— Надеюсь, вы напишете мне и дадите знать… когда убедитесь в своих чувствах.
— О, нет, вы так просто не отделаетесь! — рассмеялся Пол, завладев ее руками и притягивая назад. — Ну, мисс Стоун, признавайтесь, вы любите меня или нет?
Уитни подавила горячее желание признаться Полу в своей страстной и вечной любви.
— Кажется, да, — заявила она, блестя глазами. Но вместо того чтобы продолжать разговор на эту весьма интересующую девушку тему, Пол резко отпустил ее и отступил. Выражение его лица стало отчужденным и замкнутым.
— У меня сегодня много дел, — сухо сказал он. Уитни была потрясена, поняв, что Пол собирается уйти. Стыд охватил ее вместе с ощущением, что Пол разгадал ее уловки и понял, что она хочет принудить его жениться на ней.
Они подошли к крыльцу, где стоял его модный новый экипаж. Пол задержался ровно настолько, чтобы прижаться губами к ее пальцам в коротком вежливом поцелуе, но, отойдя на шаг, остановился.
— Хотелось бы знать, сколько у меня соперников, помимо Уэстленда? — требовательно спросил он. У Девушки от счастья закружилась голова.
— А сколько бы вы хотели? — улыбнулась она. Глаза Пола сузились; он открыл было рот, желая сказать что-то, но повернулся и направился к коляске.
Улыбка Уитни померкла. Охваченная невыразимой мукой, она наблюдала, как Пол спускается по ступенькам крыльца, и сердце выбивало похоронный марш в такт его решительным шагам. Она вынудила его открыть намерения и теперь знала, в чем они заключаются. Пол имел в виду всего лишь легкий, ни к чему не обязывающий флирт и ничего больше. Он не хотел видеть ее своей женой как до отъезда, так и сейчас.
У самой коляски Пол помедлил, хотел было взять поводья у грума и снова застыл. Он стоял неподвижно, спиной к ней, и Уитни, наблюдая за ним, начала бормотать лихорадочные, бессвязные, жалобные молитвы.
В напряженном молчании, боясь и все же не в силах перестать надеяться, она наблюдала, как Пол медленно оборачивается, пристально смотрит на нее… и возвращается! К тому времени, как он приблизился настолько, что Уитни смогла отчетливо различить черты его лица, колени ее тряслись так сильно, что она почти падала.
— Мисс Стоун, — объявил он весело, — мне только сейчас пришло в голову, что во всем, касающемся вас, у меня лишь два выхода: я могу либо избегать в будущем всяких встреч с вами и положить конец моим мукам, либо жениться на вас, чтобы как можно дольше продлить их!
Глядя в любимые, сверкающие смехом глаза, Уитни поняла, что Пол уже сделал выбор. Она попыталась улыбнуться, но, всхлипнув от облегчения, едва сдерживая слезы, пробормотала:
— Знаешь, ты никогда бы не простил себя, если бы струсил в последний момент и сбежал!
Пол разразился смехом и раскинул руки. Уитни бросилась ему на шею, плача и смеясь одновременно, прижимаясь щекой к тому месту на его груди, где спокойно, размеренно билось сердце, наслаждаясь ощущением этих сильных рук, крепко, властно сжимавших ее.
На душе стало легко и радостно, словно теперь она оказалась наконец в безопасности после долгого тяжелого пути, и золотистый туман счастья надежно окутал Уитни непроницаемым покрывалом. Ведь Пол только сейчас преподнес ей бесценный дар — свою любовь, и Уитни была так благодарна ему, что могла бы, кажется, сейчас упасть на колени и целовать его руки. Пол любил ее, хотел жениться, и это было доказательством, неоспоримым доказательством того, что она действительно изменилась. Уитни не просто яркая подделка, одетая по последней моде, красиво причесанная и играющая роль молодой воспитанной леди, чего она так часто. боялась. Больше она не безнадежная неудачница! Она настоящая! И тоже чего-то стоит! Соседи теперь не станут злословить, перешептываться, расписывать, какую дурочку она разыгрывает из-за Пола Севарина. Теперь они начнут улыбаться и утверждать, что Уитни Стоун всегда нравилась мистеру Севарину, и он просто выжидал, пока она станет взрослой. Уитни сможет жить среди людей, симпатии и хорошего отношения которых она так добивалась. Ей наконец-то удастся восстановить свою репутацию в глазах окружающих и своего отца. И слезы облегчения вновь навернулись на глаза девушки.
— Давай найдем твоего отца, — предложил Пол. Уитни подняла голову и уставилась на него в счастливом недоумении:
— Почему?
— Потому что я хотел бы поскорее покончить со всеми формальностями и вряд ли могу просить у леди Энн твоей руки. — Хотя, — с сожалением добавил он, — по правде говоря, я бы предпочел именно это.
— Сьюэлл, где мой отец? — с беспокойством осведомилась Уитни, переступив порог дома.
— Уехал в Лондон, мисс, — ответил дворецкий, — полчаса назад.
— В Лондон? — охнула Уитни. — Но я думала, он собирается туда лишь завтра! Что случилось? Почему он решил вернуться раньше?
Сьюелл, который всегда все знал, на этот раз лишь недоуменно покачал головой. Уитни смотрела вслед дворецкому, поспешно удалявшемуся в направлении буфетной, ей казалось, что солнце ее счастья внезапно закатилось. Пол, однако, имел вид человека, приготовившегося к неприятному столкновению, но неожиданно получившего желанную отсрочку и теперь не знавшего, чувствует ли он облегчение или разочарование, поскольку самое страшное еще впереди.
— Когда он вернется?
— Не раньше, чем через пять дней, — объявила Уитни, расстроенно опустив голову. — Как раз к приему в честь его дня рождения. Уже посланы приглашения всем родственникам, живущим в других графствах. Хорошо, если он вернется утром, а если нет, то мы сможем поговорить с ним лишь на следующий день. Скажем, в воскресенье, после церкви!
Она немного повеселела, сообразив, что еще ничего не потеряно. Однако Пол, погруженный в собственные мысли, тяжело вздохнул:
— Мне нужно окончательно договориться о покупке пары чистокровных коней одинаковой масти — тебе они понравятся! И кроме того, необходимо иметь достаточно времени, чтобы попасть в срок на аукцион в Хемптон-Парке. Мне придется выехать в субботу, в день возвращения твоего отца.
Уитни попыталась не выказать своего разочарования.
— И сколько времени тебя не будет?
— Около двух недель, дней девять-десять, не больше.
— Целую вечность! Пол снова обнял ее:
— Лишь для того, чтобы доказать серьезность своих намерений, я проведу с тобой всю субботу на случай, если Мартин вернется достаточно рано и мы успеем все ему рассказать. Пять дней — совсем недолгий срок. И, — добавил он со смешком, заметив, как омрачилось ее личико, — я даже задержусь с отъездом, чтобы провести несколько часов на вечеринке, при условии, конечно, что ты намереваешься меня пригласить. Уитни, улыбаясь, кивнула.
