Идея, в своей основе граничащая с безумием, при реализации оказалась цепочкой самых обыкновенных технических решений.
Буров зарегистрировал фирму «Афро» — широкого профиля деятельности, в том числе в сфере рекламы и полиграфии. Поначалу он записал фирму как «Афродита», но выяснилось, что таковые, с разными буквенными индексами, уже существуют. Он не стал долго думать, а просто распорядился выбросить из сформированных документов часть слова, даже не смущаясь тем, что деятельность будущей организации приобретает какой-то смехотворный негритянский оттенок.
Сам Буров определил себя генеральным директором, а заместителем, по совету хорошего знакомого, выбрал незамужнюю тридцатилетнюю девицу — Лилю Барыкину, которая имела опыт работы в кинокомпании, где занималась кастингом. Выбор сотрудников он поручил уже Лиле, твердо веря, что эффективная команда должна состоять из людей, давно доверяющих друг другу, тем более что ему и не придется посвящать кого-то, кроме самой Лили, в истинный смысл деятельности фирмы.
Лилю Буров пригласил в рыбный ресторан, напоил, с легкостью привез за полночь к себе домой.
Женщина, по первому позыву расставившая перед ним ноги только потому, что он был ее хозяином, не интересовала Бурова в качестве делового партнера. Другую на ее месте он бы сразу рассчитал как не прошедшую проверку. Но это, на самом деле, была проверка иного рода, проверка наоборот. Лиля понадобилась Бурову не как самостоятельный сотрудник, а как покорная сучка, и с этой задачей она хорошо справилась. Рано или поздно, Буров предъявит ей свои истинные планы, а это возможно только при тех отношениях, которые он с ней и выстроил.
Барыкина, несколько месяцев до тех пор сидевшая без работы, летала как на крыльях: она арендовала офис из трех комнат в здании бывшего оборонного предприятия на метро «Шоссе Энтузиастов» и вскоре развила бурную деятельность, заполнив собой всю страну: были даны объявления в региональные газеты и журналы, снят и запущен рекламный ролик на первый канал, компьютерщик создал и раскрутил интернет-портал, посвященный конкурсу красоты имени Афродиты.
Буров видел, что Лиля работает с легким недоумением: почему штат фирмы, которая занимается таким грандиозным делом, состоит, не считая директора, всего из трех человек? Почему не проводится никаких публичных акций, кроме, собственно, массированной рекламы конкурса? Или, наконец, самое главное, что больше всего ее ужасало: число кандидаток конкурса было неимоверно велико, и заявления продолжали сыпаться со всех сторон, но никаких сигналов к началу конкурса не поступало.
На высказанные Лилей сомнения Буров ответил последовательно: перед началом мероприятий штат фирмы будет увеличен в несколько раз; мероприятия не проводятся потому, что еще не закончен кастинг; большое количество кандидаток необходимо для того, чтобы выбрать действительно самых-самых… Заметив в ее глазах легкую тень сомнения, Буров щелкнул дверным замком и смахнул со стола бумаги.
В принципе, Лиля и должна была почувствовать, что на фирме происходит нечто странное: таким образом ее психика подготавливалась к той правде, которую он рано или поздно раскроет перед ней.
Однажды Буров попросил ее связаться с несколькими кандидатурами и затребовать дополнительные снимки в разных поворотах. Девушек, похожих на Ладу, оказалось гораздо больше, чем он предполагал. Девушек, страстно желавших стать АФМ (актрисой-фотомоделью), в стране было астрономическое количество: уже целое поколение выросло в уверенности, что заработать большие деньги можно легко и быстро, только за красивые глаза и длинные ноги.
Несколько раз Бурову казалось, что он уже выбрал «объект», но постоянное появление других, еще более близких к идеалу, тормозило его окончательное решение.
Наконец долгожданный день настал: Буров действительно нашел ее. Он не верил своим глазам: с фотографии на него смотрела Лада. Немного не вышла ростом, ну ничего. Цвет волос несколько ярче, что даже и хорошо. Более того, девушка, живущая в Самаре, была чем-то даже лучше Лады, а именно, в отличие от Лады, с ее неподвижным, «загадочным» взглядом, у Марии Белой были живые лучистые глаза, красноречиво говорящие о глубокой внутренней жизни этой далекой девушки.
В какой-то момент Буров подумал даже отказаться от пересадки души. Можно было вернуть первоначальный план: приворожить Марию магией колдуна и начать строить с ней совершенно новые отношения, но, прислушавшись к голосу собственной души, он понял: ему нужна Лада, и только она.
Странная штука любовь: тебя не интересует ни более красивая женщина, ни более умная, да и вообще никакая другая.
3Формирование базы данных продолжалось, на случай возможной осечки, но Буров уже попросил Лилю вызвать «первую кандидатуру».
— Одну? — удивилась Лиля.
— Да. Пока только одну. Надо проверить весь ход процесса, прорепетировать, что ли…
Это объяснение не удовлетворило его партнершу, и Буров прибегнул к методу, хорошо зарекомендовавшему себя в подобных случаях.
Когда Лиля очнулась растерзанной в своем рабочем кресле, Буров, завязывая галстук, проговорил:
— Ты, конечно, не могла не заметить некоторой таинственности во всей нашей работе. Но потерпи еще немного. Кое-что скрыто, но рано или поздно все тайное станет явным.
Все-таки, несмотря на свою деловитость, где-то в глубине души, Лиля была обыкновенной дурой, чье сознание меркло в присутствии мужчины, скрутившего ее в бараний рог…
Она встретила кандидатку и добросовестно возила ее по городу, показывая достопримечательности, а вечером, как было условлено, привезла в устроенную западню, где уже была приготовлена банка земли с кладбища Донского монастыря и Ладин шарфик.
Сердце Бурова бешено заколотилось, едва он, через окно «замка» Антона Петровича, увидел эту девушку, легко, словно яркая бабочка, выпорхнувшую из машины. Когда она вошла в кабинет, Буров двинулся к ней навстречу, чувствуя, что его буквально шатает, будто он сильно перебрал вчера.
Это была Лада, точная ее копия: она так же крутила головой, оказавшись в незнакомой обстановке, как Лада, также накручивала на палец золотистый локон у виска… Может быть, именно тело, внешность и определяют все наши привычки, в конечном итоге — характер и судьбу?
Впрочем, разговаривая с Марией Белой, Буров довольно быстро убедился, что внутри она не имеет ничего общего с его покойной женой. Он вскакивал, ходил вокруг кресла, где она сидела, расспрашивал ее, присматривался к цвету ее лица — не пьет ли она, не наркоманка ли, не страдает ли каким-нибудь отвратительным недугом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
