— Я знаю, — тихо промолвил он, сам протянул руку и отпрянул, испугавшись, что я не позволю. — Ты понравилась мне, я полюбил тебя за твой сильный характер, разум, умение не склоняться, а действовать гибко и мудро.
— Я не умею вести хозяйство...
— В твоем мире я тоже, будем учиться вместе, — лэрд не унывал.
— Я не хочу бояться за то, что ты когда-нибудь уйдешь к другой, — вывалила на него самое страшное свое опасение. — В то же время я не хочу, чтобы ты кидался на каждого подходящего ко мне мужчину.
— Я дам тебе клятву, — уверял меня воин, — я уже много месяцев ни на кого не смотрю. А что до других, я не могу пообещать, что буду спокоен, но постараюсь сдерживать гнев и не делать поспешных выводов.
— Ты бросишь Аллана из-за меня?
Заметила, как Брюс отвел взгляд. Выросшие в тяжелых условиях, братья не нежничали, но любили друг друга. Один волновался за судьбу второго, не давал совершать ужасных ошибок и поддерживал. Второй поступал так же.
— Он меня поймет, — твердо произнес Брюс.
— Хорошо, — выдохнула, ожидая его реакцию.
— Хорошо? — он смутился. — Хорошо, ты останешься со мной? Вместе покинем клан Аркартов?
Прикусив нижнюю губу, я с радостью призналась.
— И да, и нет. Я останусь с тобой, но мы никуда не пойдем.
— В смысле?
Ох, какой он непонятливый.
— Я остаюсь в клане, Брюс, — пожала плечами, стесняясь мужского взгляда, и вернула его собственные слова. — Не буду обещать, что мне будет легко, но я без тебя ничего не будет иметь смысла. Я же тоже тебя люблю.
Закончив, не ожидала, что лэрд бросится на меня, словно голодная лесная рысь в поисках добычи.
— Повтори, повтори, пожалуйста.
Я лежала под ним и дышала. Лэрд навис надо мной всем телом, выставив и выпрямив руки.
— Что повторить? Что люблю тебя, Брюс? Люблю.
— Моя ведьма...
Внезапно, он отстранился, лег рядом, поглаживая меня то по плечу, то по талии. Периодически его пальцы проводили по моей щеке, касались волос.
— Что то-не так? — спросила с обиженным тоном, боясь выдать свою разочарованность.
Страшусь и сама себе признаться, но я мечтаю о страстной ночи с Брюсом, их так давно не было.
— Хочу сделать тебе ответный подарок, — заговорил он, не отрывая взгляда от моего лица. — Чтобы ты знала, как важно для меня твое решение.
— Какой? — я искренне недоумевала.
В этом мире машину, квартиру или колье от картье не подарить. Да и мне ничего не нужно.
Возлюбленный будто чувствовал, о чем я в жизни не попрошу, но буду рада беспредельно.
— С завтрашнего дня все рабыни в замке станут свободными. Все рабыни в клане станут свободными. Я отпущу всех: и женщин, и мужчин. Они будут считаться нам равными и получат работу.
Я затаила дыхание. Правда? Он сделает это ради меня?
У меня нет амбиций, чтобы становиться героиней и освободительницей. Просто этот уклад, порядок клана мне глубоко неприятен. Лэрд, видимо, ощутил мои истинные эмоции. И это лучше, чем любые другие дары в этом мире.
Взвизгнув совсем по-девичьи, я осыпала его миллионов маленьких, коротких поцелуев. Села на нем, обняла, сама приникла, слушая суровое сердце мужчины.
Он с виду такой грозный, а в душе он безумно любит меня.
Я удобно устроилась на его бедрах, ощущая его влечение. Уперлась в грудь, а второй рукой снимала сорочку.
— Лиза...
Мой лэрд задохнулся, не осознавая, а чего именно он хочет попросить. Расстегнула ремень на его штанах, помогла стянуть их. От его рубашки мы избавились еще быстрее.
Брюс улегся на спину с довольным видом и словно показывал, разрешал, чтобы я верховодила.
Дотронувшись рукой до члена, я провела по нему ладонью несколько раз, сама облизнулась, предвкушая новые эмоции.
— Нам можно? — уточнил возлюбленный. — У тебя ребенок.
— Тише, — заерзала на его бедрах, — и молчи. Ты все портишь.
Кажется, это тот редкий миг, когда глава клана решил мне покориться. Я действовала сама, сама уселась, сама приняла его, сама двигалась, пока не почувствовала приятную истому.
Вставала и садилась. Садилась и вставала до звездочек в глазах, до радуги, до томных вздохов, раздававшихся то от меня, то от аркарта.
— Хватит! — заключил воин и подхватил меня за спину.
Одним рывком он перевернул меня и оказался сверху, подавляя, накрывая своим желанием.
Вбивался мне между ног, долбил, будто ждал, когда я попрошу пощады. Наматывал мои локоны на кулак и тянул на себя.
— Лиза... Моя...
А все, что мне удавалось выговорить, это ответное:
— Твоя...
Взгляд искрился от неги, дыхание перебивалось, до самого центра, до кульминации...
Мы оба упали на постель, силясь перевести дыхание. Мои и его волосы разметались по кровати. Заснули и проснулись вместе. И он не спешил покинуть меня.
В деревне начинался рассвет. Солнце зашло над горизонтом, и первые петухи запели о его появлении.
— Любимая, — к новому обращению стоило привыкнуть. Брюс гладил меня по груди. — Я хочу, чтобы ты перебралась в замок. И сегодня же хочу сыграть свадьбу.
— А Эван не обидится? — перевернулась я. — Он твой друг. Да и забот у тебя меньше не становится. Требуется отыскать предателей.
— Все это неважно, если ты не в безопасности, — объявил лэрд. — Ты согласишься на свадьбу?
Думала я недолго. Я влюблена, у меня вскоре будет ребенок. Подругу я отпустила, подарив ей гримуар, а она обещала вернуться перед самым праздником. И пусть я не пойду за ней, но с Анной бы попрощалась.
Мне никто не обещал, что с Брюсом Сильным будет легко, что он отбросит свои замашки, но как-то так сложилось, что он терпел мои нововведения, а я закрывала глаза на его тиранию. Мы нашли друг друга, дополняли. Иногда основательно ругались, и очень страстно мирились. Мы любили друг друга, разве не в этом главное?
Эпилог
/Через несколько месяцев/
Я ходила по замку и не знала, куда присесть. Брюс не появлялся, отправившись на охоту, отправлять за ним было бестолку, а я-дура, вздумала рожать.
Мы давно договорились, что я не буду одна встречать это испытание, что лэрд будет рядом, а теперь он в нескольких днях пути, а я ноги подгибаю от боли и страха.
Слонялась туда-сюда, пряталась, пока меня не обнаружила чародейка.
— Появление наследника ты не замедлишь, упрямая, — ворчала Эдма, ведьма из клана Мерсеров.
С виду мы подружились, а на деле соперничали, потому что Эдме не терпелось ткнуть меня носом в какую-нибудь ведьминскую ошибку.
Я все делала плохо. Зелья варить не умела, людей не «читала», гримуар подарила изменнице.
— Может, Брюс успеет приехать? — парировала Шона.
Обладая похожим слабым даром, она затыкала колдунью и встала на мою сторону. Замуж она так и не вышла. Женихи приходили, но Шона-бесстыдница их разворачивала.
Ее брат теперь мало обращал на нее внимания, отправил к нам, чтобы сестра набралась ума и опыта, а сам занялся проблемой понасущнее — укрощал одну строптивую.
— Да куда? — Эдма закачала головой. — Наследник уже в пути.
Терпела я все стоически. Не орала, пыхтела, сдавливала в себе окрики. Всю жизнь ненавидела истерики. Уже лежала на спине, но до сих пор поверить не могла, что Брюс все пропустит.
Слава богам, что в клане заиграли горны, оповещая о приезде хозяина. К этому моменту я перестала строить из себя невозмутимого воина, неистово кричала, пугая эхом замок, ругалась, костерила всех, кого смогла вспомнить, а когда глава клана подлетел по лестнице и вошел в опочивальню, Эдма грубо водрузила ему непонятный сверток на руки.
— Твой наследник, лэрд.
— Наследник? — он поймал мой усталый взгляд, удостоверился, что я перестала мучиться, и перевел глаза на новорожденного сына. — Мой Росс?
— Значит, Росс, мой лэрд. Оставлю вас с женой наедине.
Колдунья поднялась и подтолкнула за собой не самую разумную, юную Шону.
— Я даже не знаю, как тебя благодарить, — едва дверь затворилась, Брюс обернулся. Он нашелся не сразу, не выпуская сына из своих рук. — Ты принесла мне столько счастья...
