не простужусь, как бы холодно мне ни было!
– Да. Но мне не хочется, чтобы тебе просто было холодно.
– А это не сойдет за сексуальные домогательства по кодексу флота?
– Вот уж нет! – хмыкнул он. – Я этот кодекс знаю лучше, чем все остальные своды правил, поверь мне! Это было бы домогательством, если бы я обнял тебя, как мне хочется. Но я мужественно держусь.
– Да у тебя же есть…
– Семья, – прервал ее он, вмиг посерьезнев. – Я помню, что легионер против меня использовал! Послушай… если дело только в этом, я разведусь. Я узнавал: моя дочь все равно будет получать пособие от флота до совершеннолетия. Такое, что и ей, и ее матери хватит. Да и я буду помогать им – мне все равно некогда эти деньги тратить. Но я буду свободен по всем параметрам.
– Дело не только в этом, но… Мне приятно, что ты искал цивилизованный выход.
В этом она была честна. Ссора между ними, на самом-то деле, произошла не из-за того, что Киган был женат. Скорее, Альду покоробило его отношение к собственной семье и любви вообще. Как будто люди – это просто инструмент для развлечения!
Но они толком это и не обсуждали, потому что была новая миссия, там она сблизилась с Трианом и все стало очень сложным…
И все же после потрясений последних суток ей хотелось оказаться рядом с человеком, которому интересен обычный разговор. Альда присела прямо на палубу и устало улыбнулась своему спутнику.
– Как там твои дроны, нашли что-нибудь ценное?
Киган устроился напротив нее, сохраняя, впрочем, почтительную дистанцию.
– До чего-нибудь ценного нам плыть еще долго.
– Так себе новость… Но один плюс есть: здесь уже мне некуда от тебя убежать. Можем и поговорить.
* * *
Лукии было вовсе не обязательно участвовать в этой схватке. Сразу чувствовалось, что меры ведут себя иначе, не так, как при прошлой атаке. Ящеров они боялись, небесного ската – нет. Скорее, он вызывал у них раздражение, но это лишь делало его будущее печальней. Похоже, ему предстояло принять на себя злость за все их предыдущие неудачи.
Так что ее помощь не требовалась, и никто не собирался об этой помощи просить. Но ей хотелось вмешаться! Она устала от дипломатии и бездействия, а главное, устала ничего толкового не добиваться. Еще во время появления меров она не хотела уходить, а потом, когда Триан пострадал, корила себя за отступление. Все это были неправильные мысли и желания для капитана, особенно – для семнадцатого номера. Но если она не будет кричать об этом на каждом углу, кто узнает?
По крайней мере, так ей казалось. Однако она забыла, что на ее равнодушное выражение лица могут повестись все – кроме одного человека.
– Если тебе хочется подраться, не вижу причин не сделать этого, – усмехнулся Рале, глядя на приближающегося к ним небесного ската.
– Ты что, тоже телепат теперь?
– О нет, по-прежнему старый-добрый телекинетик!
– Как ты все время узнаешь?
– Знаю тебя, – пожал плечами он. – И мне не все равно.
– Это не соответствует инструкции.
– Но и не противоречит ей напрямую. Да и не пофиг ли? Мы сейчас на одной из самых отдаленных обитаемых планет во вселенной. Кто узнает?
– Здесь есть, кому доложить. Витте относится к инструкциям куда щепетильней, чем я и ты.
– Да там больше показухи и шума из ничего! – отмахнулся Рале. – Послушай… Я понимаю, что Стерлинг – это заноза в заднице. Он это не скрывает, он этим даже гордится. Но он не гнилой внутри, он не ударит тебя в спину, и все доносы, которые доставили тебе неприятности, писал не он. А кто писал – мы точно не знаем, но догадываемся. Как и о том, почему она больше не будет этого делать.
– Ты настолько уверен в нашей команде?
– Да я им жизнь каждый день доверяю, еще не хватало в них сомневаться! Давай, оттянись, ты ведь тоже живая.
А не положено. Но очень сложно гасить в себе желания, если ты не умерла и не робот.
Лукия знала, что главная задача в битве с небесным скатом – это не победа. В победе вообще никто не сомневался, не тот противник! Главная задача – по возможности избежать повреждений. Ящеры уже нанесли определенный урон кораблю, который до сих пор не удалось устранить, о последствиях аварии и вспоминать не стоит. Так что со скатом нужно было разобраться как можно скорее.
Она подхватила одно из копий, развешанных на палубе для меров, и вышла вперед. Лукия не собиралась никого предупреждать о том, что планирует. Все произойдет так быстро, что они просто не успеют помешать ей.
Небесный скат представлял собой удивительное зрелище. Большой и, вне всяких сомнений, тяжелый, он парил на ветру так же легко, как на Земле это делает падающий с дерева лист. Но вот с приземлением у водного создания были определенные проблемы. На палубу корабля он грохнулся с грацией мешка грязи.
Это не навредило скату, как не вредил и воздух. Оказавшись на твердой поверхности, хищник тут же начал извиваться, как разозленная змея. Это не было ни агонией, ни признаком страдания. Чувствовалось, что это просто стратегия охоты, весьма далекая от того, чем занимались медлительные и полусонные ящеры.
Так что мерам приходилось постоянно уклоняться, чтобы не попасть под извивающуюся тушу. Они пытались метать в ската копья издалека, но его шкура была покрыта чем-то вроде слизи, да и сама она была плотной, не хуже брони. В итоге копья отлетали от нее, не причинив вреда скату. Он не получил добычи, но он уже оставил на палубе несколько внушительных трещин и погнул ограждение.
Значит, все зависело от Лукии, и ей нравилась эта мысль. Она задержалась лишь на пару минут – чтобы посмотреть, как скат будет вести себя с мерами. Но теперь она увидела все, что нужно, и ринулась вперед.
Она была быстрой. Из-за мутации Лукия застряла в теле семнадцатилетней девочки, и это порой доставляло ей немало неудобств. Но это же тело обладало несомненными преимуществами в скорости и ловкости. Лукия прекрасно знала, что в команде «Северной короны» превзойти ее мог только Триан, но его здесь не было.
А для наблюдавших со стороны меров и людей она и вовсе казалась призраком – если тут вообще помнят, что это такое. Лукия благополучно миновала бьющие по воздуху плавники ската и оказалась возле самой его туши. Вряд ли хищник успел даже рассмотреть ее, когда она взлетела ему на спину.
Она не собиралась проявлять лишнюю жестокость. Небесный скат не был настоящим врагом людей, он – всего лишь животное, которому нужна добыча. Но каждый хищник на охоте должен быть готов к поражению, и сегодня для ската настал последний день.
