У въезда в бунгало виднелись отчетливые следы машины: кто-то приехал, а затем выехал отсюда. Но кто? Неуловимая Мэри Лиддел? Или этот третий?
Возможно, с делом связаны и другие люди. Без посторонней помощи заговорщики не обошлись бы. Впрочем, главную тайну знали лишь избранные, иначе за тридцать лет она бы наверняка стала достоянием гласности.
— Донован?
— Что?
Машина неслась по шоссе. Сэм гнал к Лестеровскому институту — именно там находится ключ к разгадке. Коллинз сказал, что лабораторию уничтожили. Взорвали? Разграбили? Для чего? Пытаются скрыть улики?
Нэнси так ничего и не сказала. Сэм метнул на нее взгляд. Ему снова померещилось, что она впала в прежнее гипнотическое состояние.
— Нэнси?
— Что?
— Это я тебя хочу спросить — что? Ты хотела что-то сказать или мне показалось?
— Просто… я кое-что вспомнила. Бомбоубежище: холодный влажный бетонный пол. — В свете панели приборов Сэм заметил ее блестящий взгляд. — Я знаю, где родился мой ребенок!
Глава 15
Уже давно настало утро, но на стоянке муниципальной больницы было пусто. Пурга не прекращалась. Сэм обхватил Нэнси за плечо и, укрыв ее рукой от порывов ветра, провел к входу. Они приехали навестить Айрин, которая, по словам доктора Коллинза, была отправлена сюда с подозрением на инфаркт.
В больнице творилось что-то неладное. Такое впечатление, будто в операционной прогремел взрыв или обвалился потолок в одной из палат. Вокруг царил полный хаос. За конторкой регистратуры никого не было. Мимо них пронеслась старшая медсестра, миссис Коллер. Откуда-то из коридора слышался знакомый скрипучий голос с характерными повизгиваниями.
— Айрин! — Нэнси двинулась туда, откуда доносился визг.
Дверь палаты, где находилась Айрин, была приоткрыта. Там уже стояла сестра Коллер, безуспешно пытавшаяся перекричать пациентку.
— Чем вы недовольны? — спрашивала Коллер.
Айрин начала предъявлять ей длинный перечень претензий, но, увидев Нэнси и Сэма, тут же замолчала.
— Позвольте мне поговорить с золовкой наедине, — попросила Нэнси. — Если вы не возражаете.
Миссис Коллер не возражала. Ее радости не было предела. Кивком она удалила из палаты остальных медсестер и вышла вслед за ними.
Едва за ней закрылась дверь, Айрин тявкнула:
— Кажется, я вас не звала!
Сэм встал рядом с Нэнси. А та спокойно потребовала:
— Мне нужно знать, что случилось с моим ребенком.
Айрин изобразила удивление.
— Господи, неужели ты опять…
Сэм положил руку старухе на плечо.
— Вы же слышали. Она хочет знать, что случилось с ее ребенком!
Глаза Айрин сверкнули.
— Он умер! Умер, как и мой брат. Это ты свела его в могилу!
— У него был инфаркт. — Нэнси старалась не повышать голоса.
— У Харлана было здоровое сердце. Пока он не женился на тебе.
Нэнси покачала головой.
— Прежде чем я согласилась выйти за него, ему пришлось накачать меня наркотиками. Разве нет? Расскажите мне о проекте 92А. Что стало с детьми? Что он делал с детьми, которых крал у матерей?
Айрин сделала вид, что ничего не понимает.
— Доктор Коллинз нам все рассказал. Я знаю, чем занимался Харлан. Программировал людей, заставлял их делать то, что ему было нужно, и все ради выведения новой породы людей. — Айрин пыталась протестовать, но Нэнси не дала ей и слова вставить. — Доктор Коллинз мертв, но он оставил признание.
Айрин побледнела. Ритмичное попискивание, доносившееся из прибора, подключенного к Айрин, стало чаще. Видно, у нее участился пульс.
Сэм подошел к аппарату и выключил его.
— Тот, кто стал преемником вашего брата, забрал нашего ребенка. Мне объяснить вам, на что мы способны, лишь бы узнать правду, или вы сами догадаетесь?
От страха та побелела. Она потянулась к звонку, но Нэнси оказалась проворнее. Она перехватила руку Айрин и с силой отвела ее.
Растворилась дверь, в проеме показалась голова медсестры. Видно, ее удивило, почему это вдруг перестал работать контрольный аппарат.
— Все в порядке. — Рука Сэма по-прежнему лежала у старухи на плече. — Пациентка жива-здорова.
— Что смотришь, идиотка, помоги! — прошипела Айрин.
— Не обращайте внимания, — спокойно сказала Нэнси. — Моя золовка в последнее время сама не своя. Ничего, через несколько минут она угомонится.
Айрин начала трепыхаться, но медсестра, обиженная хамским обращением, понимающе кивнула Нэнси и ушла.
— Я же подохну! — простонала Айрин. — Я старая больная женщина.
— Мы знаем, — сказала Нэнси.
Зрачки старухи превратились в две крохотные точечки.
— Мой брат один из немногих понял, что творится. Жирные ленивые твари, ни на что не способные, ни к чему не пригодные, плодились как кролики. Они рожали ребенка за ребенком, ребенка за ребенком, и эти их дети были такие же глупые, никчемные ублюдки, паразиты на теле общества! Этому надо было положить предел!
Нэнси была поражена.
— Да кто вы такие, чтобы решать, кому рожать детей, а кому нет? Теперь я понимаю, почему Коллинз уподобил Харлана Гитлеру!
— Харлан, — едва простонала Айрин, — был врач от Бога. Ему не было равных. Он поставил перед собой цель спасти нашу планету. А ты сравниваешь его с Гитлером! Он был реалист, он просто понимал, что происходит!
— Что он делал с детьми? — спросил Сэм. Его голос прозвучал угрожающе тихо.
Айрин повернулась к нему.
— Тех, кто был признан достойным, отдавали в подходящие семьи, насчет которых мы были уверены: дети получат там прекрасное воспитание и не станут еще одним бременем на плечах нашего общества. — В голосе старухи слышалась гордость.
— А что делали… с недостойными? — Нэнси мелко дрожала.
Айрин медленно повернулась и посмотрела на нее бесцветными глазами.
— От них избавлялись, — ответила она.
Нэнси показалось, что ее сердце вот-вот разорвется.
— Мой с Сэмом ребенок! Он был признан достойным? — закричала она.
— Какая… теперь разница, — прохрипела старуха и потянулась к кнопке звонка. Похоже, ей и вправду было нехорошо.
Нэнси сама нажала на кнопку и вышла в коридор, боясь, что, останься она здесь дольше, вцепится старухе в горло и начнет душить.
Сэм не отступал.
— Кто стал преемником Харлана? Отвечайте! Кто в ответе за похищение нашего ребенка?
— Пошли вы… ко всем чертям! — едва выдохнула Айрин.
— Я покончу с вами! — Сэм двинулся к двери. — Я уничтожу репутацию Нельсонов. Вас, вашего брата и отца будут проклинать по всей стране! Люди будут с отвращением вспоминать ваше имя!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
