Брехфус кивнул.
Шарган быстро покинул дом знахаря. Он нацепил шлем, вскочил в седло и поскакал к воротом Форта. Перед ними он громко закричал стражникам:
- А ну, проснитесь, бездельники! У меня срочное дело по приказу самого утана Месдара! Открыть ворота немедленно! Я спешу!
Поддавшись его напору, стражники начали раздвигать створки ворот. Они, впрочем, не очень спешили - им только что пришлось вскочить со своих лежанок, на которые они только что успели улечься.
Тем временем Брехфус, извиваясь, как червяк, сумел спуститься со скамьи на пол. С помощью угла этой скамьи он освободил руки. Тут же он вытащил кляп, а потом занялся ногами, очень сильно торопясь. Наконец, он освободился от пут полностью. Брехфус вскочил на ноги и бросился на улицу. Он побежал в сторону ворот Форта. Увидев, что стража открывает их перед шарганом, он остановился на середине дороги и, сделав пару глотков воздуха, закричал изо всех сил:
- Страша! Страша!! Дерсши его! Он - грабитель и убийсхса! Дершсы его!!
На крик Брехфуса из казармы и караулки, то есть справа и слева от ворот, выбежало несколько человек. Как только шарган услышал вопли мага, он рванул вперед. Стражники выхватили оружие и бросились к нему, а двое из них стали вновь закрывать ворота. Шарган, не снижая скорости подскочил к воротам и поднял своего тяжелого коня на дыбы - две передние ноги животного с большими подковами ударили со всего маха в створки ворот. От этого удара двух стражников отшвырнуло прочь. Еще двое подоспевших солдат получили по пинку в челюсть и упали в придорожную пыль - рангар, опрокинув их, вытащил из-за спины свой боевой топор. Впрочем, оружие применять ему не пришлось - его скакун вынес своего хозяина за пределы стен Нового Северо-Западного форта с такой скоростью, на которую только был способен.
Увидев удаляющегося всадника, обессилевший Брехфус, задыхаясь, упал на колени. Склонившись и снова выпрямившись, он заскрежетал зубами и, сжав кулаки, издал стонущий вопль зверя, упустившего дичь, которая могла бы спасти его от голодной смерти…
Юг, один из оазисов в Великой Пустыне Хараса.
…Спокойный свет струился через окно в комнату. В общей тишине был ясно слышен молодой женский голос, выводивший какую-то тихую мелодию без слов, которая настраивала на покой и умиротворение.
Он открыл глаза. Голова болеть перестала, звон в ушах прекратился, но чувство пустоты никак не покидало. Он захотел вспомнить что-нибудь из ближайшего прошлого, но в памяти всплывали лишь обрывки, части каких-то неясных видений. Это могло только раздражать. Тогда он стал внимательнее вслушиваться в пение, пытаясь понять, откуда доноситься этот красивый голос. Он шевельнулся на своем ложе, повел головой направо и налево. Рядом - ничего и никого. Он лежал на деревянной кровати, установленной в отдельном отгороженном пространстве внутри какого-то дома со стенами, покрытыми белой известью. Ему захотелось позвать поющую женщину, чтобы она подошла и он бы увидел её, но вместо слов с его губ сорвался лишь стон. Наверное, этот стон не остался без внимания, потому что пение прекратилось, послышались приближающиеся шаги, а через мгновение рядом с его кроватью стояла молодая особа в скромном платье простого покроя, но от этого не менее красивом, чем его обладательница. Она взглянула на больного, а потом, повернув голову налево, тихо позвала:
- Вильдо, наш гость очнулся! Подойди сюда скорее!
Пока из-за загородки доносились шаги, она подошла ближе и опустило руку на лоб лежащему.
- Слава богам, жара нет! Вы и в самом деле идете на поправку, молодой месаиб!
- Где я? Кто Вы? - проговорил лежащий. - Может я уже мертв, а прекрасная нэирин поёт надо мной, провожая душу в лучший мир?
- Нет, месаиб! - сказала женщина, слегка улыбнувшись. - Вы в нашем доме, а мы все сейчас - в Лунном оазисе! Жаф, наш приятель, доставил Вас сюда едва живого вот уже больше двух недель тому назад!
- А всё это время Вы не приходили в себя, месаиб! Мы пригласили местного лекаря, он истратил на Вас порядочный запас своих лечебных зелий и бальзамов! И хорошо, что они подействовали! - добавил молодой, несколько худощавый мужчина в наряде того же покроя и аккуратности, что и у женщины. - Да, я не представился, извините! Я - Вильдар Третан, добываю глину рядом с местным источником и делаю из неё горшки и прочую утварь. А возле Вас стоит моя жена, Кайтэлина. Кайти, принеси, пожалуйста, травяной отвар, который я приготовил, что стоит на столе на кухне - наш гость, верно, захочет промочить горло чем-нибудь бодрящим, а?
Больной кивнул в знак согласия. Вильдо принес табурет и уселся рядом с кроватью.
- А Вы, месаиб, что можете поведать о себе?
На лице лежащего возникло выражение сосредоточения и внутреннего усилия, но он, скорее всего, ничего не мог вспомнить. Его лицо изобразило полную растерянность.
- Я… я… ничего не помню! Ничего!!
- Не надо, не надо волноваться! Это не удивительно - Вам крепко досталось по затылку!
- …Я…Я лишь припоминаю, что плыл по реке, а меня преследовали враги. Потом грохот и этот тупой удар сзади! Ни что было до этого, ни что было после - ничего не помню! Наверное, из-за этого удара я всё и позабыл - даже не смогу сказать Вам, как меня звать!
- Не стоит напрягаться, молодой господин! А вот и Ваш отвар!
В комнату вошла Кайти с большой глиняной кружкой в руках.
Прошла еще неделя, прежде чем выздоравливающий смог переступать через порог дома. Он сидел на скамье под окнами, в тени навеса, где стоял врытый в землю стол и где были три больших пня, служившие удобными сиденьями. Память пока не спешила одарить молодого человека своим возвращением.
В один из дней в калитку дома вошел человек в полотняной рубахе на выпуск, перепоясанный вышитым матерчатым поясом. Поверх рубахи у него был черный жилет. На нем еще были широкие штаны южного кроя, заправленные в сапожки с короткими голенищами. Этот человек вошел без особых церемоний, как давний знакомый. Он нёс в руках несколько мешочков и свертков. Свою поклажу он сложил на вкопанный в землю стол, а сам, усевшись на пень-"стул", стал отдуваться, обмахиваясь широкополой шляпой. Заметив молодого человека, он отвесил ему вежливый полупоклон и улыбнулся.
- Добрый день, месаиб! Как Вы себя сегодня чувствуете?
- Спасибо, месаиб! Заботами хозяина и хозяйки этого уютного дома я вскоре смогу ездить на лошади!
- На лошади?! О, это совершенно напрасно! Здесь буквально некуда ехать: вокруг только пустыня! Внутри нашего благословенного оазиса растут деревья и именно это, я думаю, сохраняет это место от того, чтобы быть поглощенным песками. Всё здесь будет так, как есть, пока здесь есть вода - элексир жизни!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
