организованный обмен мог полностью пойти ему на пользу. Он сделает возможным освобождение Имоджин, убьет или схватит ее похитителя и испытает глубокое удовлетворение от раскрытия преступления, которое расследовал инспектор Колбек. Именно этот последний элемент чрезвычайно привлек его посетителя.
«Эта перспектива наполняет меня удовольствием», — сказал Албан Ки.
«Значит, тебе нравится эта идея?»
«Это именно то, что я бы порекомендовал, мистер Таннадайн».
«Насколько хорошо вы знаете инспектора?»
«Я знаю его слишком хорошо».
«Вы работали бок о бок с ним в Скотленд-Ярде?»
«Никто не работает бок о бок с Колбеком», — сказал другой.
«Ты всегда ниже его. Я занимал тот же ранг, но имел меньше власти по сравнению с ним. Он любимец комиссара, и это всегда раздражало меня».
Туннэдайн был рад, что нанял Альбана Ки. Хотя сейчас он работал частным детективом, Ки служил в столичной полиции, прежде чем его перевели в детективный отдел. Его возвышение заняло гораздо больше времени, потому что он находился в тени других офицеров, главным из которых был Роберт Колбек. Это оставило у него горькие воспоминания. Ки был крепким мужчиной среднего роста с темными подвижными глазами по обе стороны носа-луковицы, который, казалось, вот-вот взорвется на его лице. Его редкие волосы были зачесаны вперед и прилизаны. Усы были практически незаметны под властным хоботком. Туннадину его порекомендовал друг.
«Ваша репутация идет впереди вас, мистер Ки», — сказал политик.
«Я работаю быстро, эффективно и незаметно, сэр».
«Больше всего мне нужна твоя осторожность. Ни о чем из нашего обсуждения не должно быть известно никому другому. Самое главное, это не должно дойти до ушей кого — либо в Скотленд-Ярде, особенно инспектора Колбека.»
«Я буду молчалив, как могила, мистер Таннадайн».
«Что вы думаете об этом письме?»
«Это, очевидно, подлинник», — сказал Ки, возвращая его ему, — «потому что вы узнали руку по более раннему требованию выкупа. Мой вопрос вот в чем — почему я отправил его вам, а не сэру Маркусу Бернхоупу?»
«Сначала это беспокоило меня, — признался Туннэдайн, — но, думаю, я нашел ответ. Когда сэру Маркусу предоставили возможность спасти свою дочь, это был полный провал. Я подозреваю, что, как следствие, похититель ему не доверяет. Зная о моих отношениях с Имоджин, он обратился ко мне.»
«Почему первый обмен был неудачным, сэр?»
«Я виню в этом Колбека. Он настоял на том, чтобы выдать себя за сэра Маркуса».
«Это всегда в его духе», — усмехнулся Ки. «Он должен быть главным».
«Упражнение провалилось, но, по крайней мере, деньги были спасены. Сэра Маркуса обманули. Его дочери там даже не было».
«Что заставляет вас думать, что похититель сдержит свое обещание на этот раз?»
«Таков тон его письма. Он свободно признает, что в прошлый раз пытался получить слишком много за слишком малую цену. Все, чего он хочет, — это то, что он называет честным обменом».
Усы Ки дернулись. «Это все еще внушительная сумма, сэр.
«Он будет найден. Я уже поговорил со своим банком. Кроме того, — сказал Тунннадайн, — я надеюсь, что вы позаботитесь о том, чтобы я не расстался ни с одним пенни.
«Я надеюсь, ты расстанешься с гораздо большим, чем это, если я буду выполнять свою работу должным образом».
«Ты будешь щедро вознагражден, Ки».
«Благодарю вас, сэр».
Туннэдайну понравился этот человек. Он казался бдительным, решительным и уважительным. Годы работы детективом означали, что он мог оставаться спокойным под давлением. Чего Ки ему не сказал, так это того, что Таллис выгнал его из Детективного отдела, потому что ходили упорные слухи, что он брал взятки у преступников, чтобы их отпустить. Именно Колбек первым выдвинул обвинение против Ки, отсюда и неугасимая ненависть последнего к нему. Тот факт, что Ки был виновен в преступлении, не имел для него значения. Он потерял должность, на которой мог обладать властью, и теперь был вынужден работать самостоятельно. Потеря статуса усугубилась потерей дохода. Это последнее задание дало ему шанс возместить часть этих потерь. Успешный исход означал бы хорошую рекламу для частного детектива. Его имя заменит имя Колбека в газетах, и эта мысль радовала его.
«Что бы ты посоветовал?» — спросил Тунннадайн.
«Это зависит от того, когда будут готовы деньги, сэр».
«Мой банкир говорит, что я могу забрать его утром».
«Тогда, пока ты будешь этим заниматься, я сяду на поезд до Крю. В письме мы тщательно следим за тем, чтобы не сообщать никаких подробностей фактического обмена», — сказал Ки. «Он просто приказывает вам остановиться в указанном отеле в определенный день, чтобы инструкции могли быть доставлены вам туда».
«Я проверю расписание поездов в Брэдшоу».
«У вас есть оружие, сэр?»
«У меня есть несколько единиц огнестрельного оружия, и я хороший стрелок».
«Тогда мы с тобой похожи, потому что меня обучали меткому стрелку. Между нами, я уверен, что мы сможем поймать этого парня — и его сообщника, потому что у него наверняка будет один. Остерегайтесь новых трюков, мистер Таннадайн. Он коварный человек.»
«Я буду настаивать на том, чтобы убедиться, что Имоджин жива и невредима, прежде чем будет произведен какой-либо обмен. На этот раз нам не подсунут невежественную деревенскую девчонку».
Несмотря на утомительные задержки и внезапные изменения планов, Имоджин Бернхоуп все еще сохраняла полную веру в мужчину, которого любила. Теренс Уайтсайд был всем, на что она когда-либо надеялась в будущем муже. Он был храбрым, красивым, добрым, щедрым, невероятно терпеливым и преисполненным духа приключений. Когда она познакомилась с Клайвом Таннадайном поближе, мысль о браке с ним была окрашена страхом. Его политическая карьера всегда будет иметь приоритет, и она будет вынуждена вести такое же пустое существование, как и ее мать, оставленная дома и в значительной степени игнорируемая. Капитан Уайтсайд был другим. Он предложил ей видение супружеского блаженства, которое очаровало ее. Они должны были тайно обвенчаться в Англии перед отплытием во Францию, где, как он сказал ей, у него было поместье в Дордони. Вдали от открытий они создадут свой собственный Райский сад. Тот факт, что свадьба все еще не состоялась, поначалу встревожил ее, но Уайтсайд убедил ее, что это всего лишь вопрос нескольких дней, когда он возьмет ее в жены.
Возможно, Имоджин и была убаюкана его мягким языком, но Рода Уиллс была глубоко обеспокоена таким поворотом событий. Перспектива побега в чужую
