странные номера… Возможно, Серж сможет восстановить чуть больше.
– И у меня есть координаты основного убежища, – напомнила мама.
– Так что случилось здесь? Где Кэтрин? – я развернулся, чтобы пройти в командный пункт. Сейчас Герд и Серж просматривают записи двух последних дней. Остались только два человека, который я мог доверять без единого колебания.
– Кэтрин, – мама ухмыльнулась. – Она – отличная актриса. Понятия не имею, где она.
– Что. Здесь. Случилось? – я остановился, резко повернувшись в сторону женщины. – Почему ты вне камеры? Где Кэтрин? Какого хрена здесь вообще происходит? – я сорвался. Сорвался на крик, который вымещал не злость, а дикую боль, скопившуюся внутри.
– Кэтрин просто исчезла. А вместе с ней исчезли все ключи доступа, что весьма интересно, да? – мама говорила тихо и спокойно.
– Как это исчезла? Куда она могла деться? Снаружи творится какая-то хрень, корпорация точно следит за нами, не давая шанса хоть что-то сделать. Это вообще чудо, что мы смогли добраться обратно. И как ты вообще открыла тогда базу, если ключей у вас нет? Их знала только Кэтрин. Я лично выдал их ей.
– Джейдан…
– Что? Что ты хочешь сказать? Ответь на мои вопросы, пожалуйста. А потом уже сможешь поиграть в маму, договорились? – хотелось кого-нибудь придушить. Чтобы хоть немного успокоиться, я протер ладонью по ноющей шее.
– Я правда не знаю, где Кэтрин. Солдаты осмотрели все на базе, нам помогали гражданские добровольцы. Ее здесь нет. При этом на камерах тоже ничего нет.
– Ключи?
– Я их не знаю. Один из дежурных заметил вас на подходе к базе. Почему-то не удавалось связаться с вами…
– Мы тоже пытались к вам подключиться, связи не было, – я снова пошел в сторону командного пункта, радуясь, что разговор пошел в нужном направлении. – И мой ключ доступа не работал.
– Не работает не только ключ доступа, Джейдан. Как только вы ушли, начались проблемы с энергией. Все то включалось, то выключалось. Скважина несколько раз переставала качать воду. Боюсь, что корпорация добралась и до нас.
– Так как ты открыла дверь? – сейчас я хотел знать только это.
– Я не открывала, – мама опустила глаза. – Мы стояли рядом со входом, видя вас в камеры. Даже смотровое окно было заблокировано. Этот песок… Он почти добрался до тебя… Судорожно перебирая комбинации цифр, я пыталась открыть эту чертову дверь. Солдаты в это время ломами хотели хоть немного раздвинуть ворота. Но все это было бесполезно…. Абсолютно все…
– Так кто тогда их открыл? – я уже затылком чувствовал, что ответ мне точно не понравится.
– Не знаю. Ворота просто открылись. В эту же секунду мы бросились к вам. До Майкла песок успел добраться… К сожалению.
– Твоя разработка? – мы подошли к командному пункту, где не отдохнувшие Герд и Серж просматривали записи минуту за минутой, секунду за секундой.
– Моя…
– Тогда почему эта дрянь не смогла растворить под собой нашу базу? С машиной она справилась на раз, как и с ногой Майкла, – Серж вскочил со своего места, желая найти виновного.
– Особая разработка, – как-то уж слишком спокойно ответила мама. Фрэнсин также пожимала плечами и спокойно говорила об ужасных вещах. Корпорация выжигает все живое из каждого, кто попадает в ее лапы.
– Особая разработка? – Серж схватил маму за горло. – Особая разработка? – мама захрипела.
– Серж, – мы с Гердом бросились разнимать их. – Отпусти ее, это не самый правильный выход. Думаю, пока достаточно жертв.
Мужчина отшвырнул маму, которая еле удержалась на ногах. Та не пыталась давить на жалость или как-то привлечь к себе дополнительное внимание. И за это я ее уважал. Мы, каждый из нас приложил руку к тому, что здесь случилось. Разработка, доставка необходимых деталей… Мы все ответственны за Ад, царящий за стенами убежища.
– Какие теперь планы? – Серж часто дышал, приводя себя в порядок. – Ни машины, ни костюмов у нас нет.
– Но у вас есть я, – мама уже ровно дышала, лишь изредка потирала шею.
– И что? – уже не выдерживал Герд.
– Я – ученый. И мне известно многое, – мама не сводила с меня глаз.
– То есть, все ты нам так и не рассказала, – меня это вообще не удивляло.
– Не рассказала, но помогу создать то, что действительно устоит перед разработками корпорации.
– А смысл? – я уже не верил ни во что.
– Бунт, – опять это раздражающее пожатие плечами.
– Бунт? – мы уставились на женщину.
– Ваши солдаты не против, – мама села на свободный стул. – Я смогла убедить их в том, что вы принесете важные данные, а вместе с моими знаниями все это поможет защитить себя и людей.
– Каким образом? Если уже мы не можем быть уверенным, что двери не распахнутся сами по себе. Кто-то управляет ими. И это точно не мы, – в голове судорожно анализировались имеющиеся факты, которые помогли бы удержать центральный вход.
– Но это тот, кто хотел бы спасти вас, – маму совершенно не волновал данный факт. И это странно.
– Или просто лично прийти за расправой, – больше верю в эту версию, нежели во что-то другое.
– И почему мы должны ей вообще верить? – Серж так и не смог успокоиться. – Фрэнсин тоже сладко пела на той базе. Только вот в итоге эта тварь оказалась кровожадной сиреной, которая утащила за собой всех.
– Потому что у вас просто нет выбора, – мама повернулась в сторону компьютера, начав что-то вводить на клавиатуре.
– Мы можем просто пристрелить тебя, – Серж потянулся к пистолету.
– И тогда потеряете последний шанс спасти это убежище и добраться до Олдмана. К тому же у нас с вами общая цель. Мне нужно попасть в главное убежище, – на мониторе появились какие-то таблицы.
– Зачем? – это уже что-то новое. Раньше мама просто прикрывалась тем, что она желает какой-то мести и искупления своих грехов.
– Там находится дорогой мне человек. Очень, – пальцы женщины задержались над клавиатурой, после чего та снова продолжила искать нужную информацию.
– Все равно доверять ей нельзя, – Серж достал сигарету.
– Нельзя, – я полностью соглашался с другом. И тоже не доверял той, кто был моей матерью.
– Давайте о том, какая я плохая, поговорим позже. Я и сама не считаю себя ангелом. Сейчас нам нужно создать такие же костюмы, как у пришлых. А заодно подумать о том, как защитить людей, которые здесь останутся.
– То есть ты все это время, зная, что Майкл занимается подобными разработками для нас, просто молчала. Молчала, хотя могла помочь? – я вскипал.
– Вы не были вежливыми, особенно твой французский друг, – мама запустила в сторону Сержа молнию, которая должна была оставить после него только горсть пепла.
– Да пошла ты, –
