гитарой, произошедшем еще в приюте. Каково же было удивление, — И мое, и Летти тоже — когда в палате, куда мы добрались с подарком ближе к закату, оказалась еще и Кэтрин. Кэт с Равенной довольно спокойно переговаривались, и я сделала правильный вывод о том, что они уже помирились и разобрались в своих разногласиях и всем, что было с ними связано.
— Привет, котаны! — я положила сверток, перевязанный зеленой лентой, на колени к Митци и обратилась ко второму брату:
— Тей, как ты?
— Ты неисправима, — один из близнецов пристально посмотрел в мои глаза с каким-то доброжелательным укором. — Но мне уже лучше, благодарю.
— Это вот что такое? — Митц с любопытством ощупал сверток. — Что за загадочный мистический кулек?
— Просто небольшой подарок от всех нас, — подключилась к беседе Летиция. — Надеюсь, угадали.
Сиамский кот выпустил острые когти и прорезал обертку, разворачивая подарок.
— Вот это да! Вот это ты даешь, Коробка! Помнишь еще тот приютский случай? — Митци тут же взялся за струны новенькой блестящей гитары, позабыв даже о благодарности.
— Как же не помнить. Я думала, что умру в ту самую минуту.
— И умерла бы, если бы не я! — заметил Тей. — Хотя, по большому счету, все равно во всем виновата Кларисса… Где она, кстати говоря? Посадили?
— Нет. Она погибла, — тихо сказала я. — Спасая меня… Я расскажу потом. Мы многого о ней еще не знали…
— Печально. Лорранс, надеюсь, тоже сдох?
— Мы с Лаймом лично за это отвечаем, — Равенна кивнула с готовностью с мрачным триумфом. — Уже все уладили.
— Вот и хорошо. Наконец-то справедливость торжествует, — Дримлап открыла окно и запустила в помещение теплый ветер, пахнущий уходящим летом. — Давайте не будем вспоминать, чего стоила нам эта большая победа, и какими средствами она достигалась.
— Позволь только узнать, куда еще делся все-таки Куд? Этот… урод, мягко говоря, сейчас где? — Митц резко оборвал мелодию, которую играл все это время, и, наконец, поднял голову.
— Точно не могу сказать. Спросите у Гертруды при случае. Она, кажется, часто сюда захаживает? — молчавшая довольно долго для себя Кэт указала на дверь, из-за которой выглядывала Вэлл.
— Заходите, Гертруда, мы как раз Вас вспоминали, — Софтер поднялась с края постели и прошла навстречу медсестре, приглашая ее войти и присоединиться.
Енотовидная собака отворила дверь и шагнула за порог. Следом за ней попыталась войти в помещение маленькая собачка моего возраста, которую я тут же узнала, но Вэлл лапой показала ей, что она должна оставаться в коридоре.
— Мила, что ты тут делаешь? — я активно замахала ей, привлекая внимание. — Почему бы тебе тоже не зайти?
— Довольно! Набились тут все, как селедки в бочке! Будто это не больница, а развлекательный центр какой! — немедленно заворчала Гертруда, но спаниельку все-таки пропустила.
— Я пришла вместе с моей тетей, — Мила кивнула на недовольную медсестру. — Это моя тетя Гера.
— Не «Гера», а Гертруда, с твоего позволения, дорогая племянница!
— Мы вот спросить-то что хотели, — я вклинилась между спорщицами и повернула голову к енотовидной собаке. — Вы случаем не знаете, тут случайно нигде нет Бергеса Куда? Ну, вдруг. Если верить слухам, его тоже отправили в больницу.
— Думаю, у Бергеса Куда достаточно средств и связей, чтобы пользоваться услугами персональных элитных клиник, преимущественно частных, — сухо ответила Гертруда.
— То есть, его здесь нет?
— … И я сказала бы, что все это вздор чистой воды, если бы он действительно не находился именно здесь, а вы меня не перебивали бы. В палате по соседству… Только не надо сейчас туда всей толпой ломиться! И так от вездесущих журналистов отбоя нет! Почтовые ящики забиты любовными посланиями до отказа! Повсюду какие-то живые цветы, на которые у других пациентов проявляется аллергия! Нет! Только вас еще там не хватало! И так уже пришлось перевести его на четвертый этаж, сюда, чтобы только не стучали в окна! Для полноты картины не хватает разве что вас, обезумевших фанатиков!
— Мы о вас такого же мнения! — прозвучало откуда-то издалека.
Когда медсестра прекратила колдовать над аппаратурой и все-таки соизволила поднять глаза, все посетители уже перекочевали в соседнее помещение.
— И с кем я разговариваю! — возмутилась в тишине Вэлл.
Равенна положила лапу на ее плечо.
— Не беспокойтесь так, пожалуйста. Вы еще нужны своим пациентам. Мои знакомые не займут больше пяти минут, обещаю Вам. Сейчас все разойдутся, я попрошу.
Тем временем мы уже стояли перед койкой, на которой сидел, прислонившись к подушке, сам Бергес Куд, листая с притворным скучающим выражением какой-то глянцевый журнал со сплетнями о звездах, очевидно, выискивая не без интереса пару слов и о себе.
— Чем могу быть полезен? — невозмутимо поинтересовался полярный волк, не отрывая глаз от текста.
— Мои друзья велели передать тебе то, что ты — самая последняя скотина на всем свете. И еще то, что ты — мерзопакостная тварь, — со спокойной улыбкой я без запинки пересказала то, о чем меня попросили сказать котаны, но никто из присутствующих и не думал возражать.
— Что ж, твои друзья обладают исключительной смелостью, а заодно и дерзостью. Но мне не привыкать: не бывает такого, чтобы у находящегося на пике популярности исполнителя не было хоть одного-двух хейтеров.
Куд отложил в сторону журнал и уставился на секунду на меня. За это мгновение в его глазах мелькнуло что-то вроде возмущения и шока от такой наглости со стороны фурренка, однако потом, надо полагать, он все-таки узнал меня и смягчил суровый взгляд, поняв, с кем говорит.
— А я ведь тебя знаю. Неужели это и есть именно та героическая девочка? Ну, здравствуй. Как звать тебя?
— Теперь — Рокси Дримлап. Ты что тут забыл? Из-за тебя беспокоят по ошибке тех, кто действительно болен! И тех, кому реально нужна помощь в отличие от тебя, симулянта!
— Поверь, Рокси, теперь мне эта самая помощь нужна не меньше. Даже когда стреляют не по тебе, но попадают случайно в тебя — это все равно больно. В такой же точно мере.
— И кто только согласился тебе помогать?.. Верно мои друзья выразились, продажная ты шкура!
— А что поделаешь? Нужно же как-то помочь мне своей семье, которая…
— Неужто мало получаете с концертов? — встала на мою сторону Кэтрин. — Был ли действительный повод для того, чтобы поступить так, как поступили Вы? Это просто-напросто подло — тайно избавляться от цветастых, а затем как ни в чем не бывало возвращаться домой, скидывать маску и выходить вновь в свет уже любимцем миллионов. Много ли у нас селебрити, кроме Вас?
— «Миллионов» — это Вы, конечно, загнули… Но не могу
