Читаем без скачивания Ничей - Ольга Швецова

Оксана… Загадочная, красивая, неприступная, не то что Леночка, у которой любая мысль сразу высказывается впопыхах, которая любит и пошутить, и посмеяться. Оксана только улыбалась снисходительно. Этой улыбки нужно было добиваться, зато и ценилась она очень дорого. А Лена… Палец покажи — уже хохочет. Все же что за дела у нее с Главным? Уж слишком странно Оксана выглядела, выйдя от него во второй раз. Светилась изнутри. Даже предположений не возникло, чем мог принципиальный женоненавистник Юрий Борисович так ее осчастливить.

Алексей был бы рад наконец прервать эту «астральную связь» с убитым Василием Филипповым, но не вышло — пришлось теперь пользоваться его оружием, как раньше именем и репутацией. «ТТ» с удлиненным под глушитель стволом сразу показался очень знакомым. «Здравствуй, Вася…» — думал Алексей, рассматривая серп и молот, теперь не процарапанные, а выбитые на металле затвора. Подобный узкий пистолет он уже видел на Китай–городе, а запомнил из‑за необычной спусковой пластины вместо привычного крючка. Для его длинных пальцев не самое удобное нововведение, и он надеялся, что ловкость рук в конце концов компенсирует этот недостаток. Калибр тоже удивил, Алексей ожидал увидеть пистолетную «семерку», а в обойме оказались привычные девятимиллиметровые цилиндрики. Ну, правильно, вряд ли киллер стал бы обзаводиться оружием под патрон столь редкого стандарта.

Китайгородский владелец ТТ своим «стволом» явно не пользовался, просто носил, как украшение, и демонстрировал любителям экзотики в баре. Там Алексей и узнал много интересного об этом оружии, вот только не ожидал когда‑нибудь подержать в руках девятимиллиметровую модификацию. Кем бы ни был этот Василий, но точно не дураком, обвешанным крутыми и бесполезными бирюльками. Судя по иностранным надписям, пистолет изготовлен где‑то далеко отсюда, в одной из стран восточной Европы, когда эти «стволы» еще производили. Из‑за массового списания ТТ их и начали бросать на месте, превратив в одноразовое оружие. Зря. Алексею нравилось удобное и быстрое снятие предохранителя обхватом рукоятки, вот только неподатливая спусковая пластина сильно уводила прицел в сторону при нажатии. Придется поначалу держать его обеими руками, изображая крутого копа. Жаль, мутанты эстетики не оценят…

Всего семь патронов в коробке магазина тоже оказались существенным недостатком. Но, в отличие от ПМ, эти парабеллумовские пули не просто останавливали противника, а пробивали насквозь. И Главный Привратник отсыпал их немало. Где Василий нашел удлиненный ствол с винтовой нарезкой под глушитель, оставалось загадкой — разве что европейские полицейские настолько заботились о соблюдении тишины и проводили захват преступников бесшумно, не потревожив население.

Алексей защелкнул пустой магазин и прицелился в противоположную стену. Пистолет нравился ему все больше, хоть палец по привычке нащупывал с левой стороны несуществующий предохранитель. От старых привычек придется избавляться. Спусковая пластина ушла в рукоятку, нужно просто приложить большее усилие и действовать жестче. Тогда ни зверь, ни человек ему не помешают. И правая рука теперь обречена вечно замерзать, потому что это оружие не предназначено для использования в защитных перчатках ОЗК, бывший хозяин явно приберегал пистолет для внутренних работ, выходя на поверхность с автоматом.

Аэродром казался бескрайним белым полем. Но, приглядевшись, Алексей заметил на нем тропки следов — не человеческих, конечно, просто животные проложили по нему свои пути. И если следовать по ним… То намотаешь лишних пять километров, это точно! Зато конспирация будет соблюдена лучше. Для начала он решил не сходить с дороги. Самочувствие было далеко от идеального, слегка покачивало от слабости, и идти по нетронутой целине даже в снегоступах он сейчас просто не в состоянии.

С одним пистолетом и ножом Алексей чувствовал себя неуютно, но выбора не оставалось, карабин нельзя использовать вблизи человеческого жилья, звук выстрела разносится по полю беспрепятственно. Как же обойтись без дальнобойного СКС с оптикой? Алексей не был морально готов к поединку с мутантом. К тому же поединок под вопросом — некоторые хищники охотились стаями, и отбиться от них лишь такой же стае сталкеров под силу.

Никакого противогаза! Одиночке нужен обзор на триста шестьдесят градусов. ОЗК был надет чисто символически, чтобы одежду снегом не промочить, респиратором он тоже пренебрег. Хотя мелькнула мысль об Оксане — не станет ли он сам уже источником излучения? Но показания дозиметра ничем не встревожили, а выживет он теперь на одном любопытстве: что же задумал Грицких? Алексей сбросил капюшон и куртки, и комбинезона. Пришлось выбирать: защита от радиации или от мутантов, не видно ничего и не слышно. Уши тут же замерзли, но зато он смог бы увидеть приближение «снежка», как называли небольшого белого хищного мутанта, лохматого до такой степени, что при первом знакомстве этот новый вид метко обозначили «ни носа, ни сраки». Определение долго не продержалось, повторить его в бункере при начальстве не решился никто, заменив более приличным словом. Оглядывался Алексей почти на каждом шагу, не видно ли движения, другим способом «снежка» не засечешь. Карабин все‑таки остался в бункере, пистолет болтался в набедренной кобуре, не потерять бы и не выронить с непривычки к «глушаку».

Заготовленная термоизолирующая подстилка была завернута в ткань для маскировки. Только в темном бункере ее можно посчитать белой! Теперь на фоне снега выглядела она так, будто на нее гадили всем миром не один год, а постирали разок и то небрежно. Потемнела от времени… А времени‑то и нет. Скоро станет совсем светло, и подойти к соседнему поселению в такой, с позволения сказать, псевдобелой тряпке будет очень затруднительно. Но на большом расстоянии сойдет, метров на пятьсот хорошо бы для начала приблизиться для первого осмотра.

Около поселения следы животных исчезали, электростанция до сих пор надежно отпугивала мутантов. Непонятно чем — шумом винтов, вибрацией или постоянным гудением проводов, но почему‑то они не приближались. Поэтому соседи, в конце концов, оставили попытки провести ток по ограждению. Слишком часто его замыкало, да и пролезть никто не пытался. Достаточно оказалось просто навешенной на столбы «колючки», отгородившей наземные сооружения. На большую площадь проволоки не хватило, поэтому крупный территориальный захват не состоялся. И этот‑то периметр трудно контролировать. Вышки уже показались вдали, значит, и он сам теперь попадает под наблюдение. Алексей натянул светлый капюшон ОЗК и начал выбирать позицию.

Никакой шпионской подготовки у него не было, он даже растерялся слегка, стоя посреди холмистого поля. Вот куда хочешь, туда и бросай коврик… Алексею приглянулся высокий сугроб, наметенный за ползимы вокруг чего‑то большого и основательного. Стоило попробовать даже закопаться внутрь, там его ссан… сомнительный камуфляж не виден, и не будет так стыдно перед противником за элементарное неуважение к нему. Ошибки нужно учесть.

Хороший бинокль позволял рассмотреть даже колючки на ржавой проволоке, а холод и через пять минут не проник снизу к телу сквозь подстилку. Его и сверху хватало. Сугроб защитил от ветра, но не более. Только не спать! Можно больше не проснуться. Алексей попытался отвлечься от дискомфорта, разглядывал поселение с неподдельным интересом. Он отдавал себе отчет, что ему предстоит провести многие часы в таком положении. Одиночество и молчание никогда не угнетали его, а вот к малоподвижности и холоду придется привыкнуть.

Лерик был счастлив! Оксана сама попросилась с ним на прогулку. И он сможет показать ей зимний лес на рассвете, когда снег чуть розовый, такое бывает перед морозным днем. Нужно только дождаться подходящего утра и попросить отца открыть гермодвери. Ведь он так редко просит о чем‑то, хочет добиться собственных успехов, да и сталкеру снаружи никакой папа не поможет. Но неужели ради свидания с девушкой Привратник ему откажет? Ксюша стала такой теплой и ласковой, что появилось ощущение крыльев за спиной. Желания сбывались одно за другим.

Только бы отец не отказал в просьбе! Потому что нужно же дать понять девушке: он не только в постель с ней лечь хочет, ему и другое тоже интересно. Ухаживать по–настоящему, как это делали раньше, как отец рассказывал. Нет цветов, не сезон. Но в зимнем лесу своя красота, Оксана обязательно ее увидит! И еловые лапы, покрытые пушистым снегом, и красивый вьюн неподалеку, белой змеей опутавший сосну, он все ей покажет. Может быть, тогда она лучше поймет, что тянет его туда… Из душного подземного бункера.

Валерий чувствовал красоту, поэтому ему и нравилась Оксана. Поначалу не было никаких шансов, но теперь… Теперь все стало возможным. И он до сих пор не мог в это поверить.