компьютер, но постоянно засыпая.
По всем признакам, у него случилось недомогание на основе нехватки витаминов и жизненной энергии. Он даже несколько раз вынужден был принимать подаренные бабке таблетки, но всё равно ничего не помогло – скорее даже хуже стало…
Во всём Васяня винил Розку. Это она, сучка и предательница, подставила его – так, что Бурмистров даже заболел… От нервного потрясения, наверно. Вот же – всегда он опасался баб, но стоило всё же единственный раз связаться, и всё пошло прахом!
Не смотря на ночь – в подъезде копошилась жизнь. Там раздавались шорохи и приглушённые голоса: кто-то о чём-то спрашивал, полушёпотом…
Васяня потихоньку пробрался к двери и – не включая свет – посмотрел в глазок…
Жутким потрясением прошило беднягу насквозь! От макушки до самых пят прострелило страхом, так что он едва не лишился чувств: – через глазок на него в упор смотрело чьё-то поганое лицо! Какая-то грёбаная харя стояла вплотную к Васиной двери и пялилась строго в глазок – внутрь его квартиры!
Василий невольно отпрянул от двери! – Раздался оглушающий грохот, позади него! Вместе с зонтами, пальто и портфелем – опрокинулась стоящая на ножках декоративная вешалка, зацепив вазу на тумбочке около зеркала, которая тоже полетела на пол и разбилась вдребезги на тысячи осколков!
Грохот в ушах Бурмистрова прогремел такой силы, будто раздался взрыв – так с перепугу показалось Васяне, пока он в панике бежал подальше от двери! Он понимал, что его услышали, и натурально подыхал от страху.
«Кто там? Чего хотят? Почему ночью? Почему подглядывают?» – в паническом ужасе метались в темноте кровавые вспышки вопросов, и – ни одного хотя бы бледного проблеска ответа.
Васяня заскочил в комнату бабки и ринулся к спящей! Она, как обычно, лежала на спине, уставясь закрытыми глазами в потолок. Бурмистров навалился на кровать и стал судорожно толкать бабку, стараясь разбудить.
Тщетно: Клара Адольфовна не реагировала. Молодого человека в очередной раз объял ужас: под его руками – как застывшая рыбина из холодильника – качалась бревном из стороны в сторону холодная безразличная «мумия»… – Бабка была мертва!
Её тело успело даже слегка окоченеть. В панике Васяня не сразу понял, что тормошит труп. А когда понял – невольно заорал.
В этот момент из коридора послышался шум открываемого замка. Хлопнула входная дверь, и, теряя сознание – Васяня увидел свет…
Часть шестнадцатая
Странные гости
В затылке свинцовой тяжестью застыло ожидание. Онемевшая рука казалась отчуждённым фрагментом чугунной статуи. Попытки её поднять вызвали удивление: конечность совершенно не желала слушаться. К тому же, где-то в глубине висков… словно «беспардонный дровосек» со злым упорством и настойчивостью пробивался строго в многострадальный мозг – там раздавались размеренные болевые толчки.
В комнате царил полумрак. При попытке повернуться на бок, одновременно с очередным ударом – Бурмистров понял, что не может даже шевельнуться. Он чувствовал боль, но тело его не подчинялось, оно не реагировало на команды.
От острой жалости к себе на глазах навернулись беспомощные слёзы…
Постепенно – ворочаясь, словно черви – в сознание начали выползать вызывающие рвоту голоса…
– Женился и сошёл с ума… отравил бабусю…
– Причём дворянского происхождения – внучку белогвардейского офицера!
– А всё чего? – Дочитался до чёртиков, крыша-то и поехала!
– Дык… Эти кастанедовцы – они и не такое вытворяли! Сколько их вон из окон повыпрыгнуло?
– Этот хоть жениться успел…
– И квартиру на законных основаниях передать жене…
– Да уж… Самолично подписал все бумаги – перед тем, как… поступил благородно…
– Ну, скажем «жене» – это несколько неточно: она-то уже давно – заранее подписала завещание всего своего имущества – движимого и недвижимого, в пользу известного Общества!
– Под началом Ярослава Андреича, как мы все прекрасно помним.
– Умничка! – Обменяла, можно сказать, на помощь в воссоединении со своим погибшим возлюбленным, неким Гаятри…
– Право же: такое прекрасное имя, и такие похвальные чувства!
– Да уж! Помнится, она даже настаивала поторопиться… чтобы это произошло по-возможности быстрее…
– Да, да! Как же, как же! – Именно! Когда забирала паспорта с печатями о браке… Точно-точно! Торопилась, голубушка…
– Это да, это молодые правильно решили… Благодарствуйте…
– Нотариус подтверждает: находясь в трезвом уме и здравой памяти!
– Аккуратный такой! Документик-то – копию – положил в ящичке стола, сверху, чтобы долго не искали… а оригинал заблаговременно жене отдал. Вот же, как всё рассчитал!
– Отож! Сначала дела уладил, а уж потом старушку-то… – как Раскольников… Истинно, русская душа! Не пожалел благородной дворянской кровушки!
– Ну, на самом деле он поступил не так уж загадочно, а как раз вполне закономерно. Из-за нервного срыва после женитьбы…
– Она ведь ему изменяла, с соседом его… а вы бы на его месте что сделали?
– Сначала стал принимать наркотики, проявил себя неадекватным – на работе и дома. (Свидетели есть, однако)… Потом пытался покончить с собой при помощи таблеток, которыми травил бабусю… (вскрытие покажет). И наконец – повесился!
– И всё, чтобы освободиться от ответственности за бабушку!
– Не только! Не забывайте об издевательствах над женой! Свидетельство от доктора… За это ему тоже могли срок дать.
– Вот я и говорю, разве не мудрое решение он принял?
– Да, многим эти занятия Тантрой принесли свободу от ответственности! – Что правда, то правда!
Бурмистров попробовал, было, возразить, что «не отравлял бабусю» и тем более «не имеет никакой жены», но увы – его попытки произнести что-то вслух не увенчались успехом. С огромным напряжением пытался он шевелить губами, но не произносил ни звука…
***
А меж тем – вокруг продолжалось что-то запредельное.
В воздухе витал запах медикаментов: незнакомое вещество втягивалось тонко вибрирующими ноздрями: опасное и притягательное – оно проникало в лёгкие, вызывая укачиващий головокружительный эффект и удивляющую немоту…
На любимом кресле, вытянувшись и одновременно изогнувшись вбок – посреди комнаты «сидело» мёртвое бабкино тело. Несколько человек в специальных дыхательных масках, напоминающих противогазы, окружили сидящую бабулю…
На шее бывшей Клары Адольфовны висела серенькая, слегка пушистая льняная верёвочка, – удерживающая белый с надписью от руки плакатик: «Труп пострадавшей».
На остальных собравшихся, высвечиваясь в полумраке белыми прямоугольниками, тоже красовались опознавательные таблички: «Друг семьи», «Почтальон», «Врач»… – Дойдя до таблички с надписью «Жена, свидетель обвинения» Василий с удивлением обнаружил женщину в маске – слегка напоминающую Розку: на ней был короткий голубой – вроде медицинского халатик, сквозь распахнутый разрез которого – сзади – просматривалась округлая белая попа, и на ногах ажурные чулки с кружевным краем. Васяня с тоской припомнил знакомое кружево, но одновременно – отсутствие такой обожаемой им
