улыбка. Наверно, он представил себя верхом на Магане и удивленных коневодов, ревниво смотревших на своего коня.
Из леса принесло нежный запах меда. От налетевшего порыва ветра он усилился. Александр непроизвольно направился вперед и остановился на опушке. Медовый аромат исходил от розовато-белых цветочков брусники, облепивших кустики с зелёными листочками.
– Жил бы ближе, пришел бы сюда за ягодами, осенью их тут будет немерено, но, к своему огорчению, приходится довольствоваться тем, что рядом с домом.
После завтрака свернули лагерь. Завьючив лошадей, Дубовик придирчиво осмотрел все связки. Заменил вьючку у Шестёрки, державшуюся на честном слове, подвел поближе Тойона, расправил подвернувшийся потник у Кеши. Перед выходом сделал короткое наставление своим мужикам:
– Сегодня будьте внимательней, местами вода не сошла, поэтому не угодите в какую-нибудь промоину. Без особой нужды в ручей не лезьте. Ориентируйтесь на меня.
Только сейчас он обратил внимание на то, что Стас в тонких трикотажных брюках, в которых ходил на стоянке после переходов. От изумления он даже потерял дар речи и только через мгновение пришел в себя:
– Постой, постой, а ты чего так вырядился? Тут тебе не стадион с беговой дорожкой и не проспект, по которому можно разгуливать хоть в шортах.
К этому вопросу Стас был готов и сразу ответил заученной фразой, что днем будет жарко, а так легче идти. Правда, в его исполнении это прозвучало не совсем искренно, но, не сообразив в чем дело, начальник покачал головой:
– Смотри, тебе видней. Но эти спортивки порвутся в первом же чащобнике. Лучше переоденься.
Стас отказался, а стоявший рядом Роман только про себя посмеялся.
Глава 21
Бегемот в болоте
Возле крупноглыбового развала серых гранитов, лежащих под крутым склоном, Антон остановился, и впереди идущая связка Дубовика сразу заметно оторвалась. Мимо проскочил Роман со своими лошадьми.
«Когда теперь я увижу Татьяну? – думал парень. – Она сказала, что будет скучать и обязательно меня дождется. Но ведь женское сердце так переменчиво. Женщина, как осенняя погода: не знаешь, какой сюрприз тебе преподнесет, но Татьяна непременно сдержит слово. А потом…»
Сами собой мысли вернулись к воспоминаниям об их встречах и плавно потекли, как вода по глубокому руслу. Неожиданно в воздухе что-то просвистело и скользнуло по бедру. Антон резко отпрянул назад.
– Вот паразит! – возмущенно крикнул парень. – Тунгус, ты что делаешь?! Хорошо, что не достал, а то я убил бы тебя.
«Нечего зевать. Теперь к Ромке лучше не приближаться: у него в хвосте этот дикий Тунгус. Я, можно сказать, отделался лёгким испугом, – мелькнуло в голове, – а могло быть и хуже. Дополнительные проблемы мне не нужны. И ведь ударил ни раньше, ни позже, а именно тогда, когда я подумал о Татьяне. Это, конечно, совпадение, но факт остается фактом. Сам виноват – потерял бдительность, а он почище Элэмэса, пасет всех. Только стоит приблизиться на расстояние вытянутой руки, как тут же лупит. Теперь он затаил на людей злобу и стал очень опасным».
– Вроде бы ничего плохого я тебе не сделал, – как можно доброжелательней сказал он коню, – даже наоборот, защищал от живодеров, а ты хотел меня ударить. Ну никакой благодарности! Скажи, зачем ты дерешься? Все вкалывают в поте лица, а ты идешь почти пустой и дурью маешься. Хорошо, попал на самом излете, а если бы я подошел ближе… На стоянке я скажу Сашке, чтобы тебя переставил, не то ты кого-нибудь зашибешь.
Отряхнув грязь, Антон двинулся дальше. Вокруг стояла тихая и угрюмая тайга. Тишину нарушала лишь треснувшая под ногами сухая ветка да легкое позвякивание удил.
«И угораздило же меня потерять эти продукты! – в который раз казнил себя парень. – Каждый грамм съестного на учете, а тут столько крупы коту под хвост; да еще хлеб и тушенка. Ну, беда! Теперь до конца перегона еды может не хватить. Остается надеяться только на охоту – может, повезет, но пока явно не пруха. Сашка все глаза проглядел. Места вроде звериные, а следов не видно, даже зайцев нет. Вообще тут мор прошел. Под каждым кустом валяются заячьи останки. Вон, оказывается, сколько их тут было! Какая-то болезнь скосила всех косых. Если и дальше зверья не будет, то дело швах».
Каменный развал вскоре сменился густыми зарослями ольховника, облепившего склоны бокового распадка, по дну которого бежал хилый ручеек. Через эти заросли пришлось буквально продираться, уклоняясь от больно хлеставших веток. Кто-то из лошадей сумой зацепился за дерево и дернул связку. Антон резко остановился, посмотрел назад.
– Элэмэс, это ты, что ли? Вижу, твоя работа. Что, плохо без тропы? Никуда не денешься, придется идти по бездорожью. Давай забудем о прошлом и будем дружить. Ведь нам с тобой работать еще весь полевой сезон. Деревья больше не цепляй, смотри куда идешь.
Словно соглашаясь, конь послушно опустил голову. Антон осмотрел вьючные сумы, всё было в порядке. Элэмэс потерся мордой о его плечо, толкая вперед.
– Не хочешь здесь стоять, место плохое? Ну, конечно, чего хорошего в этом чащобнике? Подожди, я тебя угощу.
Антон покопался в кармане куртки, вытащил затертый кусочек сахара и протянул коню. Радостно фыркнув, тот осторожно взял с ладони и сразу захрустел.
– Ну что, сладкоежка, полакомился? – погладил его Антон. – Теперь надо двигать вперёд, не то и Стас обгонит.
Затрещали ветки, зачавкала под лошадиными ногами вода, Антона обдало холодными брызгами. Снова вспомнилось о Татьяне.
«Интересно, думает она обо мне или нет? Жаль, что так быстро расстались, постоять бы еще хоть недельку в поселке! Вот было бы здорово! Нет, так нельзя, – одернул он себя. – Главное – перегон. Надеюсь, мы ещё встретимся, ведь Татьяна – девушка моей мечты…»
Когда вышли из кустарника, дорога снова пошли под склоном. Разогнавшись, Антон не заметил, как обогнал Романа. Тот что-то сказал, но он не расслышал. В таком темпе Антон пролетел еще через небольшую поляну в лесу, а потом резко остановился, пропуская Романа. Веткой больно ударило по лицу. Он схватился за щеку, потер ушибленное место.
«Татьяна так запала в душу, что я вижу ее даже во сне, целые сутки она со мной. Но у
