Читаем без скачивания Сэйл-мастер - Варвара Мадоши

— Раз уж вы все равно… применяете свои способности к более тонким аспектам нашего маршрута, то логично хотя бы получать за риск деньги. Сейчас я предлагаю вам участие в настоящем деле. На сей раз исключительно в профессиональном качестве. За экспромты лично шкуру сдеру.

Последняя фраза для Балл прозвучала неожиданно экспрессивно. Сашка посмотрел на нее удивленными глазами — и тут же просиял.

— Запросто, — легкомысленно сказал он. — Как два… легко, в общем.

Княгиня приподняла одну бровь.

— А что, собственно, я вам предлагаю, вы узнать не хотите?

— А какая разница? Что бы вы ни затеяли, я все равно с вами.

— Ну-ну… — Княгиня покачала головой. — А если дело будет несовместимо с вашей честью? Или пойдет против убеждений?

— Вы такого не предложите.

Кажется, твердый тон, каким это было сказано, застал Княгиню немного врасплох.

— А вы не боитесь, что ваша верность может оказаться ошибочной? Вы меня знаете-то четыре месяца.

— Я знаю достаточно, — Сашка стоял на своем.

Если бы его начали систематически выспрашивать, на чем, собственно, зиждется его упрямство, он не смог бы сказать ничего осмысленного. А если бы этот загадочный «кто-то» продолжил бы настаивать, да еще знал Сашку достаточно хорошо, чтобы выуживать из него членораздельные ответы, он бы, пожалуй, докопался до фразы типа: «Она слишком прекрасна, чтобы отступиться от нее хоть в большом, хоть в малом».

— Ну что ж… — сказала будто бы самой себе Балл, для которой эти душевные метания, несмотря на подозрения Сашки, оставались по большей части черным ящиком. — С чего, собственно, я взяла, что благие порывы молодежи обязательно ошибочны?

— О чем вы? — не понял Сашка.

— О том, что в вашем возрасте, штурман, я была примерно такой же восторженной, — произнесла Княгиня с неожиданной для нее ласковой горечью. — И так же… готова была жизнь положить ради одной улыбки своего капитана.

— Он вас предал? — спросил Сашка после неловкой паузы.

— Нет, — Княгиня пожала плечами. — Нет. В том-то и дело.

Часа через два, лежа в постели, Сашка вдруг понял, что так не спросил, что, собственно, от него требуется.

У Завитка наблюдалось столпотворение. Рядом с огромной станцией — крупнейшим искусственным сооружением человечества, согласно «Путеводителю по галактике» Адамса — пара причаливших с дальнего краю транспортов класса «супер» и линейный баттлшип-заградитель смотрелись скромно. При этом саму станцию никто никогда не планировал и не сооружал. Она возникла стихийно: бесчисленные корпуса кораблей, превращенные в дебаркадеры, эфирные причалы (узлы стыковки), жилые и торговые зоны, общедоступные и открытые только для своих, соединенные переходами или состыкованные между собой — в общем, огромные эфирные трущобы для сотен тысяч человеческих существ. Место, где можно найти практически все: от невольничьего рынка до штаб-квартир крупнейших спецслужб.

Не свалиться в беззаконье Завитку помогала, пожалуй, только администрация — местное отделение Гильдии Магов-пустотников.

Сандра неожиданно вызвалась на портовую вахту, хотя до этого Завитка ждала как манны небесной. Объяснила неважным самочувствием, но Сашке от этого объяснения стало не по себе — как бы она во время стоянке не разобрала бригантину по дощечке.

Остальных направляющихся на станцию Людоедка у шлюза напутствовала такой речью:

— Значит так. Мы сюда по делу, и я не рекомендую задерживаться дольше, чем того требует выполнение этого дела. Срок — 12 часов. Кто задержит отправление корабля дольше без уважительной причины — получит вычет из доли прибыли, равный оплате стыковочного сайта на это время. Я предупредила.

Угроза была серьезной: стыковочных мест на Завитке вечно не хватало. Явно нарочно — и таможне удобно работать, и владельцам станции лишний доход от штрафов за просрочку старта. К слову сказать, просрочки случались чаще, чем хотелось бы: уж больно на Завитке много привлекательных мест — и рестораны с едой на любой вкус, и бары, и бордели. Самая большая плотность казино и игорных домов на единицу территории в обитаемом пространстве.

Поделились так: Суперкарго с Белкой отправились пристраивать остатки груза с Тэты — как понял Сашка, у них имелась на то специальная договоренность под заказ с кем-то, — а он сам и Княгиня с кожаным портфелем отправились заниматься необходимой бюрократией. Перед шлюзовыми воротами занял свое место домовой. Он весьма серьезно воспринял замечание капитана на счет «не допустить проникновения на борт ничего лишнего». По крайне мере, боковым зрением Сашка увидел, как в проеме раскрытых створок шлюза колышутся жарким маревом какие-то специфические чары.

Сказать, что Бэле на станции не понравилось, значило соврать. Но она не могла отделаться от ощущения, что все это — чьи-то недостоверные декорации. «Кем надо быть, чтобы годами находиться в тесных стенах, где за тонким слоем досок и чар — пустота и чужеродность эфира?» — так думала пилот, вглядываясь в лица людей, идущих во встречном потоке по одной из «диагоналей» — так тут назывались центральные… проклятье, уж не улицы точно. Места людских потоков? Самые длинные коридоры? Диагонали — и все, местные не задумывались.

Лица как лица, не хуже и не лучше нее, Бэлы Тихие Травы.

Плавание — это работа. Жизнь течет на планетах. Полет через эфир — как затяжной прыжок через пропасть, когда дна не видно, и чувство полета захлестывает с головой, выметая мысли. Полет во много месяцев — как один день, не разделенный на привычные день-ночь, и даже сон — продолжение бодрствования… Постоянное пребывание в эфире — другое дело.

Наверное, правильно говорят, что люди могут все и привыкают ко всему. Она вот совершенно не тех ощущений ждала, когда в училище выводила на орбиту свой первый шлюп. И ничего, привыкла. Смешно подумать: почти не оборачиваться, живой травы постольку не видеть — и даже ничего не ноет в душе, когда на голову падает Терновый Венец. Значит, что? Значит, правильно она сбежала из дома.

Груз удалось передать очень быстро — похоже, «Блик» ждали именно в этот день. Забавный краб-погрузчик, — специальный станционный вид, плоский, с широкими клешнями, — сложил ящики на себя и быстрым аллюром удалился на склад. Людоедка раскланялась с приемщиками, подмахнула какие-то бумаги, и, складывая их в карман, потянула Белку за собой.

— Теперь пошли.

— На корабль?

— С чего бы? Искать тебе ударную установку, конечно. А как ты намеревалась выступать на Мирабилис без барабанов?

Бэла почувствовала непривычное тепло в районе щек. Она-то рассчитывала, как это обычно бывает, воспользоваться теми барабанами, что ставят на сцену устроители концертов: у молодых исполнителей часто не лады с качественными инструментами. Особенно такими, как ударные. Иметь собственную ударную установку — ну, пусть не собственную, пусть «от компании» — о такой роскоши, да еще и на борту не слишком большого «Блика», она и не мечтала.

Именно эту мысль Бэла и озвучила.

— Да лааадно, — Людоедка махнула рукой. — Мы тут хорошую прибыль получили, и не в последнюю очередь благодаря тебе. Так что Марина разрешила покупать любую, только что б больше половины кают-компании не занимала. Наш капитан — это нечто, правда?

Белка только кивнула.

Княгиня уверенным шагом отправилась в бизнес-зону. Она не особенно торопилась, ловко огибая встречных, пару раз с кем-то мимоходом поздоровалась. Сашке же пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не отстать. На Завитке он был впервые — и крутил головой, как самый зеленый мичман с дальнего пограничного вельбота. Разве что рот держал закрытым. Впрочем, протолкавшись через периферийные отсеки — они же огромный блошиный рынок — капитан и штурман оказались в респектабельной зоне отглаженных костюмов, расшитых камзолов и — глаза бы не смотрели — эфирных эполетов со звездами.

Административный корпус представлял собой огромный шар, центральную пустоту которого окружали ряды широких галерей. С противоположной стороны галереи многочисленными входами открывались в офисы, резиденции и прочие рассадники канцелярских служащих. В самом центре шара медленно поворачивалась вокруг своей оси Сфера Иллюзии, в которой циклическим рисованным роликом проигрывалась история станции. По проекции звезд штурман решил, что на заднике — вид с Земли в сторону Магелланова Облака. Совершенно ничего общего со звездной панорамой с Завитка — значит, ролик делался не здесь. Ну да боги судья халтурщикам.

Пока они поднимались с яруса на ярус и проходили четверть оборота по часовой стрелке, Белобрысов успел прочесть о создании станции пятьдесят один год назад, о том, как делали конкретно этот, административный отсек, и везли его сюда на буксирах с Новой Оловати… Впечатляет, кто спорит. Особенно, когда прикинешь, сколько кто на этом руки нагрел.