влиятельного чеболя, чем не повод для знакомства с теми, кто может помочь мне вытащить моих ребят из тюрьмы? Немного цинично, но уж как есть. Человек она вроде неплохой, но мы ещё слишком мало общаемся, чтобы больше ценить друг в друге людей, нежели выгоду. Или уже нет? Хм-м-м. Стоит об этом подумать чуть позже.
А пока, торжественно клянусь, вот вытащу всех своих ребят из-за решётки, лично сам каждого поубиваю, за то, что мне пришлось испытать подобное! Это ведь надо, девочка из деревни дорвалась до денег и магазинов! Да она всё скупала, порой даже не примеряла ничего, а просто брала. И я был бы рад, если бы она поступала так постоянно, но нет, куда чаще она примеряла обновки, заставляя меня их оценивать. Платья, юбки, пиджаки, штаны клёш и просто шорты, футболки, и о боги, комплекты купальников! Она брала всё.
Единственное что меня радовало, во время этого отвратительного по своей сути марафона шопинга она находила возможность говорить о делах. Девушку интересовало, как обстоят дела в криминальной среде, что это такое, криминальная среда и какое место в ней будем занимать мы. Да-да, именно мы. Она уже окрестила себя преступницей, хотя до сего момента никаких правонарушений даже не совершала. Хотя нет, вру. В куче оплаченного шмотья, она случайно унесла из магазина не пробитые на кассе трусики. Она так радовалась этому событию, что я невольно заржал. Правда, потом вновь потирал ушибленное плечо.
Впрочем, я немного отвлёкся. Вопросы Ми-Сон задавала достаточно здравые, а потому я с удовольствием начал на них отвечать. Благо, что в будний день торговый центр был почти пуст, и никто не мог невольно подслушать наш разговор. А говорили мы обо всём. Буквально, обо всём. Что такое банда, какая у нас иерархия, чем мы занимаемся, а что, а где, а как? Вопросы из неё так и сыпались. На какие-то я отвечал, на другие предпочитал промолчать, если считал, что ей пока рано знать о чем-то.
— Так и чем же мы будем заниматься? Ты говорил чем банды занимаются, но вот про то, чем конкретно мы будем промышлять даже не заикнулся, — спрашивала меня Ми-Сон, попивая холодный кофе со льдом по пути к следующему бутику. — Ты же не хочешь сказать, что…
— Тише ты, — махнул я рукой на девушку, отчего она осеклась, хотя и хотела сказать слово проституция. Я это по её лицу прочитал, очень уж оно выразительное.
Мимо нас как раз прошла парочка старичков, которым вот только дай повод посудачить. Эх, как знал, что не нужно было ей про это говорить. В числе прочих отраслей, я упомянул про продажных женщин, и Ми-Сон почему-то уцепилась за этот момент.
— Неужели ты только это запомнила? — спрашиваю я у девушки, на что та вдруг улыбается.
— Конечно нет,- отвечает она и начинает перечислять. — Рэкет, игорный бизнес, проституция, наркоторговля, торговля оружием, недвижимость и застройка, рынок ценных бумаг, контрабанда.
Поглядите на неё, а ведь запомнила все, что я перечислял. Остаётся один вопрос, почему она зацепилась именно за ту отрасль, которую поспешила назвать? Собственно, я у неё так и спросил, чего гадать.
— А что ещё? Рэкет, да ещё на той улице, которую ты назвал, нечего там взять. Я пока мы гуляли, посмотрела по карте, там ничего нет. Да и если честно, не могу я себе представить, чтобы ты угрожал старикам-лавочникам. Игорный бизнес занят. Наркоторговля фу, прямо очень фу. Оружие? Возможно, но я сомневаюсь в том, что эта отрасль пользуется спросом, не в нашей стране и не с нашими законами. Недвижимость и застройка отпадают по причине отсутствия крупных финансов. Да и опять же, ниша эта с плотной конкуренцией. Рынок ценных бумаг не наш уровень, разве что просто брокерский счёт открыть и торговать, но это вообще не криминал. А контрабанда, ну не знаю, не вижу я почему-то, как ты в порту ящики разгружаешь. Вот и остаётся, то что остаётся.
Хе-х, не видит она, как я ящики разгружаю. А ведь именно с этого я когда-то и начинал. Даже сам лично на лодке отправлялся в плаванье, чтобы товар сопроводить! Впрочем, определённая логика в её словах есть. Только выводы она сделала неправильные.
— Считай меня неправильным бандитом, всё кроме контрабанды, ну и, пожалуй, активной тряски на рынке ценных бумаг, мне противно. Не моё это. Смириться с существованием чего-то я могу, но наживаться на этом нет. Это касается и проституции. У меня другая идея, нечто новое, а точнее, забытое старое. В Корее раньше процветали уличные бои и ставки на них. Со временем это дело забросили. И без того зрелищ стало полно. Но я хочу возродить эту отрасль и зарабатывать на ставках, а ещё на организации крупных турниров. Это будут не только бои простых людей, но и бои ченсо. А в свободное время, ребята могут заниматься наёмничеством. В те же каверны ходить.
Мои слова заинтересовали Ми-Сон. Она, оказывается, любит драки. Сказала, что даже смотрит матчи западной лиги. И потому начала трясти меня насчёт подробностей. На какие-то вопросы я ей отвечал, на других терялся. Девушка лишь многозначительно кивала, порой заявляя, что вот это, это и это она берёт на себя. Что она там берёт на себя, я в целом так и не понял, но пообещал себе чуть позже разобраться. Некоторые термины, которыми она оперировала, были для меня в новинку, но я старался не подавать виду. Вроде бы даже получилось.
В конце концов, речь зашла о финансировании. Промоушен, как назвала это дело Ми-Сон, требует значительных финансовых вложений. Она после собственных слов ойкнула и повесила обратно на крючок ярко красную кофточку, ценник у которой немного «кусался». Удивительно, но именно финансовый вопрос нашего общего будущего дела заставил девушку остановить шопинг.
— Есть один парень. Зовут Ёнджун. Он занимается криптовалютой и вообще довольно толковый спец по компьютерам. Отчасти, я в казино отправился, чтобы добыть немного деньжат для инвестиций в его дело. Он уже показал отличные результаты, но для стабильно хорошего прибытка денег нужно больше.
— А он в нашей банде? — спрашивает Ми-Сон, без тени смущения навешивая на меня ещё один пакетик из последнего магазина, куда мы заглядывали.
— Не совсем.
— Но Донхён! Так же нельзя! Поехали к нему, поговорим. Ты затеял нечто грандиозное. К подобным проектам следует подходить со всей серьёзностью, а у тебя всё через одно
