.
— Ну, тогда чай с печеньем?
— Просто чай… да покрепче.
Мои мысли опять ушли в глубины мироздания и стали витать там, далеко-далеко там, на Том Свете. Я вдруг понял, что сам Бог производит накачку Мысли Энергией Любви или Жизненной Силой, без которой Мысль бездействует или с огромным трудом и со скрипом чуть-чуть шевелится. Я вспомнил, что тогда, когда я, обдуваемый ледяным тибетским ветром, стоял с широко раскрытыми глазами перед Главным Зеркалом Времени в Городе Богов, я вдруг осознал, что Мысль состоит из Энергии Свободного Времени, того самого Свободного Времени, которое носится по Вселенной… со скоростью Мысли… и подчиняется лишь одному Владыке — Владыке Свободного Времени — тому Владыке, которого все именуют Богом. Именно тогда, когда у меня от холода зуб на зуб не попадал, я, глядя на Главное Зеркало Времени Города Богов, вдруг ощутил правомерность совершенно отвлеченного постулата тибетских лам о том, что Бог есть Время. Именно там, под величественным и грандиозно-громадным Главным Зеркалом Времени, я стал понимать, что Время столь резко отличается от «тиканья часов», что становится аж жутко оттого, что даже на часы надо глядеть по-другому, имея в виду то, что «тиканье часов» есть лишь далекий отголосок мощнейшей думающей субстанции, называемой Мыслью. Время и Мысль едины!
Но даже мощи Времени-Мысли не хватает для того, чтобы в этом мире все жило, работало и функционировало. Для того, чтобы все было так, нужна еще одна энергия — Энергия, которая бы позволяла Мысли жить и функционировать, Энергия-катализатор, Энергия, пробирающая душу любого человека, Энергия, превращающая банальное бытие в сказку… нужна Энергия которая называется… Любовью.
Ни у кого нет сомнений в том, что эта Энергия исходит от самого Бога, именно от Бога, и именно с ее помощью зажигается Жизнь. На Том Свете все понимают, что Мысль и Любовь — близнецы-братья. Без Мысли будут лишь сплошные желания, стремления и порывы, но бессистемные желания, стремления и порывы. А без Любви Мысль будет обесточена и будет лишь холодно подергиваться, не имея страсти. Двуединое царство образуют Мысль и Любовь.
А мы, господа, осознавая значимость Мысли, не должны забывать про значимость Любви, которая (именно она!) накачивает Мысль энергией и дает ей возможность творить Жизнь.
О, как, наверное, многообразна и мощна Энергия Любви! О сколько загадок, наверное, сокрыто внутри этой Энергии, называемой Любовью или Жизненной Силой! О, как значимо это щемящее чувство в груди, с появлением которого в душе весь мир становится розовым, и тебе хочется изменить все окружающее в лучшую сторону и сделать всем людям столько хорошего, столько хорошего… сколько можешь дать Ты — Сын Бога… Дать столько, сколько ты можешь, столько… чтобы все в этом мире стало розовым, ярко-розовым, сверкающе-розовым, чтобы всем вокруг стало так же хорошо, как и тебе… к кому пришла Любовь!
Я каким-то отрешенным взглядом посмотрел на Свету. Шел третий час ночи.
— Лишь бы она не попросила меня отпустить ее спать, — подумал я.
Мне так хотелось, чтобы мой немножко детский душевный порыв, связанный с этим прекрасным чувством, называемым Любовью, никто не прервал. Мне так хотелось, чтобы все люди были соучастниками… соучастниками Любви. Мне так хотелось, чтобы никто не остался равнодушным к Любви и не сказал, даже деликатно — «Я хочу спать».
— У-ух! — вырвалось из меня.
— Чего? — отозвалась Света.
— Да так, — ответил я.
— Ну и ладно тогда.
— Ты, Света, не хочешь спать?
— Нет.
— Спасибо.
— За что?
— Да просто так… за то, что ты не хочешь спать.
Думая о Любви и все больше и больше осознавая, что Любовь есть самая натуральная Жизненная Сила, я вдруг понял, что существует еще и… Любовь наизнанку.
— Любовь наизнанку! — прошептал я.
— Чего? — переспросила Света.
— Любовь, но… наизнанку.
— Что это?
— Это, Света, то, когда путаешь «лицо» и оборотную сторону. Например, надеваешь носок или майку наизнанку. «Лицо» оказывается внутри, а изнанка снаружи.
— М…м…
— Знаешь, Света, у кого нет любви наизнанку?
— У кого?
— У реаниматолога Радика Фаязовича Галиахметова. Он большой, добрый и лысый. Такой не предаст.
— Да…
— А знаешь, Света, почему у него ее нет, Любви-то наизнанку?
— Потому, что он большой и лысый?
— Да нет.
— А почему?
— Потому, что он умеет плакать… этот мощный мужик.
— А разве это?..
— Это есть признак мужской силы, Света, доброй и мощной мужской силы, озаренной Любовью. Этот не будет крушить челюсти по типу американских идиотов из голливудских фильмов, хотя и мог бы сделать это получше других. Этот будет Силой Добра воздействовать на других и призывать к тому, чтобы никогда и никто не вывернул Любовь, данную ему Богом. Такие, как он, всегда знают, где наизнанку, а где нет.
— А что такое Любовь наизнанку?
— Любовь наизнанку, говоришь…
— Но это же так глупо — посчитать себя Богом! — перебила меня Света.
— Да.
— Это, прежде всего, эгоизм, Света, или любовь ксамому себе. Энергия Любви, данная тебе Богом, уходит не к другому человеку, чтобы иметь такой же «любовный возврат», а к Лукавому, который постоянно нашептывает тебе: «Ты Бог! Ты Бог! Ты Бог!». Лукавый (или Дьявол) есть вампир. Он, этот Лукавый, через, на первый взгляд, глупое утверждение «Ты Бог!» требует того, чтобы ты (дурак!) отдал ему свою Жизненную Силу, данную тебе Богом. Он нуждается в ней, Жизненной Силе, а ты, дурак, отдаешь ее во имя того, чтобы себя (дурака!) почувствовать Богом, хотя тебе так далеко до Бога, так далеко, как до неба. Этим «слабым местом» человека, связанным с тем, что любой человек есть частичка Бога, и пользуется Дьявол, тихо по ночам приговаривая, что если ты, Человек, есть частичка Бога, то почему бы тебе и самому не попытаться стать… Богом.
Энергия Дьявола — это чужая энергия, она противоестественна нам, людям от Бога. Мы не чувствуем её, эту дьявольскую энергию или… чувствуем ее в виде чего-то неприятного. Но мы прекрасно чувствуем божественную Энергию Любви.
— Так-то оно так, — возразил я, — но огромное количество людей попадается на эту приманку. Дьявол тратит на это свою Энергию, чтобы… этот «клюнувший дурак» разменял свою прекрасную божественную Энергию Любви на поганую дьявольскую энергию. Вампиров не бывает, Света!
— Вы же только что сказали, что Дьявол — это вампир!
— Вампиров не бывает, Света, а бывают люди, которые вбирают в себя энергию Дьявола.
