С баррикады доносится предупредительный свист.
Привратник оглядывается.
– Пойдем, прется ужо. Сейчас гугнить примется.
Направляемся к завалу.
– Хороший ты парень, – говорит вполголоса гард, – а стараешься зря. Все равно он что-нибудь придумает. Не одно, так другое. Не жалуют тут вашего брата. Еще ни разу через проход не пустили. Только я тебе ничего не говорил, ты сам догадался. Лады?
Гугня встречает нас перед завалом.
– Чего это вы? – вопрошает он в нос.
– Задание проверяли, – честно отвечает старший привратник.
– Ну и как?
– Опять справился. А оно последнее было.
– Значит, я вовремя, – надувается Гугня. – Ну и что тебе еще подкинуть?
Брайан пожимает плечами, дескать, все едино.
– А, вот, шаман поминал, бражник ему нужон, для вдохновения. Знаешь, кто такой бражник?
– Чешуекрылый, однако.
Гугня настораживается:
– Дошлый что ли?
– Дошлый, пришлый, ушлый, – усмехается Брайан. – Стихи какие-то.
И в самом деле, целая поэма в одной строке.
Переводим взгляд на старшего привратника, занявшего свое место. Тот вовсю подмигивает правым глазом. Может, и не только от тика.
Киваем и двигаем прочь.
– Но чтоб рисунок был четкий и крылья нетрепанные! – кричит в спину Гугня.
Не оборачиваясь, делаем ручкой.
Мелодично переливаются колокольчики навигатора.
ЛИЧНОСТЬ
ЗДОРОВЬЕ:
98 хитов
НАВЫКИ/УМЕНИЯ:
общение +
Благодарить, очевидно, следует кабана.
Светлая тебе память, щетинистое рыло.
Не доходя до конского камня, лезем на правый склон и устремляемся поперек распадков. В пятом по счету, сворачиваем опять вправо и направляемся в верховья.
Как и в прошлый раз, утыкаемся в стену.
С разгону одолеваем треть подъема, потом карабкаемся. Выбираемся на гребень перемычки.
Продолжающееся дальше ущелье можно пройти по левому берегу, теснинное озеро подступает там к склону не вплотную, оставляя узкую полосу щебнистого пляжа. Но туда нужно еще попасть. Скат старинной дамбы под нами почти отвесен и только в самом низу переходит в крутую покатость сыпучего берега, втыкающегося в воду под углом едва ли в сорок пять градусов.
Спускаемся на картузный козырек, придерживаясь левой рукой за плоский скол, слегка наклоняемся, чтобы видеть откос целиком, и мысленно прописываем маршрут. Так, крохотный уступчик там, выпирающий камешек сям. Но начинать нисхождение, кажется, следует чуть левее. Надо выбираться обратно на гребень.
Подтягиваемся на левой руке.
Пластина выветрившегося слоистого камня надламывается в напряженной ладони. Пробалансировав долгую секунду, понимаем, что проекция нашего центра тяжести не успела вернуться в пределы площади опоры. Сантиметра два-три, но не дотянула. И это уже непоправимо. Принципиально, потому что физический закон. Сознание слегка плывет в каком-то нирванном отрешении, снимает с себя ответственность за происходящее и отстраняется на позицию стороннего наблюдения. Управление берет спинной мозг.
Вместо бесплодного махания руками тело резко разворачивается и бросается головой вниз, не дожидаясь, когда отваливающую дугу падения отнесет чрез меры от вертикальной плоскости склона. В конце оборота приземляется ногами на крохотный карнизик, амортизирует, сколько успевает, и переходит во второй кувырок. На следующем уступе ухитряется еще и вцепиться рукой в какой-то кустик, выдирает его, конечно же, с корнем, но, ныряя дальше, теряет не менее полуметра в секунду ускорения. Где-то в середине стремительно разматывающегося каскада напоминает о себе сознание очень уместным сожалеющим размышлением на тему того, как классно смотрелось бы все это снятое в рапиде. Действительно, отчего ж было загодя не расставить камеры?
Последнюю четверть склона, уже с выраженным положительным углом и густо крытую мелким крошевом, одолеваем колобковым манером, с разгону вкатываясь в свинцовые воды ущельного озера. Выскакиваем над поверхностью и тут же заныриваем обратно, спасаясь от каменного града. Выждав минуту, осторожно поднимаем голову. Все потревоженные детали пейзажа нашли себе новое устойчивое положение и перемещаться больше вроде бы не намерены.
Выползаем на крутой берег, продолжая исподлобья контролировать склон. Снизу он выглядит даже повнушительней, чем сверху. Метров тридцать пять, не менее. Прямой прыжок неизбежно закончился бы переломом обеих ног и, очень вероятно, позвоночника. Что называется, в лепешку, а то и всмятку. Да и в нашем случае, лишний вращательный моментик в любую сторону, и порвало бы на камнях в клочья. Не переключись сознание вовремя на созерцание, не миновать того или иного исхода.
Везунчик ты, Брайан.
Колокольчики взыгравшего навигатора предваряют сообщение о том, что мы не угадали.
ЛИЧНОСТЬ
СПОСОБНОСТИ:
2. Ловкость 4
ЗДОРОВЬЕ:
100 хитов
Ситуационный модификатор: 3.
Персональный модификатор: 3.888(8).
Ситуационное соответствие: 1.296(296)
Но это, пожалуй, и лучше. Есть надежда, что сумеем повторить, когда понадобится.
Высокие ботинки шнурованы плотно, и внутрь влага не успела просочиться, а вот с остального ручьем течет. Снимаем по порядку куртку, майку, и, не разуваясь, штаны. Выжимаем и вешаем на плечи. Загорать на этом пляже не очень комфортно, того и гляди съедешь обратно в воду. Оскальзываясь на осыпи, добираемся до левого продольного берега. Но и здесь не задерживаемся. Выравниваемся и двигаем дальше.
За поворотом ущелья открывается вид на размыкающий выход во внутреннюю котловину. Озеро заканчивается как раз перед ним. В створе проема дымит костерок, вокруг которого расположены несколько фигур в расслабленных позах. В нашу сторону никто, кажется, лицом не повернут. Если сейчас не шумнуть, непременно решат, что подкрадываемся.
Чего бы насвистать в такт шагам? Собственного марша мы до сих пор, к стыду, не сложили. Использовать мелодию, кою узурпировал пульсирующий рогом, опасно, больно уж она завораживающа. Чего доброго вгонит в глубокий боевой транс, а массовая резня под корень пока не в наших планах. Остается мотивчик про драку, которую – фу! Если еще придать ему частушечную напевность, то получиться в самый раз.
Сидящие у костра поднимают головы.
Один, в бесформенной хламиде, вскакивает, вытягивает шею и со всех босых ног бросается к нам с нечленораздельным, но явно ликующим ревом.
Ба! Да это же наш славный ратный товарищ, неустрашимый змееборец, дурачина несусветная!
Широко раскидываем руки и с адекватным приветственным криком устремляемся прямо к нему, тоже не выбирая дороги.
Встреча происходит на каменистой отмели.
С размаху троекратно обнимаемся крест-накрест, звучно колотим друг друга по спинам, радостно гыгыкаем, потом, припомнив совместный поход на затаившихся в Логу гадов, зловеще укаем, а напоследок, сцепив руки и поднимая тучи брызг, исполняем ансамблем хороводный вариант знаменитой плясовой, с добавлением брыкающихся коленец из летки-енки.
От костра на нас в полном безмолвии взирают дурачковы соплеменники в заметно возросшем количестве.
Наконец, стоящий впереди всех седой старик, коего изначально там точно не было, ударяет опущенным бубном по ноге и надтреснутым голосом выкрикивает:
– Ладно, пусть вместе и испытываются!
Словно в унисон откликается навигатор.
ЛИЧНОСТЬ
СПОСОБНОСТИ:
8. Удача 4
ЗДОРОВЬЕ:
102 хита
Ситуационный модификатор: 3.
Персональный модификатор: 4.
Ситуационное соответствие: 1.333(3).
Общее отношение: опасливое.
Карма: непрошенный
Все правильно, нам и должно везти, известное дело.
Старик оглядывает собравшихся, почтительно склоняющих головы, и добавляет:
– Ведите обоих в священный чум!
Затем поворачивается и, выпрямив спину, покидает сцену.
Ряды остающихся раздаются, образуя коридор, и не спешат его замкнуть.
Славный собрат слегка подталкивает нас плечом. Коли просят…
Вступаем в подготовленный проход, который смыкается за нашей спиной, и всей этой сложной многоногой фигурой движемся вперед.
