— спросил я, но тут же подумал, что наши критерии хорошего и плохого сильно отличаются. — Вообще, есть разница между людьми?»
«Все люди одинаково полезны, — хмыкнул на это Пушок, и я понял, что он шутит. — Вкусные».
Больше эту тему я решил не развивать. Нам предстояло собирать всех предателей и изменников, везти их в специально оборудованные помещения, которые, по словам императора, ещё предстояло найти, так как в империи последнее время преступность сходила на нет.
— Как вы оттуда выбрались⁈ — сквозь смех выдавил из себя Ушаков, когда его уводили к специальному автобусу. — Как у вас это получилось?
— Не твоё дело, пёс, — произнёс император, давая понять, что Константин Семёнович для него более не тот человек, с которым он захотел бы разговаривать.
А вот мне почему-то хотелось ответить. Всё-таки я многим рисковал из-за этого самого перехода.
— Обычно, — проговорил я, — если есть вход, есть и выход. И если что-то куда-то попало, то это оттуда можно извлечь.
От моих слов Ушаков перестал смеяться.
— Что ты имеешь в виду? — спросил он. — Я не понимаю.
— Скоро поймёшь, — спокойно ответил я, отворачиваясь от бывшего начальника тайной канцелярии, сейчас он действительно был жалок. — Когда из тебя будут извлекать необходимую информацию.
Тьфу, опять пафос! Ну вот откуда во мне его столько? Хотя ладно, по отношению к этим пусть будет, ничего страшного.
— Послезавтра, — оторвал меня от моих мыслей император, положив руку на плечо, — Весенний Императорский Бал. Раз ты такой умный, отгадай, кто там должен быть обязательно?
— Вы? — с нарочито глупым выражением спросил я и достиг своей цели, монарх широко улыбнулся.
— Это само собой, — хмыкнул он. — А ещё ты. Как я понимаю, дамы сердца у тебя ещё нет, вот и подберём достойную княжну.
— Княжну? — переспросил я с удивлённым выражением лица. — А что графинь рассматривать не будем?
— Ты — князь, мой дорогой, — высказался на это император. — Вот и учись вращаться в своём кругу.
— Но у меня в друзьях и барон есть, — усмехнулся я, давая понять, что принял во внимание слова собеседника, но у меня присутствует и собственное мнение. — И с ним я отношения рвать не намерен. Да и вообще, вдруг повезёт, и я влюблюсь, а она окажется баронессой.
— Влюбляйся так, чтобы потом не мучиться, — монарх был в явно приподнятом настроении. — А барона твоего подтянем, если надо. У меня на тебя большие планы. Команда тебе пригодится.
Я приподнял бровь совсем, как это делал император. Но он уже на меня не смотрел. Он поспешил туда, где потребовалось его присутствие.
— Грандиозные планы, ага, — хмыкнул я. — Вы бы знали, какие у меня грандиозные планы.
* * *
План бога Хаоса оказался предельно прост. Раз уж не выходило уничтожить мир полностью, то вполне можно было прийти на него и уничтожить того человека, в теле которого оказался противник.
Вот только оказалось, что в своём обличии он появиться не может. Для того, чтобы полноценно взаимодействовать с реальностью того мира, в который он переместился, ему надо было принять человеческий облик. Причём, проще всего было вселиться в уже существующую особь.
Да, он будет слегка ограничен в божественных силах, но зато станет практически всемогущим по меркам Земли. И это замечательно. Сначала он решил, что тело, которое он на время наденет, словно костюм, должно быть молодым и сильным. Но затем решил, что этого мало. Человек, в которого он вселится, должен быть достаточно высокого положения, чтобы смести перед собой все препятствия и ни у кого не возникло вопросов.
Едва присмотревшись к местной культуре, он сразу выделил молодого человека, который подходил ему по всем параметрам. Разве что был изнежен жизнью в достатке, и поэтому его мышцы не так уж и хороши. Впрочем, ерунда, это можно исправить одним заклинанием.
Хаос крепче сжал Чёрный Меч и устремился в тело, которое подобрал для своего недолгого существования на Земле в виде человека.
Глава 19
Я проснулся глубокой ночью от жуткой боли. За окном ещё, кажется, было темно, а у меня создалось ощущение, что кто-то засунул раскалённую спицу мне в основание черепа. Причём, боль была вовсе не фантомная. Несколько минут я пролежал, не смея шелохнуться, потому что не понимал, к чему приведёт это действие.
Чуть позже, когда боль стала весьма сносной, я всё-таки рискнул подняться, и тут же всё пропало, словно наваждение. Я даже покрутил головой, чтобы удостовериться, что ничего на самом деле в моей шее нет. Боль не повторялась.
У меня создалось впечатление, что кто-то воткнул иглу в куклу, изображающую меня, а затем вытащил её, наслаждаясь результатом. Если бы такое, конечно, было возможно.
Оглянувшись на живоглота, я увидел, что он по своему обыкновению находится в Лимбе, держась за моё плечо, и спит. В потустороннем мире было неважно, стою я или лежу, там царствовали свои законы пространства.
Силясь найти то, что причинило мне боль, я даже обыскал кровать, но естественно, ничего не нашёл. Тогда пришёл черёд моей защиты, как ментальной, так и физической. Ничего и нигде. Но такого не бывает! Это совершенно точно был какой-то пробой, который оказался настолько серьёзным, что заставил меня проснуться.
Глянув на часы, я увидел, что время только-только перевалило за два часа ночи. У меня было почти четыре часа, чтобы выспаться и начать новый день, на который многое было запланировано, со свежей головой. Но, улёгшись обратно, я понял, что не засну. Сна не было ни в одном глазу, при этом и усталость предыдущего дня никуда не делась.
Я подошёл к окну, но за ним лил несильный, но нудный дождь, так не похожий на майские короткие грозы. О том, чтобы выйти в сад не было и речи. Тогда я уселся прямо на пол возле своей кровати и попытался медитировать.
Стоило мне закрыть глаза и постараться войти в транс, как жуткая боль снова пронзила основание черепа, а на внутренней стороне век полыхнуло чёрным. Нет, Чёрным! Я узнал клинок, пытавшийся дотянуться до меня, вот почему он причинял мне боль. Коснувшись меня единожды, Чёрный Меч мог напоминать о себе до тех пор, пока кто-нибудь из нас не перестанет существовать.
Значит, меня всё-таки вычислили. И это было плохой новостью.
