Читаем без скачивания Яйцо Чингисхана или Вася-василиск - Александр Тюрин

Василий шагнул, почти не готовясь и не глядя, потому что усек: еще десять секунд — и ему ни почем не сделать этот шаг.

За монорельс он ухватился, но лишенный креплений стояк заладил отгибаться в сторону от стены здания, гораздо быстрее, чем Василий спускался по нему. Снизу опять кто-то стрельнул, и десять иголок вошло в жилет, чуть поточнее — и вся задница была бы уязвлена. Но заодно какой-то вертолет бундесвера ударил в окно на два этажа ниже. Ударная волна, смешанная с осколками, заставила монорельс спружинить и зашвырнуть Василия в стеклянную стену предпоследнего этажа. «Мотылек» оказался настолько увесистым, что пробил «абажур». (По дороге Василий почему-то вспомнил, что в салонах российских автобусов возле окон имеется надпись: «При аварии разбить стекло молотком».При этом явно подразумевается, что голова будет играть роль молотка.)

Далее было помещение, напоминающее не столько лабораторию, сколько компьютерный зал. А еще это выглядело как штабной пункт.

Здесь находился какой-то важный чин.

Исламские военачальники носили те знаки отличия, какие хотели, кто генеральские, кто маршальские, но было видно, что это человек большого ранга. Возле крупного деятеля кучковалось примерно пятнадцать человек охраны и свиты. Они, выстроившись чуть ли не в ряд, завязали бешеную пальбу по негодяю, самочинно влетевшему через стену. Но тут же канонада стихла. Лица у отборных боевиков побелели, а потом покраснели. Вскоре все они присели, потом улеглись на паркет животом. Дальше хуже.

Они подтянули ноги под живот и приняли позу «попа вверх, лицо вниз». Очень неприличная поза, особенно для мужчины-воина. Впрочем, в йоге такая позиция называется «асана Черепахи» и никаких нареканий не вызывает. Затем мужчины стали тужиться, примерно как курочки, которые собираются снести яичко. Генерал в том числе..

Василий, как и полагается, свесил челюсть от удивления, вернее, от той редкой его разновидности, которая называется «ужас-удивление».

— Честно говоря, в каком-то смысле это моя работа, даже неловко немного, — признался боди-комп, чьи речевые фильтры явно были списаны с самого Василия. — Мне удалось перепрограммировать неприятельских нанороботов с помощью наших молекулярных киберов. Тут в «Электронише Гемайншафт» достигли ведь больших результатов по части микрокибернетики. Сотрудники фирмы разрабатывали мирных нанороботов, которым надлежало оборонять граждан от окружающей среды — сами знаете, какая она сейчас пакостная: сплошные токсины, канцерогены, сверхпатогенные микробы, вирусы, гельминты, грибки и тому подобная дрянь. Оборона, кстати, выстраивалась в три эшелона. Во-первых, связывание или расщепление агрессивных химические компонентов, во-вторых, перепрограммирование возбудителей на генетическом уровне, в третьих, модифицикация человеческого иммунитета, опять-таки в генетике.

На экранах появился портрет наноробота. На вид совсем нестрашный: шарики ионов и атомов, ниточки химических связей.

— Слушай, бодик, откуда такие сведения? Тебя ж исламисты зверски прочистили. Или успел уже связаться со своими хозяевами? Там тебе случаем не сказали, в какую еще задницу меня сунут в качестве затычки?

Нескромные вопросы боди-комп оставил без ответа, однако продолжил по существу:

— Судя по тому, как ошеломляюще быстро работают фирменные нанороботы, ученые «Электронише Гемайншафт» нашли способы воздействия на скорость метаболических процессов, белкового синтеза и так далее. Очевидно, с ними сотрудничал и известный темпорист Гутентанцер. Исламисты же с присущей им фантазией стали использовать этот задел, чтобы мастерить страшное оружие. То есть, начали приспосабливать молекулярных роботов для генетических диверсий, в первую очередь в области Hox-генов.

— Спасибо, что не сказал мне об этом раньше, иначе бы я очень испугался.

Василий кривил душой, он и так дрейфил до самой крайней степени. Вот уж у одного моджахеда лопнули штаны и на пол скатилось яичко, размером со страусиное. Бедолага успел только вскрикнуть: «Айа», после чего незамедлительно скончался. Схожая участь постигла еще двоих, в том числе и генерала.

— Кстати, Василий Самуилович… После того, как исламские нанороботы пошурудят, скажем, внутри вас, там быстренько сгенерируется тварь-симбиот с уже вложенными психопрограммами. Этакий искусственный дракон. Он может замкнуться на ваши нервные цепи и встроиться в мышечные волокна, усилив их. Или же просто использовать вас как гнездышко, а затем выйти наружу.

Боди-комп бросил на экраны картинку того, что творилось внутри человека, завоеванного нанороботами.

Одни терзали и резали ленточки генов, связывая их в какие-то пучки. Другие тащили на прицепе аминокислоты и прочий стройматериал. Третьи ползали по пучкам генов и варганили модифицированные ферменты. Те бросались на генные цепочки, заставляя их бешенно реплицироваться и транскрипироваться. Новые клетки пенной волной неслись по организму.

Не дать не взять, фабрика ускоренного белкового синтеза внутри одного отдельно взятого тела.

— Все, кончай крутить кино. Что это за Hox-гены, не темни? А меня с фрау Бенеке эти нанороботы не поимеют? — завыл в нетерпении Василий. — Я не хочу, чтобы со мной такое вот!

Оставшиеся моджахеды перевернулись на спину, и в животе у них что-то заходило ходуном.

— Пока что не поимеют, я же их запрограммировал на распознование ваших коды… А Hox-гены ответственны за предыдущие этапы эволюции, поэтому их называют спящими, хотя в чем-то они даже круче, чем неспящие.

— Так зачем же их будить?

— Спросите у Мехмета Айдина, — беспечно отозвался боди-комп. — И, кстати, что это вы застыли. словно памятник Пушкину? Вас ждут друзья.

Василий согласился, что пора, и хотел аккуратно проскользнуть к двери. Он сделал несколько шагов, но тут ближайшее, генеральское, яйцо треснуло, зашипело и на арене появился «цыпленок». Он был похож сразу на ящерицу, паука, опухоль, кузнечика и переваренную сардельку.

— Синтез прошел успешно, — прокомментировал боди-комп.Тикайте, Василий Самуилович.

Удачно синтезированная тварь вначале распрямила, а затем поджала свои конечности, чтобы прыгнуть на Василия, но тут в дверь заскочил кипящий от ярости боевик и она… сиганула к нему.

Метров пять эта гадина преодолела за счет некой дряни, выпущенной реактивной струей из клоаки. В итоге, «цыпленок» уселся моджахеду на горло. Василий еще успел заметить, как тварь вогнала длинные хоботы-катетеры внутрь человека, а ее круглый рот заставил лопнуть кожу.

Боевик рухнул, покатался немного по полу, даже не пытаясь оторвать вредоносную тварь — руки были почему-то прижаты к ушам — ну и затих. Один глаз его закрылся, другой, напротив, прямо выкатился из орбиты, налившись ужасом и кровью.

Человек жил, но был уже включен в метаболизм твари. Было видно, что «цыпленок» делает глотательные движения, и разбухает, наливается красным содержимым, а моджахед, в свою очередь, как-то съеживается и тончает. К концу кровавой трапезы он превратился в скелет, обтянутый кожей, а тварь уже была размером с приличного индюка и представляла собой мешок, вываливающийся из панциря, который к тому же резво шевелил десятью длинными ножками. Вдобавок на впалом животе человека набухли пузыри, вот они лопнули и оттуда полезли личинки, размером с большой палец ноги.

Отожравшаяся тварь обернулась к Василию задом и на этой части ее тела невольный зритель увидел что-то напоминающее человеческое лицо, если точнее лицо генерала. При том «глаза» были без зрачков, прозрачно зеленые, а изо «рта» беспрерывно текла слизь.

Этого Василий уже не мог стерпеть и выстрелил из штурмгевера. Пуля разнесла в брызги мешок, набитый кровавой гущей, но то, что осталось, с истерическим визгом побежало на длинных циркульных ножках и скрылось за шкафом. Одновременно откупорилось еще два яйца. Вылезшая оттуда сладкая парочка направились в сторону Василия, перекрывая проход к двери и ласково улыбаясь псевдочеловеческими лицами. Рютин вскочил на подоконник, не желая даться коварному врагу живым.

— Я же предупреждал, что надо торопиться, — сварливо произнес бодикомп. — Я не знаю кодов психопрограммирования этих уродов.

И вдруг с той стороны окна его окрикнули. Он увидел Акая, спускающегося на тросе вдоль наружней стены.

— Хватайтесь, дядя Вася.

И дядя Вася уцепился. Теперь даже полет над пропастью показался ему плевой забавой.

— Лебедкой тетя наверху заправляет. — похвастал мальчик.Можно ведь и без самого подъемника обойтись, достаточно троса.

— Какая еще тетя?

— Ну ваша, не моя же, фон Бенеке которая.

Лебедка стопанулась, когда отставной программист и странный мальчишка оказались на уровне окошка, ведущего в чердачное помещение. Потом из окошка появилось что-то вроде багра и, уцепив Василия за ремень, втянуло вместе с Акаем на последний этаж.