Читаем без скачивания Шесть обитаемых планет - Богрянцев Андреевич

   Много позже когда он для самого себя пытался воспроизвести всю картину драки целиком, у него ничего не получалось. Память выдавала лишь разрозненные никак не связанные друг с другом картины: вот он пропустил еще один удар в голову; вот он ногами пинает кого-то лежащего на полу и пытающегося отползти в угол; вот он получает удар стулом в спину и теперь уже он падает на пол прямо под ноги дерущихся; Грэм лупит одного из неизвестных лбом о тяжелую столешницу...

   Картина заново стала цельной уже после того, как он с руками, закованными за спиной в наручники, стоял у барной стойки в окружении полицейских.

   Обведя тяжелым взглядом разгромленный бар, он содрогнулся, увидев на полу два неподвижных тела вокруг которых толпились сотрудники медицинской службы; одно тело принадлежало неизвестному оратору, из его горла торчала рукоятка ножа для колки льда, вторым было тело Марека.

Глава 3

   Первым задавать вопросы начал Тони. Они уже тогда находились в одной из камер местного полицейского участка. Офицеры полиции оказались предусмотрительными и старательно развели обе враждующие стороны по разным камерам.

   - Как это случилось? - шелестящим топотом нарушил царившую тишину Тони.

   - Этот вытащил пистолет и выстрелил, дважды, - начал рассказывать Волк.

   - Тогда я схватил лежавший на барной стойки нож и метнул ему в горло, - закончил за него Лис.

   А может было наоборот и рассказ начал Лис, а закончил Волк, Грэм не был уверен. Дело все в том, что Волк и Лис были братьями близнецами, которые в отличие от многих остальных близнецов с возрастами не растеряли свою схожесть. Обычно они носили специальные опознавательные кепи, Волк - красную, Лис - зеленую, но сейчас во время драки они слетели, и Грэму оставалось только гадать, кто есть кто.

   - Козлы, ну какие козлы! - проскрежетал кто-то в углу зубами. - Пять боевых операций в составе отряда специального назначения, и умереть вот так, в туристическом баре от пули пьяного ублюдка!

   - О ком он это? - удивленно спросил Грэм темноту, в камере уже несколько минут как почему-то погас свет.

   - Марека убил этот ... с пистолетом!

   - Марек мертв?

   - Убит наповал выстрелом в голову, - судя по голосу, отвечал Рихард. - Но, ничего он отомщен и это главное. А теперь как старший по званию, приказываю всем спать, все равно ничего другого не остается!

  ***

   - Вы понимаете, что вы совершили? - продолжал наседать на Грэма следователь. - Не понимаете. Хорошо я вам объясню! Лично вы это участие в массовой драке, даже не в драке, а в групповом избиение мирных граждан, во время их законного отдыха. А также еще и сокрытие имени убийцы! Ну, так как вы будете говорить, кто убил гражданина Гавра!?

   - Какое убийство? - опешил Грэм. - Это была явная необходимая самооборона, у этого как вы изволили выразиться гражданина, был пистолет, которым он уже убил одного нашего друга!

   - Какой пистолет? - взвился следователь. - Во время осмотра трупа и места происшествия никакого пистолета обнаружено не было! Это наверно кто-нибудь из вас застрелил младшего сержанта Марека, пожелав все свалить на гражданина Гавра. Скорее всего, тот, кто и начал драку, бросив в убитого, пустую пивную кружку! А ну признавайся, кто является зачинщиком драки?!

   - Так ваш этот как там его гражданин ... Гавр... им и ... является! - с трудом подбирая слова от растерянности, произнес Грэм.

   - Как вы смеете? - возопил следователь. - Гражданин Гавр является жертвой, он мужественно защищал своих друзей, от орды пьяных солдафонов, которые его и убили!

   Услышав подобное заявление, Грэму пришлось крепко сжать под столом кулаки, дабы удержаться от сильнейшего искушения пустить их в дело.

   Дальше он просто сидел и смотрел в потолок, уже не обращая внимания на заливавшегося соловьем следователя, который что-то вещал там, на тему того, что таких как они лучше совсем за территорию военной базы не выпускать, меньше вреда будет.

   - Эй, ты! Ты что совсем уже?! - перешел на "ты" следователь. - Поставь подпись, кому говорят!

   - Не буду! - отрицательно мотнул головой Грэм. - Вы придумываете невесть что, а я под вашими фантазиями подписываться не буду!

   - Как знаешь.

   Нажав кнопку, спрятанную под столешницей, следователь вызвал двух полицейских осуществлявших конвоирование.

   - Уведите, - махнул он рукой, когда дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель показалось лицо конвоира.

   Всю дорогу от кабинета следователя до камеры Грэм размышлял над его словами. Картина вырисовывалась совсем даже безрадостная, получалось, что пистолет, из которого стрелял этот так называемый господин Гавр, куда-то пропал, и теперь следствие считает главными виновниками разыгравшейся трагедии.

   - Положеньице, - протянул он тихонько себе под нос.

   - А ты чего хотел, - усмехнулся услышавший его слова конвоир. - Убили сына Вельзеля, это я тебе скажу, не фунт изюму.

   - Чего? - не понял Грэм. - Что за изюм? И что такое фунт?

   - Фигура речи отстань, - огрызнулся литературно подкованный конвоир. - Главное не в этом, а в том, что Гавр был сыном Вельзеля.

   - А кто такой Вельзель?

   Конвоир уже открыл, было, рот собираясь разъяснить ему всю глубину их неправедного поступка, но тут они подошли к камере, и разговорчивому младшему сержанту пришлось закончить свое повествование.

   Открыв дверь камеры, и втолкнув Грэма внутрь, он указал пальцем на ближайшего из ее обитателей и произнес:

   - За мной, на выход!

   Когда дверь за ними закрылась, Грэм все еще продолжал переминаться с ноги на ногу в центре камеры, разговор со следователем совершенно выбил его из колеи, и он теперь абсолютно не представлял, что ему делать.

   Остальные же молчали, ожидали, пока он начнет рассказ сам.

   - Ребята, а знаете, мы в ж...! - вдруг с чувством произнес он и уложил в пять минут всю получасовую беседу, произошедшую с ним в кабинете следователя. Присутствующие выслушали его не перебивая.

   - Хреновые дела, - подвел итоги Рихард. - Остается надеяться только на себя, да еще возможно на министерство армии. А кто-нибудь знает кто вообще этот Вельзель?

   - Я знаю, - выдвинулся вперед один из присутствующих. - Он владелец завода производящего двигатели для космических кораблей, в том числе, один из поставщиков военно-космического флота нашей планеты. А Гавр, судя по всему, был его сыном, и насколько я знаю единственным наследником.

   - Совсем весело, - присвистнул Тони. - И что ты нам в таком случае прикажешь делать?

   - А вот этого я уже не знаю.

***

   Со времени их задержания истекали вторые сутки, а положение не менялось: та же камера, периодическое появление конвоя уводившего на допрос кого-нибудь из задержанных. Грэма к примеру допрашивали уже трижды, два раза тот самый капитан который был в первый раз, однако на третий раз ситуация изменилась, за его допрос взялся целый майор, который словно бы поставил целью вынуть из него всю душу. Неожиданной деталью было также то, что на допросе присутствовал незнакомый ему человек в штатском.

   Декорации поменялись, но суть вопросов оставалась прежней: кто начал драку, зачем убили гражданина Гавра, кто является заказчиком убийства и т.д.

   Слова о том, что убитый сам и является провокатором драки, отметались как заведомая ложь.

   - Ну, что ж хорошо задержанный Грэм, - со вздохом произнес майор. - Вы сами вынудили нас к этому, вы задерживаетесь за участие в массовой драке, отказ сотрудничества со следствием, а также за возможное пособничество в убийстве. Вам понятны пункты обвинения?

   - Не совсем...

   - Хорошо раз вам все понятно, то ... - вызвав конвой, майор дождался его появления в кабинете и громко произнес: - Увести!

   Больше Грэма на допрос не вызывали.

  ***

   - Министр Мэй, разрешите, - в кабинет, не вошел, а прямо-таки протиснулся маленький человечек из особ особо приближенных.

   - Здравствуй Мюррей входи, - произнес министр не вставая. - Присаживайся.

   - Спасибо министр.

   - У тебя есть интересная информация, которой я не располагаю? - не открывая взгляда от монитора, поинтересовался министр Мэй. - Или просто в гости зашел, так сказать навестить старика?

   При последних словах министр взглянул на своего гостя, пряча усмешку в своих глубоких глазах.

   - Ну, вы как скажете так, прямо неудобно становиться, - начал Мюррей обязательную программу маленькой лести своему непосредственному начальнику. - Вы еще в очень даже отличной форме!